"Фантастика 2023-71". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Валентеева Ольга - Страница 341

Чуть подумав, она тут же вывалила эту последнюю мысль сыну вслух. Нимало не заботясь о том, что мелькнуло на лицах полицейских и рефреном сверкнуло в их глазах.

— Это всё эмоции, — спокойно сказал сын, подходя к ней сзади вплотную. — Психика, говоря иначе. Офицеры — наверняка достойные граждане и служащие. Они будут действовать чётко в соответствии с законом и служебными инструкциями.

— А ВЫ кем будете? — неприязненно осведомилась служительница закона, обращаясь к подростку.

— Родной сын хозяйки, — проворчал Маса, протягивая вперед руку, тоже для идентификации. — Мы с матерью просто внешне не похожи, а так живём душа в душу.

Нозоми хмыкнула, наблюдая, как изменились лица патрульных после подтверждения слов ребёнка.

— Бывает же, — проворчала девица, не отрывая удивленных глаз от лица блондина. — Нам нужна Кога, Мивако. Есть такая?

— Это я вас вызывала! — бывшая секретарша появилась из тени. Она картинно держала на щеке мокрое полотенце. — Хочу оформить заявление!

— Мы можем войти? — теперь взгляды служителей закона скрестились уже на второй (младшей) жене покойного финансиста.

— Разумеется, — процедила та из-за спин светловолосого и его матери.

— Нет, — уверенно покачала головой Нозоми, продолжая загораживать проход. — Это мой дом и я вам согласия войти не давала.

— Мы всё равно войдём, — пообещала офицер, устраивая борьбу взглядом с хозяйкой дома. — В случаях, оговоренных рядом параграфов, согласия хозяина дома не требуется. Уведомляю официально.

— Правомерность вашего решения обсудим после, в суде, — согласно кивнула Асады-старшая. — Причём после того, как сейчас подерёмся, вот прямо здесь. Сообщаю дополнительно, тоже официально: я ожидаю ребёнка и только что вышла из больницы, где находилась с целью сохранения беременности. Любые ваши действия, которые могут повредить мне либо плоду… — дальше она выдала самую стандартную страшилку, дававшую понять, что её действительно лучше руками не трогать.

— Я тоже жду ребёнка, — желчно заметила Кога. — И прямо обвиняю эту женщину в нанесении мне побоев.

— Мивако. Ты совсем идиотка? — Маса и раньше был не самым большим сторонником приличий, а сейчас и вовсе отбросил любые комплексы за ненадобностью. — Я сделаю выгрузку из своего концентратора, он у меня в радиусе… неважно, в каком радиусе, но пишет всё. Техника сертифицирована и стоит на учёте официально, — он со вздохом повернулся к секретарше. — Инфа в суде имеет, — он подчеркнул это слово интонацией, — статус неопровержимого свидетельства. Собственно, сбор и обработка данных вокруг — одна из базовых функций таблетки.

— И что? — спокойно и где-то снисходительно подвигала бровями Мивако.

— В суде обязательно встанет вопрос: кто начал первым, — пожал плечами Маса.

— Ещё будет видеофайл с внутренней системы наблюдения дома и свидетельские показания независимого очевидца. — К группе народа, застрявшего в дверях, присоединилась дочь первого оябуна.

— Будьте добры, засвидетельствуйте ваши личности, — патрульные с олимпийским спокойствием протянули сканеры биометрии двум новым участницам разговора.

— Мивако, не гони волну, — продолжил тем временем блондин. — Я с самого начала не понимал, на что ты рассчитываешь, если честно. Дом не твой, ты на птичьих правах. Реальных документов нет, если не считать… ай, не хочу продолжать…

Нозоми с благодарностью посмотрела на сына, который сдержался и не вспомнил о частично несбывшихся планах Ватару.

— Мивако. — Голос Масы затвердел. — Последний раз прошу, по-хорошему. Осади назад и не едь на красный свет! Или результат твоих телодвижений тебе самой же и не понравится.

— А мне плевать на результаты, — снисходительно ухмыльнулась Кога. — Сейчас мы направимся в суд, все вместе, дружной компанией. Уж на это-то моих знаний законов хватит, можешь быть уверен!

— Смысл? — фыркнул блондин. — В суде тебе же оплату процедуры и впаяют. Отпустив всех по домам через пару часов, у меня есть опыт. Тем более, суд вообще семейный…

— А я вам этим самым уже один день испорчу, — спокойно пояснила бывшая секретарша. — Пока то, пока сё, ты будешь не с новой пассией по углам зажиматься, а вертеться угрём на сковородке. Нозоми будет наседкой вокруг тебя проходить. Глядишь, и настроение тебе там испохабят. Всем вам.

— А тебе с того какая польза?! — неподдельно удивился блондин.

Затем с абсолютно идиотским выражением лица принялся чесать затылок.

— Вам плохо — мне приятно, — с ледяным взглядом улыбнулась Мивако. — Я не строю больших планов: маленькая ситуативная победа — мне уже хорошо.

Полицейские задумчиво смотрели то на одну сторону конфликта, то на другую.

— Это всё можно подать под определённым соусом, — сказала Рисако, целую последнюю минуту ожесточенно с кем-то переписываясь в закрытом режиме, через экран. — Пиар говорит, что сам факт такого семейного суда перед выборами не особо позитивен как для одной компании, так и для другой. Маса, я пока не вкурила, о каких двух компаниях речь, хотя и предполагаю по контексту… Но Вака говорит, что это очень хорошо должен понимать ты. — Она подняла взгляд на парня.

— Угу. Понял. — Проворчал подросток, мрачнея на глазах.

На лице Коги мелькнула победоносная улыбка.

— Слушай, а ведь я понимаю, в чём проблема! — блондин развернулся, подошёл к секретарше и требовательно заглянул ей в глаза. — Мивако! "Когда женщине некого любить, она начинает ненавидеть"? Да же?

— Не твоё дело, мразь, — моментально окрысилась та.

Теряя самообладание, замахиваясь, впечатывая ладонь в щеку подростка.

— Откровенно говоря, я ожидала, что ты уйдешь под руку, — скептически сжала губы в узкую полоску дочь Томиясу. — Зачем эти картинные…? А-а-а! — она хлопнула себя по лбу, словно что-то поняла в середине собственной фразы. — Как говорит Цубаса, "бл*, пардон".

— Вот так мы и живём; бедно — но весело. — Подросток повернулся к полицейским, озадаченно потирая левую скулу.

— Я бы настоятельно рекомендовала вам всем дать нам осмотреть дом. — С неубиваемым хладнокровием заявила офицер. — Я согласна, что ваша семейная ссора — это только ваша семейная ссора! Но в свете открывшихся… открывающихся прямо сейчас обстоятельств, — поправилась она, — я трактую вызов, как требующий отработки по расширенной процедуре.

От Нозоми не укрылось, что младшая патрульная как-то изменилась в лице после упоминания выборов и пары компаний.

— Вам незачем осматривать мой дом. Я прямо запрещаю вам проходить внутрь, — членораздельно и медленно произнесла Нозоми. — Иначе как по решению суда либо по ордеру прокуратуры. И то, и другое должно быть оформлено надлежащим образом и носить все атрибуты легитимного государственного решения.

— А я требую… — сразу следом за ней набрала побольше воздуха в легкие секретарша.

— Братва, давайте соблюдать действующее законодательство?! — сердито предложил гайдзин, невежливо перебивая мачеху и обращаясь к служителям закона. — Я не ахти какой спец в юриспруденции, но чётко понимаю: у вас сто процентов есть какой-то алгоритм отработки подобного вызова. Точно? Колитесь: он как-то вступает в противоречие с действующим законодательством?

— Бинго, — только и сказала Томиясу-младшая, старательно наблюдающая за копами при помощи расширений.

— Ну а чё, самое обычное дело, — пояснил блондин в ответ на вопросительный взгляд матери. — Бывает, не очень часто, что инструкция требует одного — а законодательство диктует другое. Я просто хотел понимать, есть ли у коллег конфликт приоритетов. Лично мне надоело торчать на пороге.

С этими словами он полез в карман за смартфоном и активировал голограмму благодарности Департамента за семинар.

Повернув картинку так, чтоб кьюар находился к патрульным под прямым углом, он обратился сразу к девушке-офицеру:

— Коллега, давайте расставим точки над… где надо. Я вам не нравлюсь, семья моя тоже вам не нравится. Это полностью взаимное чувство: вы мне тоже не нравитесь. Давайте из профессиональной солидарности придумаем такое решение, чтобы оно соответствовало всем критериям Рюсэя?