"Фантастика 2023-71". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Валентеева Ольга - Страница 413

Абсолютно всем наблюдавшим было очевидно: что-то сейчас идёт не так. Настолько не по обычной колее, что вероятный исход драки уже вызывает серьёзные сомнения, причём не в пользу китайца.

Чень, с уже имеющимся обилием повреждений, понимал это гораздо лучше других. Проклятый очкарик из беззубой болонки как-то стремительно и очень неудачно для всех, сделавших ставки (кроме хитрожопой Хамасаки), превратился то ли в хорька, то ли в куницу, то ли ещё в кого-то из этого рода.

Китаец не оплошал. Используя момент и открывшегося на какое-то время противника, он сделал самый длинный шаг за весь бой: главное — успеть сократить дистанцию до того, как эта крыса развернётся.

Сейчас Седьков летел по инерции вперёд подошвами по скользкому покрытию, руки и лицо его были развёрнуты под солидным углом в сторону от азиата.

— Никаких игр! Один удар! — взмолилась Юнь в чате.

Ченю стало неожиданно тепло и приятно: по правде говоря, его терзали сомнения, что она от него вовсе не так уж без ума, как хотелось бы.

А вот и нет, переживает.

Здорово.

Хань не стал испытывать судьбу, что-либо красиво изображать или тянуть. Подлетев к ставшему неожиданно опасным (с ошейником) Седькову, он все силы вложил в единственный добивающий удар в висок.

М-м-м, ну убить не должен. Наверное. Но этот балаган пора заканчивать как можно более гарантированным способом.

— Ха. — Короткий выдох Хамасаки знающим её близко дал понять, что накал её эмоций не уступает китайскому.

Очкарик, продолжая скользить мимо китайца, опять изобразил этот свой танцевальный элемент: нагнулся в поясе, пропуская удар над головой, затем выпрямился.

— Вот это да!

— Тема!

— Зрелище класс!

Непосредственные латиносы, поставившие деньги против Седькова, душой, тем не менее, непоследовательно болели за него.

— Дети джунглей, — вздохнул Макс. — Кретины.

Убогий тем временем технично разминулся с семенящим Ченем и теперь сам оказался у противника за спиной.

— А! — Юнь чуть было не забилась раненой птицей.

До неё только сейчас дошло: в пылу переживаний лично она за таймером не следила в принципе, пропуская мимо ушей команды рефери.

— ВРЕМЯ! — Мануэль продемонстрировал, что умеет делать то, за что берётся, что бы ни происходило.

Кроме него, как оказалось, за секундомером не смотрел вообще никто.

Седьков за мгновение до окончания минуты отвесил китайцу коленом под поясницу. Примерно на двадцать пять сантиметров ниже неё.

Чень вспыхнул перезрелым помидором, взвился в воздух и, казалось, развернулся в полёте.

— Ты проиграл, — спокойно произнесла Хамасаки.

Китаец зло вздёрнул верхнюю губу и набросился на русского по второму кругу, не обращая внимания на сигналы со стороны электронного арбитра и крики латиноса.

То время, которое хань сокращал дистанцию, Седьков глядел на него, как исполнитель смертного приговора — на затылок жертвы.

— Ну это нечестно, — высказался от англоговорящих Ник, сплёвывая в сторону. — Рыжий его в затылок не тюкнул сознательно, не случайно. А он теперь кулаками махать после драки. Бл*, неблагородно как-то.

— Угу. Похоже, о чести уже никто не говорит, — меланхолично ответил Макс.

Не то чтобы немец топил за англичан или за русского (боже упаси), но кто же откажется бросить какашкой в китайцев? Особенно если есть что.

По иронии судьбы, за две секунды после формального окончания боя убогий и Чень выдали друг по другу больше ударов, чем за весь предыдущий бой.

Кулаки китайца молотками прошлись по лицу очкарика на очень короткой дистанции — убогий старательно извивался ужом и отделался только стесанными лоскутами кожи.

Сам он в ответ боднул противника лбом, затем ещё раз, и ещё.

Шипы на его кулаках мелькнули в воздухе и полноценно вонзились вначале в бицепсы Ченя, затем — в грудные мышцы.

— СТОП! — Мануэль что-то скомандовал парням по-испански.

Больше половины переводчиков затупили.

Человек десять латиносов вперемешку с англоговорящими мгновенно рванули вперед и растащили дерущихся к противоположным стенкам коридора.

— Бл*, да отцепитесь вы от меня! — Седьков возмущённо стряхнул себя руки учащихся параллельного класса. — Я в ресурсе! Тьху… хотел сказать, я в себе! Это он после гонга воюет, а не я; чего вы в меня вцепились?..

Те, кто держал его, взглядами сверились с Мануэлем. Тот внимательно всмотрелся в глаза убогого и махнул им рукой.

Очкарик привалился спиной к стене и сполз на корточки вниз:

— Чья взяла в итоге, если по этому вашему электронному судейству? Никогда ему не доверял, сплошной пи**ёж и подтасовки. Бой так себе и вшивенький, но норадреналин как под трактор попал.

Многие, если не все, подумали: Рыжий сегодня впервые в жизни прыгнул выше головы.

Да, противной крысой от этого он быть не перестал, но шоу, чёрт возьми, было занимательным.

Занятно.

— Кто победил?! — очкарик требовательно повторил свой вопрос в полной тишине.

Разумеется, ему никто не ответил.

— Козёл. Мразь. Кусок говна. — Юнь ненавидяще посмотрела на него и понесла проклятиями, не повторяясь.

Видимо, она больше не нашла в себе сил, чтоб сдерживаться: злые и жгучие слёзы хлынули по её щекам в два ручья.

— В принципе, после голых сисек на весь мир уже можно и не стесняться: слезами такую репутацию не испортишь, — непосредственный Макс, сам не желая, непринуждённо прошёлся по больным и свежим мозолям.

Время от времени он пытался подкатывать к Сяовэнь тайком от прочих — в надежде на изощренный азиатский секс. Однако тонкими материями не оперировал и регулярно нарывался на скандалы.

Сейчас тоже: ему очень хотелось что-то сказать, пользуясь моментом, просто чтоб поговорить с ней — но язык как обычно обогнал мозги не в ту сторону.

— Заткнись, тварь белобрысая! — проревела в его сторону Юнь.

В следующий момент она всхлипнула, нечаянно надула пузырь носом, хлопнула его — осознала весь позор и завыла вообще по-звериному.

— Должок неприятный, — блондин пропустил последнее пожелание мимо ушей и задумчиво почесал затылок. — Сумма как бы немелкая, да.

Кое-кто захмыкал: в глазах Макса плескался такой неподдельный интерес к бюсту китаянки, что даже со стороны было неловко.

Искусственный интеллект в столбце пари японки и хань честно нарисовал пятизначное число в пользу первой, причём первые две цифры были больше полусотни.

— А вы чего вылупились?! — Сяовэнь ненавидяще набросилась на латиноамериканок.

— Тебя забыли спросить, — парировала Мартинес.

— Угу. Кстати, Сяо, у тебя нормальные сиськи. Если захочешь — проигрыш отработаешь быстро. — На полном серьёзе добавила Эрнандес, тягуче глядя в глаза азиатки. — Захочешь — посодействую. На такую, как ты, клиенты выстроятся в очередь на неделю вперёд.

Китайцы сегодня подставились, и по отдельности, и вместе. Самое время их топить и опускать, не обращая внимания ни на что.

— Ах ты…! — Юнь рванула вперёд.

Ана удивилась, но не испугалась: прикрыв согнутыми в локтях руками корпус, она тоже шагнула навстречу.

— Бл**ь… ПРЕКРАТИТЬ! — заорал Мануэль.

К счастью для многих присутствующих, он не расслаблялся и не отвлекался.

По его команде отпустившие Седькова переключились на слабый пол и буквально за секунду растащили уже Эрнандес и Юнь в разные стороны коридора.

Хань изрыгала проклятия. Ана напирала на то, что главное у китаянки уже позади: позор на весь мир с ней, сильнее некуда. Чего теперь-то ломаться? А такая тёлка может очень неплохо заработать, если не кочевряжиться.

— Что на тёбя накатило? — безучастно спросила тем временем подругу Хамасаки, дёргая за плечо и разворачивая к себе.

Китаянка ответила злым взглядом, но вслух не сказала ничего.

— А ведь до чего занятный сегодня денёк, — Рыжий то ли очень убедительно изобразил безмятежного идиота, то ли действительно им являлся.

Кто-то озвучил это вслух — больно уж на язык просилось.