Я вам не Сталин! Я хуже. Часть1: Перезагрузка системы (СИ) - Зеленин Сергей - Страница 162

Тот, в соответствии с моими указаниями – почаще менять «схемы», проявлял просто чудеса тактической сообразительности: два бронированных «Понтиака» с охраной ехали впереди, а мы с ним пристроились за ними позади на обычной - «несколько» поддержанной на вид, «Эмке» (ГАЗ М-1).

Уже в машине, Начальник «Службы охраны первых лиц государства» достал чертёжики и предъявил мне:

- Посмотрите, Иосиф Виссарионович, что наши инженеры-конструкторы из «Главного управления охраны при СНК СССР» изобразили… Если одобрите – завтра уже будет в металле.

Уже догадавшись, всё же спросил:

- Что это, Петр Евдокимович?

Тот достаёт ещё какой-то документ и читает на первой странице:

- «Раскладной бронированный щит-портфель охранника»…

Затем, как бы намекая: «Мы здесь тоже весь Божий день - не хернёй всякой маялись», протягивает мне:

- А вот и авторское свидетельство на изобретение, за номером…

Дочитав, возмущаюсь – аж в жар кинуло:

- «Сталин»? А почему Сталин? Ведь договаривались же…

Косынкин пожав плечами – мол, «сам понимаешь»:

- Узнав что идея ваша, Иосиф Виссарионович, инженеры наотрез отказались её присвоить.

- Это то понятно… Но зачем Вы им сказали, что идея моя?

Тот, глядя мне в глаза:

- А что я им должен был сказать? Что это идея моя? Увольте меня от подобного, товарищ Сталин!

«Честность подчинённых тоже имеет свои минусы».

Отведя взгляд, ворчу:

- Придумали бы что-нибудь – какой-нибудь псевдоним, что ли… Ладно, проехали.

Тот, всполошившись прилип к задёрнутому инеем окну:

- Поворот проехали?

- Нет… Тему.

***

После произошедшего меж нами «инцидента», некоторое время ехали молча – дуясь друг на друга, как вдруг меня ни с того ни с чего - начало дрючить какое-то «дежавю»:

«Так, так, так… Что-то забыл сделать – склероз не иначе, мать его етти. Что именно, ну-ка давай вспоминай…?

Наконец, озарило:

«…Чёрт! У Светки же её девичьи проблемы!».

Внутренний голос проснувшись, сонно поинтересовался:

«Критические дни не совпадают с календарными, штоль?».

Психую:

«Заткнись, дуррррак! От неё ухажёры шарахаются».

«Аааа… Это действительно - проблема».

Сладко зевнув, внутренний голос вновь бессовестно заснул, оставив меня наедине с вопросом:

«Что делать? Ведь мы же в ответе за детей тех, в кого «вселяемся»…».

Как это часто со мной бывает, решение проблемы нашлось внезапно и, было оно изящно - как пируэт чемпионки фигурного катания на льду:

«Сенька! А как в таких случаях поступал вечно занятый государственными делами Реципиент? Да очень просто: перепоручал сей «геморр» охране, то бишь – генералу Власику. Николая Сидоровича с нами больше нет… Подмосковная… Эээ… Подкремлёвская земля ему пухом! Но дело его живёт в его преемнике, который в данный момент как раз сидит у меня под боком. Ура, какой я молодец!».

Поворачиваюсь к Начальнику лично охраны и, не удержавшись от мстительных ноток за «изобретение», гружу его:

- А Вам известно, Петр Евдокимович, что товарищ Власик - не только охранял товарищ Сталина от покушений всяких троцкистских недобитков, но и воспитывал его детей?

Тот, заметно дрогнувшим голосом:

- Иосиф Виссарионович! Я придумал – на кого можно переписать это авторское свидетельство…

Торжествующе пресекаю его неуклюжую попутку «спрыгнуть»:

- Поздно!

Пораскинув мозгами, «гружу» дальше:

- Ваша задача, Петр Евдокимович, облегчается тем, что из всех детей у товарища Сталина остался один – Светлана. Но затрудняется тем обстоятельством, что она находится в «опасном возрасте»: уже не девочка, но ещё не женщина…

Не дослушав, Косынкин в паническом тоне:

- Иосиф Виссарионович! Дорогой товарищ Сталин! Я не женат, я никогда не воспитывал не только дочерей, но и младших сестрёнок!

Тоном, типа «не сцыте, товарищ»:

- Сча научу, в принципе ничего сложного. Подросшей девочке перед сексуальными отношениями… Вы слушаете, Петр Евдокимович, или как католическая монашка в кому впали - услышав про «секс»?

- Слушаю, тов…

- Так вот, чтобы осознать себя настоящей женщиной, девушке перед сексуальными отношениями требуются романтические: чтоб кто-нибудь из представителей противоположного пола вздыхал по ней, дарил ей цветы, дрался за неё с другими «представителями» и лазил к ней на второй этаж в окно… Ээээ… Последнее, пожалуй лишнее, но сама суть понятна?

Тот, тяжело вздохнув:

- Раньше было проще: отдали девку замуж и забыли про неё.

В глубине души согласившись, вслух тем не менее:

- Вы ещё про те времена вспомните, когда «лишних» девок продавали на сторону, или вовсе – съедали в голодный год!

Как уже об давно решённом:

- В общем не отлынивайте, товарищ генерал-майор, а организуйте пару «воздыхателей» из числа прикреплённых.

Не догоняет:

- Зачем «пару»?

Строжаю голосом:

- Хорош уже тупить, Петр Евдокимович! Вам это не идёт. Чтоб всё выглядело естественно: девушка и двое молодых балбесов. Опять же «третий лишний» не позволит парочке уединиться, и… Ну, сами понимаете!

Кивнув:

- Понимаю… А если дело зайдёт слишком далеко? Из двух она выберет одного, и…

- Всерьёз втрескаются друг в друга и, решат жениться что ли…? Ну что – дело молодое, сыграем свадьбу и будем молча завидовать.

Косынкин, очень осторожно:

- А если ещё хуже?

- Имеете в виду, если «романтические отношения» между ними - перейдут в сексуальные, без вступления в законный брак?

- Угу…

«В реальной истории», у дочери Реципиента первый «роман» был с каким-то маньяком-педофилом старше её на двадцать с лишним лет. Вспомню кто такой – обязательно прикажу Славину устроить этой сволочи какой-нибудь «несчастный случай», несовместимый с жизнью. Или, ещё лучше – редкий способ самоубийства с самопосажением на осиновый кол…

После этого извращенца, она имела «близкие отношения» с ещё какими-то двумя пидорками из творческой богемы, после чего сочеталась законными браками с пятью мужами84…

Правда не со всеми разом - а по очереди, что её несколько оправдывает в морально-бытовом плане.

В результате, эта нимфоманка скончалась одинокой в какой-то американской богадельне.

Мда… И это дочь великого Сталина!

Конечно, я не смогу сделать Светлану счастливой в любви и тем более в браке – это от её личностных качеств зависит и, ни от чего больше.

Однако в моих силах «подсунуть» ей в «первые» мужчины - нормального, здорового во всех отношениях парня. А там глядишь и, с последующими наладится…

Тьфу, тьфу, тьфу!

Отвечаю с видом «чему быть – того не миновать»:

- Нежелательно, конечно… Но тоже – ничего страшного. Когда-нибудь, да «это» обязательно произойдёт. Так лучше держать на контроле этот «процесс», чем пустить его на самотёк.

Помолчав, тот:

- Неужели в будущем все такие циничные?

- Нет, я был такой один-единственный. Так что за будущее можете больше не беспокоиться: меня там больше нет.

Посмотрели друг на друга и…

Расхохотались!

***

Так «за разговорами» и приехал мы на Ближнюю дачу.

Обняв меня двумя руками за шею и поцеловав в губы, Валентина Васильевна участливо спрашивает:

- Ну и как первый день отработал? Устал, поди?

Рукавом шинели вытерев лоб:

- И не говори, мать… Устал, как собака!

Разоблачаясь от шинели, сапог и надевая домашние шлёпки, тоном отпахавшей сезон лошади, жалуюсь:

- Наркомы – такие жоппорукие, а генералы… Ох и тупые, мама не горюй! Каждого надо пнуть – иначе не пошевелится, как слепого кротёнка мордой ткнуть – иначе не догадается… Ну, буквально всё на мне!

Целует ещё раз:

- Всё то ты в трудах да заботах, Иосиф Виссарионович… Может, на завтра отгул возьмёшь, отдохнёшь?