Моя мишень (СИ) - Белая Тая - Страница 34

Всё ещё смотрю Владимирскому в глаза, и чувствую, как лечу в бездну. Мы оба молчим, я уже чувствую, как он холоден ко мне, чувствую отчуждение. Я для него никто, он уже переступил через то что было между нами, вычеркнул. Даже просто смахнул меня со своей жизни, как мушку с лобового стекла.

Я никто для него в этот миг.

Хотя нет, я киллер пытавшийся его убить, и меня нужно уничтожить.

Кирилл

Она стояла, держа винтовку в руках, она моя Саша, вновь целилась в меня.

Всё, как в первую нашу встречу, всё как тогда.

От неожиданности поворачивается вместе с винтовкой, что держит в руках. Взглядом обводит нас, и замирает на мне. Прищурив один глаз, быстрым движением приводит винтовку в боевое положение. В мгновение уже смотрит в объектив прицела, взяв меня на мушку.

Не могу принять её предательства, я так долго искал ей оправдания, так долго.

Двое за спиной дергаются и выхватывают пистолеты, наставляя на неё.

В голове мелькает одна мысль, опусти винтовку, Саша.

Тимур подходит к ней со спины, упирает в неё дуло пистолета.

Саша реагирует на удивление спокойно, опускает винтовку в пол, принимая все обвинения. И вновь поднимает глаза на меня. Моя боль от её предательства и вранья, заполняет моё нутро чёрным ядом. Я не знаю, что будет дальше, но меня будто поглощает темная дыра космоса.

— Винтовку…

Это Тимур протягивает руку, и она отдает оружие, будто признавая свой грех.

Мы оба молчим, я уже чувствую отчуждение. Я для неё никто, нас больше не существует. Нет той семьи, что я так хотел, не будет ребенка, о котором мечтал. Я не представляю, как я заполню дыру, что образовалась внутри меня.

Реагирую на всё, как в замедленной съемке. Медленно разворачиваюсь и иду на выход.

Только у двери, не оборачиваясь произношу:

— В машину охраны её…

Зачем я привез её в свой дом? Только потому, что хочу спросить, почему?

— Тимур, закрой её в подвале. И поднимись ко мне, нам поговорить нужно.

В кабинете, наливаю себе виски, подхожу к окну и залпом выпиваю.

Почти ничего не соображая, так и стою, пока за спиной не появляется Захаров.

— Ты уверен, что правильно поступаешь? — произносит.

Молча поворачиваюсь к нему, так же молча усаживаюсь в кресло.

— Мы поговорим о другом, — смотрю на него.

Тимур усаживается в кресло, напротив.

— Считаешь есть о чём говорить?

— О твоем брате, и моем друге.

— Друге? — переспрашивает, а я смотрю на его исказившееся лицо.

— Он был моим другом, и я никогда бы ему не навредил. В том что он покатился по наклонной, нет моей вины. Я сотню раз вытаскивал его из передряг, кодировал, предлагал закрыть его счет, чтобы все траты шли через меня. С матерью вашей, Антониной Петровной, мы вместе за него боролись. Но взрослого мужика, разве можно заставить одуматься. Я ещё раз говорю, я сделал для друга, всё, что мог. Какого хрена он полез в петлю, мне неизвестно.

— Даа, уж…

Захаров тянет, сжав зубы. Желваки играют на его лице, было видно он с трудом сдерживается.

— Ты прям облегчил его жизнь, на пару миллионов, так? — продолжает медленно и с угрозой.

— Не так, возьми кассету, она подлинная, можешь хоть десять раз проверить. А вот это перезапись на флешке. Посмотри и пойми, он был моим другом.

Тимур не берет не флешку, не кассету.

Я кладу их на стол, а сам направляюсь в подвал, к предавшей меня Саше.

Дверь открыл, увидел её силуэт в полутьме, она сидела на стуле, слегка покачиваясь. Поза была не естественной, она будто застыла, и даже пошевелиться боялась. Никак не отреагировала на то, что я вошел.

Я нажал на включатель, загорелась лампочка. Саша подняла голову и посмотрела в мою сторону, но будто не увидела меня.

Несколько секунд я всматривался в её лицо, но не увидел никакой эмоции.

Сделав пару шагов, я приблизился, она не отреагировала.

А я в этот миг понял, что вновь готов простить, только попроси и объясни мне.

Саша в этот момент тихо простонала и вновь подняла на меня глаза.

— Я устала…

Выдохнула, и перевернула во мне бездну.

— Почему? Зачем?

Она молчала, только лишь смотрела на меня.

— Как всё старо в этом мире, деньги? Ведь так? — всё ещё пытаюсь понять.

— Старо? Дааа. Мужчины не меняются, женщины дуры тоже…

— Что? Причем тут это? Ты предала меня!!! — я сорвался на крик.

— Предала, — подтвердила и опустила голову.

— Сказала, я бы тебе больше дал, всё бы дал.

— Мне не нужно, уже ничего не нужно. Давай покончим с этим…

— Обязательно покончим, сейчас ты мне скажешь, кто тебя нанял и покончим.

— Никто меня не нанимал, — в голосе усталость и безнадёга.

— Так значит, — цежу сквозь зубы и подхватив её под руку, стаскиваю со стула.

Удерживая за руку вытаскиваю из подвала и тащу к машине, она не протестует.

Её молчание выводит меня из себя, я бешусь от того, что она даже не пытается оправдаться.

Я веду её к машине, в спину мне, что-то кричит Тимур.

Отмахнувшись от охраны, усаживаю её на заднее сиденье и сам сажусь за руль. Машина с шумом срывается с места, и вскоре мы несёмся с бешенной скоростью по загородной трассе.

ЭПИЛОГ

Саша

Я молчала, только лишь смотрела на Владимирского.

— Как всё старо в этом мире, деньги? Ведь так? — от усталости я не понимаю о чём он.

Неправда, сам-то чём лучше. Нашёл мне замену, очень быстро.

— Старо? Дааа. Мужчины не меняются, женщины дуры тоже…

— Что? Причем тут это? Ты предала меня!!! — он сорвался на крик.

— Предала, — подтвердила и опустила голову.

Он был прав, мы оба были правы, каждый со своей стороны.

— Сказала, я бы тебе больше дал, всё бы дал.

— Мне не нужно, уже ничего не нужно. Давай покончим с этим…

— Обязательно покончим, сейчас ты мне скажешь, кто тебя нанял и покончим.

— Никто меня не нанимал, — он не верит мне, а бороться у меня нет сил.

— Так значит, — подхватывает меня под руку, стаскивает со стула.

Удерживая за руку вытаскивает из подвала и тащит к машине, а я лишь хочу, чтобы это быстрее закончилось. Машина с шумом срывается с места, и вскоре мы несёмся с бешенной скоростью по загородной трассе.

Кирилл

Останавливаю машину, пытаюсь привести дыхание в норму, оборачиваюсь на Сашу.

Она будто в каком-то ступоре, слегка раскачивается из стороны в сторону, под такт движения машины…

Мне вдруг кажется, что ей всё безразлично. Ей плевать на меня, на мои мысли о семье.

Равнодушие ещё сильнее бьет, убивает.

Вытаскиваю её из машины, за руку тяну через кусты, к краю обрыва.

— Кирилл, отпусти…

— Кто заказчик? Говори! — я намерен был всё выяснить.

— Кирилл…

Она запнулась и чуть не упала коленями на камни, я в последний момент удержал её, не дал упасть.

Через несколько метров мы вышли к обрыву, внизу была глубокая пропасть.

Двое стояли рядом, на самом краю скалы.

Мужчина обнимал девушку за талию, прижимая к себе, взгляд его был обращен вперед. Туда где вдалеке были горы, покрытые лесом и белизной тумана. Он напряжённо думал, принимал решение.

Девушка склонила голову на плечо мужчины и прикрыла глаза.

Эти двое, стояли рядом в последний раз.

Через мгновение мужчина отодвинулся, затем отошёл на пару шагов.

Затем распахнув пиджак, достал из кобуры пистолет и направил его на девушку.

***

Дуло пистолета, своей чёрной дырой смотрело на неё, отчего она в испуге распахнула глаза, осталось только нажать на курок. Выстрел, один выстрел. А унесёт сразу две жизни…

***

Она не сопротивлялась, лишь подвинулась ближе к обрыву, один шаг или одно движение отделяло её от бесконечности. В её глазах не было ужаса, она давно была готова. Для неё уже не было выбора, его не осталось. Девушка наклонилась и над горами разнёсся выкрик: