Я вам не Сталин! Я хуже. Часть1: Перезагрузка системы (СИ) - Зеленин Сергей - Страница 170

За аномальными холодами пришли обильные снегопады:

«К началу первой декады февраля в Москве наступило резкое потепление. 10 февраля утром было около —8°С, а 11 февраля, к вечеру, температура поднялась до 1°С тепла. Повышение температуры сопровождалось обильным снегопадом, который начался ещё 9 февраля, но особой силы достиг в ночь с 10 на 11 февраля. Снег не прекращался весь день 11 февраля. В окрестностях Москвы снежный покров к вечеру 11 февраля достиг 60 см. Прирост снежного покрова за одни сутки составил 7 см».

Затем аномальная зима плавно сменилась аномально холодной, затяжной весной:

«Весна выдалась холодной, поздней и затяжной. Причиной тому послужило преобладание меридиональной циркуляции над зональной (эта особенность циркуляции прослеживалась ещё с осени 1940 года). В апреле среднесуточная температура была ниже средней многолетней на 1,8°С. Устойчивый снежный покров наблюдался до конца первой декады апреля».

Отрицательные отклонения температуры от нормы были отмечены в течение всех первых 5 месяцев 1941-го года - впервые за 120 лет наблюдений. До этого обычно после четырех холодных месяцев пятый был теплым. Но в 1941-м году холодным выдался и май месяц и, даже июнь:

«В начале июня наблюдалось очередное вторжение арктического воздуха. В ночь с 2 на 3 июня в Москве температура воздуха составила 0,4°С, что было близко к суточному рекорду 1916 г. Также 3 июня был отмечен слабый ливневый снег(!). Среднесуточная температура 3 июня составила всего 2,6°С, что на 11,5°С ниже средней многолетней. А в ночные часы 4 июня столбики термометров понижались до 0,3°С, что является абсолютным суточным минимумом температуры для суток 4 июня и по сей день».

Хорошая погода пришла лишь к двадцатым числам июня -  прямо как по заказу Гитлера:

«До конца июня большого тепла так и не было, за исключением периода с 12 по 20 июня, когда в дневные часы температура воздуха повышалась до 20…25°С. Например, 20 июня, когда прошли выпускные вечера, в столице стояла довольно жаркая (25,2°С) погода. И лишь во второй половине дня Москву пересекал холодный атмосферный фронт, принесший ливневый дождь и понижение температуры»88. 

Эти выкрутасы природы очень сильно ударили по боевой подготовке РККА и особенно по её самому слабому звену - Военно-Воздушным Силам (ВВС РККА).

Когда три месяца морозы, летать в открытых кабинах самолётов старых типов - довольно рискованно, учитывая и без того критически-высокую аварийность в этом роде войск. Когда потеплело, из-за снегопадов летать было нельзя уже на самолётах новых типов и без того слабо освоенных лётчиками... 

Ведь до начала 40-х, все советские самолёты оснащались в зимний период лыжами. Но потом наши чиновники от авиации съездили в Европу и, в промежуткам между шопингом обнаружили, что там зимой на лыжах не летают... 

А значит и нам не след!

Вышел указ Наркомата авиационной промышлености и приказ наркома Тимошенко чистить зимой аэродромы он снега - как это делают где-нибудь в Италии... 

А чем?

На аэродромах даже автоцистерн и автостартёров критически не хватает, а про снегоуборочные машины и слыхом не слыхивали...

Короче, подкузьмил нам изрядно генерал Мороз…

Сволочь!

***

Когда пришёл в себя чувствую на себе обеспокоенные взгляды домашних, уставившись на телефон, шиплю сквозь зубы:

- Всем выйти!

Валентина Васильевна, обеспокоенно:

- Иосиф Виссарионович, ты здоров? Может, профессору Виноградову позвонить?

Выхожу из себя, весь как в ознобе дрожа и топнув ногой:

- Я сказал: всем выйти! Быстро! Всем вон!!!

Когда остался один, с колотившимся как отбойный молоток сердцем, беру трубку и набрав по «ВЧ» номер штаба ВВС РККА и представившись, весь кипя от злости, едва сдерживаясь чтоб не перейти на многоэтажный русский мат, спрашиваю:

- Кто в вашей «конторе» отвечает за боевую подготовку лётчиков? Как это: «ещё не назначили» - вы что там? Оху…ели?! А кто прежде отвечал? …Что?! Генерал-лейтенант Пумпур? Как это «Пумпур»?! Вы что там – совсем оху…ели?! Ему же уже давно «лоб зелёнкой намазали»! Ты что, судак белоглазый? В «мёртвые души» со мной решил поиграть?! На лоскуты порву, Чичиков гребаненный!!!

Что-то моё «послезнание» виснуть стало: помню – шлёпнули этого авиастратега, а когда именно – не помню, хоть самого расстреливай.

Однако мой «собеседник» в Штабе авиации настаивает, поэтому пришлось переобуться на скаку:

- Тогда срочно меня с ним соедините – пока его ещё не расстреляли и, побыстрей – пока за Вас не принялся.

Минут пять-десять – бегаю туда-сюда по столовой как лев в клетке и, наконец-то услышав звонок, хватаю трубку и услышав незнакомый встревоженный голос, уже не сдерживаясь рычу:

- Спите, товарищ генерал, да? А я вот, сцука, из-за Вас не сплю! …Молчать! Расскажите мне как идёт боевая подготовка лётчиков Московского военного округа…

- …Чё «погода»? Чё за гнилой базар, олень? На всей «одной шестой земной поверхности» - снегопады и морозы за тридцать? Чё за тупые отмазки, чепушило чертоганское? …Чё?! Ты мне ещё там покипишуй, бычара – в асфальт закатаю!

Наконец, вообще срываюсь с резьбы:

- Да вы там совсем мышей не ловите! Мать, мать, мать…!!! Вы, что там? Совсем меня и Советскую Власть бояться перестали?! Мать, мать, мать…!!! Да я вас там всех вые…бу и высушу – так передай всей своей кодле! Мать, мать, мать…!!!

«Трёхэтажно и выше» выматерив генерала, как отстирав, приказываю:

- …Слушай сюда, сволочь! Ты вновь назначаешься Начальником Управления боевой подготовки ВВС РККА. Догоняешь? …Не «кого» - а «что», терпила!

- Слушай боевой приказ! Не знаю как: воздухом, по железной дороге или по льду впадающей в Каспийское море Волги - но ты перебрасываешь в Туркмению самолёты выпуска до тридцать девятого года, лётный и технический персонал воинских частей, лётные училища. Вдоль всей Закаспийской железной дороги - организовываешь зимние лагеря по подготовке лётного персонала. Если бы знал географию хотя бы в объёме школьного глобуса, тупой недоумок, то понимал бы: там тепло, нет снега и ровная как стол каменистая пустыня… Сплошной аэродром, в общем: разбиться невозможно - даже если сильно захотеть.

Вроде бы американцы во время Второй мировой войны, тоже тренировали свой крылатый молодняк в пустыне Невада – где есть все условия для безаварийной посадки в любом месте… До начала ядерных испытаний там, по крайней мере.

Стучу кулаком по столу:

- И летать, летать и ещё раз летать – Баку совсем под боком, бензина - море! Нормальная лётная подготовка – с фигурами высшего пилотажа, бомбометанием и стрельбой. Отработка групповой слётанности в составе хотя бы до полка в тридцать самолётов, наведение с земли по радио – в первую очередь.

- И насрать на аварийность! Знаешь, как Николай Первый про подготовку рекрутов говорил? Сука, пропускают занятия по истории, а потом тупят! «Двух запори – одного выучи»!

Кстати, довоенная подготовка лётчиков японской авианосной авиации – менее чем через год наделавшей столько шухера в Перл-Харборе, практически ничем не отличалась от этого принципа.

- Две недели сроку тебе, утырок и, я приятно удивляюсь! И не вздумай мне фуфло толкать – до Лубянки не доживёшь, гнида!

Немного успокоившись, звоню Мехлису:

- Не спится, Лев Захарович? Вот и мне тоже…

Кратко рассказав суть дела, то да сё:

- Послезавтра с утра к тебе подойдёт Василий – выдели ему своего самого бойкого «пса тоталитаризма» и пусть они на пару, как следует пропесочит наших «летунов-петушков» в генеральских штанах.

Звоню Кобулову – начальнику «Главного промышленно-экономический отдела при Совнаркоме СССР» (ГПЭО СНК СССР) и, в двух словах рассказав ему про затею с созданием Центра подготовки лётного персонала в Туркменской ССР, приказываю: