Правитель (ЛП) - Пир Элин - Страница 43

Когда мы потом, тяжело дыша, лежали на кровати, я играл с ее длинными светлыми волосами, накручивая их на палец.

— Перл.

— Да?

— Ты же знаешь, что скажешь «да», верно?

Она подняла голову и посмотрела на меня.

— Почему ты так уверен?

— Из-за того, что я чувствую, когда я с тобой. Если ты чувствуешь хотя бы отдаленно то же самое, то у тебя нет выбора, — заключил я.

— Это безумие, — тихо сказала она.

— Да, и в то же время удивительно.

— Но что, если это не продлится долго?

— Мы сделаем это надолго. — Убрав пряди волос с ее лица, я посмотрел ей в глаза. — Я люблю тебя.

— Я думаю, что я тоже люблю тебя, — серьезно сказала она.

— Тогда выходи за меня замуж, — снова попросил я и увидел, как ее глаза увлажнились. — Ты сделала бы меня самым счастливым человеком на свете.

— Но разве мы не могли бы назвать это как-нибудь по-другому?

— Например, как?

— Как союз или партнерство; я не знаю.

Я обхватил ладонями ее лицо.

— Брак — это партнерство и союз.

— Хан, я действительно хочу быть с тобой, — прошептала она. — Но могли бы мы сохранить это в секрете?

— Нет, я хочу, чтобы весь мир увидел, как мне повезло, что самая яркая, добрая и красивая женщина-шахматистка в мире — моя.

— Почему тебе нужно было добавить «женщина» к этому предложению?

— Потому что я все еще лучший.

Она рассмеялась.

— Ты уверен в этом?

— Я уверен в себе.

— Тогда это наше решение. Мы сыграем, и на этот раз твоим призом будет моя рука в браке, но если я выиграю…

Ожидая, когда она закончит, мое сердце забилось миллион раз в секунду.

— Если я выиграю, — сказала она, — мы будем жить вместе как партнеры.

Я колебался.

— Что не так? Я думала, ты сказал, что ты лучший шахматист, — с вызовом сказала она.

— Да, но это слишком важно для меня, чтобы ставить на кон.

— Так ты не собираешься играть со мной?

— Нет, это не так. Но я собираюсь жениться на тебе. Не из-за какого-то пари или игры, а потому, что я жажду тебя и люблю тебя.

Сопротивление Перл таяло. Я понял это по тому, как она улыбнулась и притянула меня к себе, чтобы обнять.

— Лучше бы ради тебя стоило отказаться от всего, — прошептала она мне на ухо.

С облегчением закрыв глаза, я крепко обнял ее и впитал ощущение ее тела, прижатого к моему, аромат ее духов и звук ее дыхания у моего уха. Я никогда не хотел забывать чувство благодарности, которое испытал в тот момент.

Медленно я отпустил ее, чтобы встретиться с ней взглядом.

— Значит, это «да»? — спросил я.

— Да. — Она улыбнулась и расплылась в искренней улыбке, когда я поднял обе руки в знак победы.

Глава 19

Почему?

Перл

Нервозность волнами прокатилась по мне, когда я встретила свою мать в офисе виртуальной реальности, в котором мы так часто встречались во время моего пребывания здесь, в Северных землях.

Обычно мне нравилось встречаться с ней, но на этот раз у меня были для нее новости, которые, как я знала, ей не понравятся.

— Привет, Перл. — Она тепло улыбнулась мне и потянулась, чтобы взять меня за руки, когда остановилась. — Что не так?

— Мам, — тихо сказала я и заставила себя просто выплюнуть это. — Я решила остаться.

— Что ты имеешь в виду?

— Я больше не заложник, но я решаю остаться.

Ее руки опустились, а лоб наморщился.

— Как надолго?

Было трудно встретиться с ней взглядом, зная, что мое решение разорвет ее сердце, но я была в долгу перед ней и сделала глубокий вдох, прежде чем тихо ответить:

— Лорд Хан и я любим друг друга.

Она слегка покачала головой, как будто не понимая.

— О чем ты говоришь?

— Мама. — Я положила руку ей на плечи. — Я не ожидаю, что ты поймешь, но Хан делает меня действительно счастливой. Мы с ним похожи во многих отношениях.

— Ты не знаешь, что говоришь! — ее глаза были большими и круглыми. — Он мужчина Севера, хищник и диктатор, который контролирует и угнетает свой народ. У тебя с ним нет ничего общего.

— У нас есть свои различия, но он умный, заботливый, добрый, и он заставляет меня смеяться и чувствовать себя дико живой.

Выпрямившись, моя мать повысила голос.

— Ты член Совета; у тебя долг перед нашим народом. То, что ты делаешь, эгоистично и по-детски.

Я посмотрела вниз, зная, что она была права.

— Я хочу, чтобы ты вернулась и отчиталась перед Советом, — твердо сказала она.

— Нет. — Я подняла лицо. — Если я вернусь, я его больше не увижу. Мы обе это знаем.

На мгновение она замолчала.

— Он промыл тебе мозги, Перл. Тебе нужно вернуться и привести свои мысли в порядок. То, что ты чувствуешь, — это увлечение, но с некоторой дистанцией ты снова сможешь мыслить рационально.

— Меня никто не принуждает, мам.

— Может быть, и нет, но тобой манипулируют. Ему нужна не ты, а то влияние, с которым ты идешь в комплекте.

— Какое влияние? Оставаясь здесь, я потеряю все, — возразила я.

Моя мать заломила руки, и ее голос слегка повысился.

— Тогда зачем тебе оставаться?

— Потому что мое сердце здесь, с ним.

— Нет. — Изобель подняла руку, как будто защищаясь от моих слов. — Я тебе не верю, и я требую, чтобы ты вернулась домой, чтобы обсудить это.

— Я не могу.

— Ты больше не заложник. Теперь ты можешь вернуться домой.

— Нет, если только ты не гарантируешь, что я смогу вернуться к Хану. Ты дашь мне эту гарантию?

Изобель повернулась ко мне спиной и тихо заговорила.

— Этот разговор глубоко встревожил меня. Мне придется привлечь Совет, и мы будем ожидать, что ты немедленно вернешься домой, чтобы объясниться.

У меня не было возможности ответить, прежде чем она исчезла, закончив разговор.

Вздохнув, я тоже вышла. Сомнения заполнили мой разум и страх, что школьный проект будет отменен из-за меня.

— Я сказала ей, — тихо проговорила я, когда нашла Хана в его кабинете.

Он посмотрел на меня и раскрыл объятия, когда увидел мое опустошенное выражение лица.

— Иди сюда, — позвал он и усадил меня к себе на колени.

— Она созывает Совет, — прошептала я и прислонилась к нему.

— Ты ведь ожидала, что она сделает это, не так ли?

— Угу. — Я вздохнула.

— Мне жаль, что пребывание со мной причиняет тебе боль, — сказал Хан и погладил меня по волосам. — Но я надеюсь, что все наладится.

— И я.

Мы с Ханом не были наивными или глупыми. Мы уже говорили о различных сценариях, которые могут произойти. Но теория — это одно, а видеть разочарование в глазах моей матери — совершенно другое.

— Она хочет, чтобы я вернулась и объяснилась перед Советом, — тихо сказала я.

— И что ты ей сказала?

— Что мне нужна гарантия того, что я смогу вернуться.

— Она дала это тебе?

— Нет.

Хан крепче сжал мою талию и притянул меня ближе к своей груди.

— Тогда я тебя не отпущу.

Я напряглась.

— Это не твой выбор.

Его дыхание было у моего уха, а от его тела исходил жар. Мне не нужно было поворачивать голову, чтобы увидеть, как сжалась его челюсть.

— Я, конечно, выслушаю тебя, — сказала я, чтобы успокоить его. — Но, в конечном счете, я принимаю свои собственные решения, и это не изменится.

— Да, так и будет; когда эти решения влияют на меня, я хочу высказывать о них свое мнение, — сказал он, и я могла сказать, что он сдерживал разочарование, которое испытывал.

Я высвободилась из его хватки.

— Если нам повезет, Совет сочтет хорошим то, что мы вместе, и отпустит меня без проблем. Я надеюсь, что они это сделают.

— Но… — сказал он, заставляя меня сказать более реалистичную альтернативу.

— Но мы должны подготовиться к сильной реакции.

Хан

На следующее утро с границы пришло сообщение с видео для меня. Не для Перл. Для меня!