Дети Великого Шторма. Трилогия - Осояну Наталия - Страница 181

– Но она умеет исцелять! – встрял Кузнечик и тут же с ужасом понял: он не может показать этой женщине шрам на своей шее, поскольку тот с недавних пор сделался особой приметой юнги с пиратского корабля. А голос? Она ведь может обо всем догадаться по его хриплому голосу! Его вновь захлестнуло ледяной водой.

– Я верю, верю. – Эстрелла криво улыбнулась. – Я же не посвященная, а простая целительница. Проблема в том, что мне слишком мало известно об этой… особенности. Я ни разу не встречала целителей, которые призывали бы черный, разрушительный свет вместо золотого.

– Неправда, – тихо возразила Марлин. – Я, конечно, ничего не смыслю в целительстве и даже не знаю, как блестит золото. Но… однажды, когда Лайон пытался исцелить мои глаза, облако вокруг его рук стало черным. В тот раз мне было очень больно. И… это все равно не помогло.

Теперь настал черед Эстреллы и Эсме изумленно уставиться на Марлин. Кузнечик тоже растерялся: он думал, это Стражи наделили Эсме разрушительной силой, но теперь получалось, что они разбудили в ней нечто, до тех пор дремавшее. И он не мог отделаться от ощущения, что Эстрелла знает больше, чем говорит…

– Есть один слух, – наконец проговорила она. – Даже не слух… так, обрывок полузабытой легенды. О существе, которое мы, целители, заточили в некую темницу. Это существо только и умело, что разрушать. Но мы… как-то его одолели.

– Заточили в темницу? – повторила Эсме. – Но как? У нас же нет…

Тут она в ужасе умолкла и поднесла руку ко рту. Эстрелла молча кивнула; две женщины подумали о чем-то, известном лишь им одним. И что-то поняли.

«Они вряд ли станут мне что-то объяснять, – подумал Кузнечик с внезапной обидой. – Я ведь по большому счету чужак…»

~~~

– Чужак, – проговорил Умберто вслух, споткнувшись о камень на обочине дороги. – И дурак.

«Она ведь тысячу раз рассказывала про свой целительский сундук – не тот, что в каюте, а тот, что внутри!»

– Это ты про кого? – поинтересовался Крейн, бросив взгляд через плечо.

– Про себя, – буркнул Умберто.

Эсме и Кузнечик ~отдалялись~ от него с каждой секундой, и сквозь иллюзорный образ маленькой гостиной в незнакомом доме проступала рыбацкая деревня на окраине Эверры – помощник капитана и не заметил, как они с Крейном дошли до нее. Вокруг не было видно ни души; наверное, кто-то сообщил о приближении незваных гостей, и местные жители попрятались по домам. Крейн пришел сюда, чтобы отыскать рыбака, о котором рассказывал Кирен, – единственного, кто сумел спастись от пожирателя кораблей. Дело оказалось вовсе не таким простым, как он рассчитывал, но магус не собирался отказываться от своей затеи и спокойно шел вперед в надежде повстречать кого-нибудь на пути. Умберто шагал следом за капитаном, глазел по сторонам и мысленно клял себя за то, что вчера рассказал ему про везучего парня. Надо было держать язык за зубами, и тогда он не очутился бы сейчас в этом поселке, столь похожем на другой, ненавистный его сердцу.

Про то, как «Невеста ветра» позволила ему подслушивать и подглядывать за Эсме, он умолчал.

Они шли по узкой улице, которая то и дело виляла из стороны в сторону, и постепенно приближались к пристани. День выдался ясный, жаркий: простиравшееся до самого горизонта море блестело так, что становилось больно глазам. Далеко от берега мелькнули несколько треугольных парусов.

«Им никогда не стать большими, – вдруг подумал Умберто. – Это рыбачьи лодки, они навечно останутся такими, как сейчас. Несправедливо…»

– Что-то случилось? – вдруг спросил Крейн, приостановившись. – Ты сам на себя не похож.

– Да нет, всё в порядке… – он пожал плечами. «Надо что-то сказать, чтобы он не понял, о ком я думаю». – Просто мы зря теряем время. Зачем тебе нужен этот рыбак? И так ведь понятно, что за тварь его чуть было не сожрала.

– Без сомнения, – ответил магус. – Но мне бы хотелось узнать, где именно это произошло. И вообще о любом событии лучше узнавать из первых уст, а не от сплетников. Не удивлюсь, если на самом деле все было совсем не так, как твердит молва.

– Да-да! – хмыкнул Умберто. – Может, этот рыбак вовсе не выходил в море, а пьянствовал где-нибудь втихомолку и потом всем рассказал то, что ему пригрезилось в хмельном бреду?

Стоило ему это сказать, как детский голос крикнул откуда-то сверху:

– Вранье!

Моряки подняли головы: они стояли возле огораживающей чей-то двор стены, оплетенной диким виноградом, – на такой же Умберто накануне ночью прятался от деревянного голема, поэтому знал, что она вполне подходит на роль наблюдательного поста. С высоты в полтора человеческих роста на них смотрел, опасно высунувшись из гущи листьев, взъерошенный темноволосый мальчик лет восьми, похожий на драчливого воробья.

– Врете вы все! – авторитетно заявил он. – Ролан взаправду чудище это видел, и оно… А-а!!!

Тут лоза, не выдержав, затрещала. Мальчишка стал валиться вперед и упал бы головой вниз на мостовую, не подхвати его Крейн в последний момент.

Мгновение они смотрели друг на друга – как ни пытался сорванец сохранить рассерженное выражение лица, пытливый взгляд выдавал его интерес к незнакомцам, – а потом магус пренебрежительно сказал:

– Сам ты врешь! Где это видано, чтобы хищная тварь поселилась вблизи от большого и шумного порта? Они ведь умные, эти создания, – поджидают корабли в открытом море, где на помощь звать некого.

– Ролан его видел! – запротестовал мальчик, отскакивая в сторону. – Он сам мне говорил! Он сказал, чудовище на кракена похоже, только…

– Воображения твоему Ролану не хватает! – перебил Крейн все с той же надменной интонацией. – Тоже мне, придумал – кракен! Да в море кракенов, как в городе голубей!

Глаза мальчишки широко раскрылись от обиды и наполнились слезами – еще бы, какой-то прохожий моряк вдруг объявил его друга лжецом! – но он быстро взял себя в руки и сказал, сердито нахмурившись:

– Вот идите и сами его спросите.

– А вот и пойду, – Крейн торжествующе улыбнулся. – Показывай дорогу!

– Ты и рыбака рассчитываешь обвести вокруг пальца? – негромко спросил Умберто, когда мальчик зашагал по улице, от избытка чувств пиная попадающиеся камешки и поднимая тучи пыли.

– Посмотрим, – уклончиво ответил Крейн. – Мне не так уж много от него нужно.

Очень скоро они оказались на пристани, где у покосившихся деревянных причалов стояли лодки с убранными парусами. Здесь было малолюдно, но рыбаки, занимавшиеся своими делами, на незнакомцев внимания не обратили.

«Я как будто попал в прошлое…» – подумал Умберто.

– Эй, Ролан! – закричал их провожатый. – Тут тебя какие-то люди ищут!

На борту одной из лодок худощавый светловолосый парень чинил порванную сеть; заслышав голос мальчишки, он встрепенулся и, как показалось Умберто, чуть было не кинулся в воду. «Вот была бы потеха! – подумал моряк с внезапным злорадством. – Ищи его потом по всему побережью…» Крейн, должно быть, подумал о том же – его лицо потемнело, плечи напряглись.

Ролан, однако, передумал бежать и остался на месте.

– Чего надо? – грубовато спросил он, когда моряки приблизились, и прибавил, обращаясь к мальчику: – Бакли, я сколько раз тебе говорил не водить сюда чужих, а?

– Ну Ро-олан… – заныл ребенок, но рыбак уже его не слушал – смотрел на незнакомцев и, похоже, готовился к неприятностям.

Умберто ждал, что Крейн просто спросит этого Ролана, где именно с ним приключилась смертельно опасная история, однако все пошло не так: магус, не утруждая себя долгими объяснениями, перепрыгнул на борт лодки. Ее хозяин от такой наглости оторопел.

– Что это? – Крейн ткнул пальцем парню в лоб. Умберто лишь теперь понял, что капитан в ярости и еле сдерживается, чтобы не вспыхнуть. – Ты в ~петле~! Хоть понимаешь, что ты натворил?!

«В какой еще петле?» – пробормотал Умберто, но Ролана этот странный вопрос ничуть не удивил, даже наоборот – привел в чувство. Рыбак приободрился и сказал, с вызовом глядя на незваного гостя: