Дети Великого Шторма. Трилогия - Осояну Наталия - Страница 326

Кристобаль оглядел себя. Ну разумеется, Госс от души валял его по двору, и это не могло пройти без последствий. Хотя… откуда взялись эти бурые пятна, если ему не разбили нос? И с чего вдруг на рукаве дыра с опаленными краями? Он потрогал ткань, и та рассыпалась у него в пальцах, превратившись в пепел.

Странно.

– Я как раз хотела поделиться с тобой одной приятной новостью, – продолжила леди Мария, вынудив сына усесться на подлокотник кресла. Она не перестала улыбаться, но в ее мелодичном голосе зазвучали напряженные нотки. – Отец разрешил тебя порадовать. Послезавтра вы с ним отправляетесь в Облачный город.

– В Облачный город?! – Кристобаль подпрыгнул от радости, мгновенно позабыв и про рубашку, и про белое видение в саду, и вообще про все. Он уже год всячески пытался уговорить отца или брата взять его с собой на фрегат – ведь у обоих старших Фейра были собственные корабли, где хватало места для пассажиров. Марко смеялся и советовал подождать, Бастиан просто хмурил брови; Кристобаль всякий раз оставался на берегу и злился. Но теперь настал черед радоваться! Его брали с собой! И куда – в Облачный город, столицу Империи! Это означало, что путешествие будет очень долгим и, несомненно, увлекательным. Он наконец-то посмотрит, как ведет себя фрегат в открытом море, узнает, как живут моряки, и, может, даже сумеет чему-то научиться.

А то и обзаведется собственным корабликом – ведь в роду Фейра, как известно, очень много навигаторов.

Он так обрадовался, что не сразу заметил обеспокоенного лица матери. А когда заметил, сразу устыдился своего счастья. Он был уже достаточно взрослым, чтобы понимать: кто-то из старших Фейра всегда должен оставаться в Алом замке. Раз Бастиан со своей «Волшебницей» находился в Росмере, а отец отправлялся в Облачный город, значит, леди Мария останется.

И впервые отпустит сына так далеко и так надолго.

– Все будет хорошо, мама, – сказал он и поцеловал ее куда-то в ухо. Она рассмеялась и взъерошила ему волосы. – Нет, правда, – все будет хорошо. Мы привезем тебе подарки. Чего бы ты хотела?

Она заверила его, что не нуждается в подарках, потому что самое главное – чтобы все они были живы и здоровы. Одна из ее компаньонок предложила помузицировать, раз уж вечер выдался таким тихим и красивым, и Кристобаль сам не заметил, как застрял на балконе до темноты. Потом он вспомнил про мальчика в саду, но по прошествии времени случившееся показалось не более чем видением, вызванным усталостью или слишком жарким солнцем. Он ничего никому не сказал.

На следующий день с самого утра начались сборы. Кристобаль вместе с отцом уезжали надолго – кроме самого путешествия туда и обратно, им предстояло еще и пробыть в столице Империи не меньше трех недель. Сердце мальчика пело, он почти что летал. Наконец-то у него появится возможность увидеть воочию не только Облачную цитадель, но и знаменитые столичные чудеса, о которых он столько слышал. Хотя леди Мария и отказалась от подарков, он знал, что обязательно что-нибудь купит маме, даже если на это уйдут все деньги, какие ему выдадут.

Отца он не видел до самого отплытия. Лорд Фейра, желая помочь жене, которая оставалась за хозяйку в Алом замке и Огненных землях, решил разобраться со всеми делами. Кристобаль не придал этому значения, но поздно вечером, вознамерившись поговорить с матерью, услышал голоса за приоткрытой дверью.

– …Меня это тревожит. Ты как будто уезжаешь на долгие годы.

– В самом деле?

– Прости. – Тихий смех. – Наверное, я просто трусливая курица.

– Ты… – Шуршание, вздох. – Ты самая смелая птица из всех, кого я знаю.

Кристобаль тихонько отошел от двери.

«Ведьма глубин» была красивым и мощным трехмачтовым фрегатом с темно-синими парусами. Она служила лорду Фейре верой и правдой не один десяток лет и была предметом зависти многих лордов-навигаторов. Кристобаль в первую же ночь выбрался из каюты, чтобы побродить по бесконечным коридорам, освещенным тусклым синеватым светом, и успел много где побывать, прежде чем его поймал пожилой матрос и без особых церемоний вернул на прежнее место. Здесь – теперь он это понял – титулы и различия между детьми земли и неба не имели особого значения. Он просто мальчишка-пассажир, который нарушил правила. Хорошо еще, что не дали по шее.

В каюте, которую он получил в безраздельное владение, было темно и тихо; одеяло сползло с койки на пол, и Кристобаль наклонился, чтобы поднять его. Под койкой что-то лежало – он не помнил этой вещи среди своего багажа. Какая-то книга.

Книга в белоснежной обложке.

Чувствуя неприятную дрожь в коленях, Кристобаль уселся на пол и кончиками пальцев потрогал странную книгу, от которой веяло холодом. Без сомнения, это ее держал тот мальчик в саду. И как же он мог забыть о случившемся? А если незнакомец – не видение, если он существовал на самом деле? Если матери угрожает опасность из-за того, что у него такая короткая память и ветер в голове?..

Кристобаль открыл книгу и сначала увидел совершенно белые, пустые страницы. Потом на одной из них вдруг проявился черно-белый рисунок, и, пока Кристобаль на него смотрел, он становился все более подробным, пугающе реалистичным. Берег моря, рыбацкие хижины, зависшая в полете чайка и легкие облачка на небе – ничего особенного, если не считать того, что он еще никогда не видел столь мастерски исполненных иллюстраций. В левом глазу опять что-то кольнуло, как и в тот раз, когда он повстречал в саду незнакомого мальчишку. Кристобаль сердито потер глаз рукой, но болеть стало сильнее, и он уже хотел позвать матроса, чтобы тот принес воды, как вдруг на странице что-то шевельнулось.

Рисунок… ожил. Чайка взмахнула крыльями и полетела, волна набежала на берег и смыла что-то маленькое – не разглядеть. Из ближайшей хижины выбежал человечек и, отважно ринувшись в воду, выловил из моря то, что было украдено волной. Потом он застыл, подняв голову. Кристобаль тоже перевел взгляд на небо.

Нарисованные облака превратились в нарисованные тучи. Они клубились, становясь все больше и больше, а потом посреди них возникло что-то странное. Понадобилось несколько секунд, чтобы Кристобаль понял: он видит нос фрегата. Вскоре и сам фрегат показался из туч, грациозный и величественный. Он спокойно плыл по небу, словно был для этого и создан, а над рыбацкой деревушкой замедлил ход и бросил якорь, который упал рядом с одним из домов. В борту открылся люк, оттуда вылетели шестнадцать птиц, и Кристобаль уже забыл про соринку в глазу, с интересом наблюдая за происходящим, но картинка растаяла. Он разочарованно перелистнул еще несколько страниц – они оставались белыми. Книга не исчезала, и он не нашел ничего лучше, как спрятать ее среди своих вещей.

Похоже, она предназначалась ему.

Следующего вечера он ждал с нетерпением, каким-то шестым чувством ощущая, что книга откроется в то же самое время, что и прошлый раз. Так и вышло – ночью, когда все звуки стихли, он услышал шорох страниц и торопливо вытащил странный том из сундука с одеждой. Книга раскрылась сама, несколько листов перевернулись, будто от сквозняка, и на белой бумаге вновь проступили линии. По очертанию гор и берега он понял, что видит то же самое место, но оно сильно изменилось.

Деревня выросла. Прежде в ней было едва ли полтора десятка построек, а сейчас – не меньше сотни, причем не рыбацких хижин и хлипких сараев, а добротных каменных домов. У берега появился причал, возле которого покачивались на волнах два небольших одномачтовых фрегата – обычных, морских. Небесный корабль по-прежнему стоял на якоре, но он был скрыт тучами и о его присутствии свидетельствовала только якорная цепь, поросшая плющом. Возле самого якоря росли высокие деревья, которых не было в прошлый раз, и, глядя на них, Кристобаль понял, что после прибытия небесного корабля прошло лет тридцать-сорок.

Ближайший к якорной цепи дом выглядел основательнее прочих – трехэтажный, с высокими окнами и знаменами на крыше. Когда Кристобаль сосредоточился на нем, картинка изменилась: теперь он видел только этот дом и его обитателей, явно благородного происхождения, потому что их жизнь напоминала ту, к которой он сам привык. Лорд, высокий и важный, решал споры между жителями, что-то писал, принимал гостей – таких же важных людей, которых всегда сопровождали слуги. Его жена занималась детьми, которых было трое – три драчливых мальчика, постоянно устраивавших разные шалости. Поначалу Кристобаль наблюдал за ними с интересом, а потом заскучал и уже начал гадать, зачем книга ему все это показывает, – как вдруг ракурс снова изменился. Он увидел парадную дверь дома, к которой подошла женщина в плаще, ведя за руку маленькую девочку. Она постучала и бросилась бежать, а ребенок остался. Пожилая служанка, открывшая дверь, всплеснула руками и забрала малышку внутрь.