Цена спасения (СИ) - Крэйг Даниэла - Страница 25

Опускаю взгляд на свою руку, что находится в его захвате. По его побелевшим костяшкам понимаю, что его захват достаточно сильный, чтобы причинить боль. Однако я ее не чувствую, по непонятным мне причинам. Поднимаю взгляд на его лицо, и не узнаю его, оно изменилось. По крайней мере, с нашей встрече на кухне. Там он был готов испепелить взглядом, сейчас же его взгляд стал более мягким. Но все еще не таким мягким как месяц назад, до его отъезда.

Он не говорит ни слова, разворачивается, не выпуская моей руки и ведет за собой обратно в комнату. Маша все еще находится в комнате, стоит прямо посередине со сложенными руками на груди. Она приняла все тоже недовольное выражение лица, что и прежде. Хотя будучи наедине с Артемом она выглядела полностью наоборот. Он не выпускает моей руки, встает у двери, и показывает на нее другой рукой.

— Маша, оставь нас. — этот жест рукой принадлежал ей, он хочет выпроводить ее из комнаты.

— Мы не договорили. Я…

— Что ты не договорила? То что происходит между мной и Аней касается только нас двоих. Ты не имеешь права вмешиваться в это. Не надо настраивать меня против нее. Не трать силы, у тебя ничего не выйдет. А теперь выйди из нашей комнаты, оставь нас двоих.

— Прости, из вашей комнаты? Или из твоей? Не вижу здесь ее вещей. — она наигранно смотрит по сторонам, в подтверждении своих слов.

Только сейчас Артем отпускает мою руку, в три твердых шага доходит до Маши, теперь уже ее хватает чуть выше локтя. Он в буквальном смысле выставляет ее за порог, захлопывая дверь перед ее носом, и проворачивает замок. Я не слышу никаких криков и возмущений, лишь удалявшиеся шаги.

Артем продолжает стоять у двери, спиной ко мне. Его плечи вздымаются от тяжелого дыхания. Я жду когда он сам подойдет, или хотя бы развернётся, но он ничего из этого не делает. Тогда я сама решаюсь подойти, аккуратно кладу руки ему на спину, мягко поглаживая.

— Мы можем поговорить? — я еще не слышала свой голос таким одновременно пугливым, переживающим и грустным.

Чувствую как напрягаются его мышцы под моими руками, как его тяжелое дыхание становится прерывистым. Он ударяет рукой по дверному косяку, выдыхает и поворачивается ко мне. Теперь я понимаю, что в его глазах отчетливо читается ни что иное как боль. Ярость пыталась ее заглушить, а теперь не справившись отошла на второй план.

— Да. — говорит он, ярко выражено сглатывая ком в горле. — Что случилось с тобой? Ты изменилась, ты меня игнорируешь, ты съехала в другую комнату. Что, мать твою, произошло?

— Ты уехал. — в этом заключалась все проблема и причина данного конфликта, — Ты говорил, что всегда предупреждаешь, если нужно куда-то уйти, чтобы близкие тебе люди не волновались. — теперь уже я сглотнула ком. — И я подумала, после того что между нами было в последние дни, я тоже стала тебе не чужим человеком. Но я видимо себя немного переоценила.

— Аня, — он сплел наши пальцы, но между телами все еще было расстояние. — я помню, как говорил это тебе. И я считаю тебя своим близким человеком.

— Но ты меня не предупредил. Я бы и не обратила на это внимание, если бы не твои слова.

— Подожди, но я же оставил записку. Не хотел тебя будить, у тебя был жар. Но я все написал, оставил на твоем постельном, рядом с тобой. Чтобы ты увидела сразу, как проснулась.

Я совершенно не понимала. Ничего не понимала. Как такое возможно? Он утверждает, что записка была, однако я ее не нашла. И вообще считала, что ее не было. Мог ли он мне соврать? Сомневаюсь, да и зачем это ему? Но что же стало с этой запиской, куда она пропала? Если дома нас было всего двое в это время — я и Леша. Леша не мог избавиться ведь от записки, он наоборот настаивал на моем разговоре с Артемом, не хотел нашей ссоры.

— Никакой записки не было, Артем. Я ничего не нашла, кроме спящего Лешу в кресле, который мне все и рассказал. — я все таки склонна верить его словам.

— Мне надо с ним поговорить. — он хотел вырвать руку, чтобы открыть дверь, но я не позволила этого сделать, наоборот отводя его вглубь в комнату.

— Мы не договорили. Давай мы сейчас все обсудим, а потом уже будем разбираться во всем. Хорошо? — я пытаюсь говорить максимально убедительно, но его взгляд снова переменился на злость.

— Я бы предпочёл сначала поговорить с Лехой, который какую то хрень мутит за моей спиной. Ты видела, как он на тебя смотрел? Теперь еще и моя записка пропала, когда он единственный был здесь. Из-за него все произошло.

— Нет, подожди, Артем. — он вся же вырвался и пошел к двери, когда я перегородила ему путь собой. — Это точно не он. Он наоборот переживал, чтобы мы с тобой не поссорились. Он хотел как лучше для тебя, он…

— Между вами что-то произошло за этот месяц? — он меня перебил, заставляя замолчать, но его предположение и вовсе заставило проглотить все слова.

— Что?! Ты серьезно? Ладно ты меня можешь подозревать, но он твой друг детства. Как ты вообще смеешь мне что-то говорить о подобном, когда тебя не было целый месяц? Да еще и я видела тебя в компании девушек. Хорошо хоть, твои же друзья, объяснили, что это твоя сестра была. Ты…

У меня было слишком много возмущений в голове. Я была готова его сейчас очень больно ударить за его предположение. Я бы наверное замолчала бы еще очень нескоро, но он прервал мою тираду неожиданным поцелуем.

Я сначала растерялось, но как только мой мозг собрался по частям, то вспомнила о своем недовольстве. Я пытаюсь вырваться из его хватки, но попытки были безуспешны. Да и мое сопротивление длилось недолго. Спустя всего пару минут я уже расслабилась в его руках, под натиском его сладких губ. Теперь я уже сама потянулась за его ласками, прильнула к его сильному телу, гладила его язык и нежно покусывала губы. Он отстранился тяжело дыша, но я хотела продолжить этот поцелуй. Только я потянулась к его губам, как мою попытку прервали, он взял мое лицо в свои ладони.

— Аня, прости меня. Я не знаю, что произошло с этой чертовой запиской, но обещаю что во всем разберусь. Прости, что я уехал на целый месяц, я и сам этого не хотел, так вышло. Но я больше никуда не хочу уезжать от тебя. Прости меня, что заставил ревновать тебя. Хотя я и должен злиться, что ты одна была в городе, но не могу. Смотрю на тебя, и не могу злиться, злюсь только на себя. Лера и правда моя сводная сестра, мы с ней увиделись всего один раз за весь месяц. Все остальное время никого в моей голове кроме тебя не было. Аня, прости меня, что я такой идиот, но я люблю тебя.

Его миллион извинений это ни что по сравнению с его признанием в любви. Я понимаю, что и сама тоже очень сильно виновата в произошедшем. Я и правда не могу на него злиться, у меня ведь тоже есть чувства к нему. А еще я знаю, что влюбленные должны идти против проблемы, а не против друг друга. Надо было вспомнить это раньше, но лучше поздно чем никогда.

— И ты меня прости. Мне стоило поговорить с тобой сразу, а не бегать от твоих звонков. Итак, совершила слишком много поспешных выводов и вот к чему они привели. Я не хочу с тобой ссорится, хочу чтобы все было хорошо, как до твоего отъезда.

Пока я все это говорила, на глаза навернулись слезы, но они прилипли к ресницам, не позволяя себе скатиться по щекам. Было больно от того, что я была виновата, но еще больнее было чувствовать за собой вину перед человеком, к которому испытываешь чувства.

Я прикрыла глаза, пытаясь справиться с волной нахлынувших эмоций. В этот момент, я почувствовала как Артем наклоняется ко мне. Он целует меня сначала в один глаз, потом в другой. Я открываю глаза, будучи удивленной этому поступку, но глаза останавливаются на его губах, мокрых от моих слез. Он слизывает влагу со своих губ, и новая волна меня захлестывает еще сильнее.

Нет я больше не хочу плакать, наверное, но сердце точно начинает биться чащу. Артем нежно притягивает меня к себе, накрываю мою голову своей ладонью. Его аккуратные поглаживания, ровное дыхание и спокойное сердцебиение — успокаивают.

— Все будет хорошо, Аня. — мое имя из его уст звучит так особенно, как произносил наверное только отец. — Я обещаю, я все для этого сделаю. Ты только прости меня.