Я вам не Сталин! Я хуже. Часть1: Перезагрузка системы (СИ) - Зеленин Сергей - Страница 181

…Ведь только закончилась война, уже на второй год нас, фронтовиков, осталось всего пять человек. Кого на повышение, кого уволили. И пошли ребята: начальником штаба полка стал сын прославленного маршала. Командиром батальона прибыл с академии сын бывшего начальника Главпура. А чижиков этих лейтенантов кто с Генштаба, кто еще где-то командующий прямо заполонили…».

И наконец, самое интересное высказывание Николая Николаевича, объясняющие все беды-проблемы сперва Советской, а затем и Российской армии:

«Всю войну у нас взводным-технарем был один офицер. Должность нужная, но роста там никакого. А как война закончилась, он стал выступать на всех партсобраниях с различными деловыми предложениями. Всегда деловой, в заботах, чего-то доставал для части в Москве. И вскоре его назначили ротным, а через пару лет он уже начальник автомобильной службы полка. А мы все вроде и боевые, но все на тех же должностях. Тут не то что о выдвижении, боялись как бы не вылететь за штат, а то уволят без пенсии, и все… И вот так он выскочил и раньше меня стал майором. А когда я стал майором – он уже был начальником автошколы. Такую бурную деятельность там развернул. Всякие показные занятия, на которые съезжается разное начальство. Вот и получилось, что вместо боевых офицеров всякие подхалимы и угодники пришли… Как в обществе это появилось, так и в армии пошло. А многих настоящих боевых офицеров уволили. Новых выдвинули, но со многими мука одна. Не знают, куда их девать, потому что совсем случайные люди, хотя и академии кончали…97».

Запомним эти слова:

«СОВСЕМ СЛУЧАЙНЫЕ ЛЮДИ, ХОТЯ И АКАДЕМИИ КОНЧАЛИ».

Пригодится!

***

После вышеизложенного, возникает вполне закономерный вопрос к автору:

- А как же тогда с таким военным руководством Советский Союз победил в Великой Отечественной Войне?

Отвечаю: мать-природа всё уравновешивает и, тупость и головотяпство одних – исправляется мужеством и героизмом других.

Как и в ряде других войн, победили мы благодаря простой русской бабе – в большом количестве рожавшей смелых, стойких и неприхотливо-выносливых русских солдат.

Ей надо памятники на Красной Площади ставить, а не Жукову!

Знаю. кто-то заметит: похоже на утверждения, что якобы советский народ - победил вопреки отчаянно сопротивляющемуся этому Сталину, да?

Нет, это не так: вопреки тому голословному утверждению, моё подтверждено доказательствами, в том числе и документальными.

Вспоминают чудом уцелевшие защитники Брестской крепости, например лейтенант A.C. Санин, 333-й стрелковый полк:

«Командиров в нашем подразделении не было, но мы все понимали, что надо защищаться. Моя роль, как командира, сводилась к решению общих вопросов. Мне кажется, что я совсем и не командовал. Все, кто способен был действовать, действовали без всякой команды, и уж только тогда, когда что-нибудь было сделано, следовал доклад…

Никто никого не заставлял, не приказывал — как-то все шло само собой, по собственной инициативе бойцов и командиров. В то время было трудно понять, кто боец, кто командир, все были равными, все одинаково горели желанием не подпустить врага к зданию».

Ему вторит оружейный мастер 44-го стрелкового полка старший сержант А.П. Бессонов:

«Люди собрались из разных полков, и понять, где командир и где рядовой боец, нельзя было, большинство были раздеты… Люди смешались, стали действовать поодиночке или группами безо всякого руководства, этого допускать нельзя было, нужен был руководитель, но офицеров нашего полка среди нас не было… Я был назначен «снабженцем», вернее не назначен, а сам себя назначил, по доставке оружия и боеприпасов на наш участок. Ведь это входило в мои обязанности работника боепитания полка».

***

Не я сказал:

«Демография – это судьба!».

По окончанию Гражданской войны и объявления Лениным «Новой Экономической Политики» (НЭПа), в Советской России случился «беби-бум». Такого никогда прежде не было и, как мнится – больше никогда уже не будет. Как будто чувствуя, что Родине скоро пригодятся герои - русские женщины рожали как перепуганные: 6,8 младенцев на одну, с 1924-го по 1929-й год.

Это было первое советское поколение!

Советскую Власть и партию большевиков можно ругать сколько угодно, но определённые достижения у них имеются и, причём – достижения не малые. Благодаря ошеломляющим успехам советской медицины и образования - подавляющему большинству из этого поколения удалось дожить до зрелых лет и стать грамотными.

Это было первое в тысячелетней истории России – образованное поколение!

И те юноши и девушки жили в потрясающее время, заражавшее их энтузиазмом. Они верили, что «рождены чтоб сказку сделать былью» и, были уверенны, что у них это получится.

Вот как описывает тот же военный лётчик Василий Решетников свою курсантскую юность:

«Летная учеба в Ворошиловградской школе военных летчиков охватывала знаменитые годы – тридцать шестой, седьмой и восьмой! Наше курсантское воображение потрясали целые каскады выдающихся авиационных рекордов, великие перелеты экипажей Чкалова, Громова, Гризодубовой, Коккинаки, а еще раньше – высадка на Северном полюсе папанинской экспедиции. В Испании советские летчики сражались с фашистами, в Китае и на Дальнем Востоке, у озера Хасан, громили японцев… Господи, жизнь шла мимо нас, а мы в своей школе летаем по кругу и, конечно, никуда не успеваем. Да только ли авиация потрясала мир – вся страна возводила великие стройки коммунизма, наполняла тракторным гудом буйные колхозные нивы. Об этом на всех страницах писали газеты, толковали политруки, а с экранов кино светилась и воспевалась вольная, изобильная и счастливая жизнь советского народа, – выходит, она уже была…».

Мда… Такого поколения у нас с вами уже не будет, дарагие рассияне!

«Плохая им досталась доля:

Немногие вернулись с поля...».

Рождённых в начале двадцатых годов никто не жалел – ни свои, ни тем более чужие.

Рассказывает ветеран ВОВ Кузнецов Михаил Михайлович:

«В 43-м пошли вперед и в первом бою под деревней Свищево почти всю нашу роту положили. Сначала шли пешком, а потом нас посадили на машины и привезли в лес. Трое суток не спали. В час ночи пришли командиры:

- «Сейчас в наступление пойдем». 

— «Куда? Чего?»

— «Да, вот эта деревня, там ничего нету!».

Ну мы идем — тишина. Сентябрь месяц. Немцы же неглупые — у них перед этой деревней ольха вырублена, все пристрелено. Они нас впустили и как открыли огонь! Всех-всех и положили. Только четверо нас и вышло оттуда. Пулемет мой там остался. Деревню ту они потом сами оставили…».

Сцука, блять, ну неужели на третьем году войны трудно догадаться сперва разведку в ту деревню выслать? Какой «боевой опыт», о чём вы?

«…Другой раз лежим мы в картошке. По эту сторону Днепра. А по ту сторону утром, в 8 часов, подымаются: «Ура! За Родину! За Сталина!» Немецкие пулеметы их косят. Полегли. Затихло. Часа через два опять: «За Родину! За Сталина!» И так раза четыре. Про себя думаешь: «Ну как же так?! Зачем же это?! Ну видят же, что пулемет, а может, и не один! Ну подождали бы, уничтожили с орудия или авиацией!» Нет! Целое поле набито! Судить я не могу, но кажется, народ не жалели98».

Немногие выжившие на той войне, после рассказывали как под копирку:

«Из двадцати моих одноклассников выжило кроме меня всего два человека. Мой близкий друг Женя Гольдин, племянник певца Утесова, был летчиком-штурмовиком, за две сотни боевых вылетов на Ил-2 дважды представлялся к званию Героя, но его наградные листы не прошли… Выжил еще Селезнев, попавший в начале войны в плен, после побега прошедший все проверки и вернувшийся на передовую. Он воевал в пехоте. После войны Селезнев стал известным ученым-металлургом.