"Фантастика 2023-71". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Валентеева Ольга - Страница 544

— Стесняюсь спросить, — уронил парень угрюмо. — Только не подумайте, что в прагматичных целях. Исключительно из абстрактного любопытства. Её задница может спать спокойно, я и в мыслях не держу.

— Алекс Мартинес — не Хадзимэ Хамасаки. Он к супруге относится не как к плантации, на которой растут деньги.

— НЕ ПРОДОЛЖАЙТЕ! Понял.

— Как скажешь, как скажешь. — На душе отчего-то потеплело, а желание дурачиться никуда не делось. — Ну и чтобы закрыть тему раз и навсегда, — разумеется, Тика тут же продолжила. — Ты же понимаешь, что годишься мне во внуки? Я тоже не в прагматических целях, а исключительно из абстрактной добросовестности.

— С чего это во внуки?!

— Мне сорок шесть, — напомнила она.

— На вид-то двадцать пять, — пожал плечами старшеклассник.

— Если бы я была безответственной в твои годы и завела бы точно такую же безответственную дочь, то как раз у неё в пятнадцать мог бы появиться уже ты. На досуге спроси своих латиноамериканок.

— А что они? — Виктор так занимательно насторожился ещё сильнее.

— А там, откуда они родом, восемьдесят процентов девочек начинают половую жизнь с двенадцати-тринадцати. В шестнадцать по статистике у половины из них появляется первый ребёнок. Так что, статистика — занятная штука, говоря вашим языком.

— Я ПОНЯЛ! Блин. А какое было хорошее настроение! — пожаловался он ей на неё же.

Вышло весьма непосредственно.

— Можешь выдохнуть, — ухмыльнулась японка уголком рта. — Считаем, что урок окончен. Ты умный и я в тебя верю.

Должна же и я как-то развлекаться — Хамасаки-старшая не стала этого говорить вслух, но прямо об этом подумала.

Возможно, ей и правда стоило остановиться на первых двух пунктах?

— Тика, а почему вы так убийственно спокойны? — Рыжий явно что-то прокрутил в голове. — Я правильно понимаю ситуацию? Ключевая в вашем бизнесе компания записана на мёртвую душу, и это — мой отец?

— Да и тьфу на неё, — женщина снова мягко улыбнулась. — Ты ничего не упустил в моём рассказе?

— Э-э-э?.. М-м-м?..

— Когда был жив Сергей, мне было ради чего... — она не стала оканчивать фразу. — А сейчас, абстрагируясь от эмоций, прогресс по-любому не остановишь и речь лишь о том, кто на этом наживётся. А мне это уже не интересно.

— Не понимаю, — он беспомощно развернулся к ней.

— Мне себя редактировать незачем. Миру — уже. HAM-QUOL-CON — инструмент контроля финансового благополучия, да, один из; но теперь не представляет лично для меня никакого интереса как перспектива.

— Вы же молодая? — по-взрослому выдал он после затянувшейся паузы. — Время раны лечит. Вам даже без этих новшеств жить ещё век. Не рано ли вы себя хороните?

— Скажу непопулярную штуку: вот доживёшь до моих лет и окажешься в моём положении — тогда и поговорим.

— Я снова вас не понимаю. Вы по-детски капризничаете!

А даже если и так, непоследовательно вздохнула японка. А вслух из противоречия выдала:

— Подумай на полминуты больше. Если и после этого не сообразишь — буду объяснять. Заново.

***

А ведь она тупо растеряна. Не именно сейчас, а вообще. Ну или идёт вперёд по инерции — а сама опустила руки.

В конце разговора с опекуншей впечатление складывается именно такое.

— Я уверен, что вы сможете когда-нибудь посмотреть на эту ситуацию с другой стороны, — говорю уже на полном серьёзе, не стараясь острить. — Видимо, абстрактный спор в нашей с вами ситуации смысла не имеет. Очень хотел бы, чтобы вы реально увидели своих внуков и вырастили их. — Последнее добавляю по наитию.

В этом месте Тика обнимает меня за плечо и хмыкает:

— Я буду пытаться, обещаю. В японских женщинах хорошо то, что чувство долга всегда перевешивает собственные психи.

— Очень на это надеюсь... Слушайте, не могу не уточнить. То, что вы мне рассказали — насколько открытая или закрытая информация? Это было между нами или могу обсуждать с кем-то ещё?

— Ещё час назад сказала бы, что ты сошёл с ума — если не понимаешь, о чём болтать языком, а что придержать.

— Что изменилось за этот час?

— Твой Фомичёв. Просто совпадение, но это уже совсем другой тренд.

— Он настолько опасен?

— Не сам Фомичёв и не с той стороны, с которой ты думаешь. Скажем, это просто один из многих индикаторов: ГЕНЕТИКС — слишком большой монстр. Умирая и разлагаясь, он даже фрагментами представляет более чем серьёзный интерес. Рано или поздно кто-то докопается — интерес всех к "Заводу" меньше не стал.

— С учётом нынешнего технического уровня, скорее это будет рано, — предполагаю.

— Согласна. Потому сохранение тайны больше не является гарантией. Даже не является приоритетным направлением.

— Так, если я правильно вас изучил, вы сейчас скажете, что именно является? — плюю на приличия и заглядываю ей в лицо.

— Умница. — Тика касается губами моего виска, неожиданно становясь действительно похожей на бабушку. Во всяком случае, своими эмоциями. — Правильный вопрос.

— Так скажите ответ?!

— Твоё гражданство. Все виды рейтинга — личные, командные, семейные. Связи. Успехи в учёбе, в том числе сверх законодательной нормы.

— Спорт?

— ДА! Это тоже было бы неплохо. Сейчас подумала, что могу долго перечислять, — она покусывает нижнюю губу, — но можно сказать короче. Просто оставайся тем парнем, который дал тогда перед школой по морде Рашиду Али после того, как его очки улетели на асфальт. Просто сохраняйся всё тем же — и этого будет более чем достаточно.

— Очень необычная алгоритмизация, как по мне, особенно для главы такого концерна, как ваш. — Кошусь влево. Надеюсь, что незаметно. — Но, кажется, я вас понимаю.

— Знаешь, а ведь ты сейчас тоже даёшь мне то, чего так не хватало, — неожиданно признаётся Тика с бухты-барахты.

— Что именно?

— Ощущение собственной нужности.

— Пф-ф-ф.

— Зря. Ты даже не представляешь, какие у меня на эту тему напряги после смерти Сергея.

— Простите. — И чёрт меня за язык тянет каждый раз.

— Проехали. — Она встряхивается и неуловимо меняется внешне. — Ладно, пора уже к делу.

Упс. А что это тогда было — до сего момента?

— Теперь давай пробежимся по твоему распорядку дня на ближайшую неделю, — предлагает мать Миру таким тоном, что спорить или шутить почему-то не тянет.

Я не в первый раз за эту беседу становлюсь похожим на идиота: она, скользнув по мне взглядом, тут же начинает успокаивать с виноватым видом:

— Не прими за гиперконтроль! Просто при таких ставках мелочей не бывает, а ты абсолютно неприспособлен, скажем, ко многим нюансам.

— Этого мира?

— Скорее, федерации вообще. — Она явно деликатничает и старается что-то смягчить. — Вопрос первый. Что ты будешь делать сегодня сразу после школы?..

Глава 15

— Вопрос первый. Что ты будешь делать сегодня сразу после школы?

— Иду в физкультурную раздевалку и закрываюсь там с Эрнандес. Примерно минуты на три. — Он был убийственно серьезен и, похоже, напрягался, чтобы следовать за её линией в беседе буквально.

Справедливости ради, вопрос она задала в слишком общей форме.

— Принимаю, — Тика без эмоций кивнула. — Спасибо за откровенность. Потом?

— Лежу на массажном столе в блоке для подготовки — это тоже там, где физкультура. Ещё четверть часа.

— Не моё дело, — озадачилась и не удержалась японка. — Но заинтриговал.

— На массажном столе — уже с Мартинес. Деликатные физиологические моменты. Девчонки сами говорят, что если мы хотим сохранить отношения ровными, никаких предпочтений быть не должно. Всем поровну, пардон за натурализм.

— А-гх-кхр-хммм! — Хамасаки закашлялась. — Ладно, сама виновата... Давай попробуем заново. Опускаем туалеты, массажную, переодевалку и прочие физиологические оправления. Если ты даже зайдёшь по пути из школы в столовую — можешь и это отпустить. Действия, которая твоя нейросеть, — она легонько постучала пальцем по его лбу, — осуществляет в фоновом режиме, мне неинтересны. Если только в столовой у тебя нет деловой встречи, на которой ты будешь решать что-то концептуальное.