Дети Великого Шторма. Трилогия - Осояну Наталия - Страница 352

И зачем только он носил повязку на здоровом глазу?..

– Мы живы, – прошептал рядом с ней Кайрен.

Лара протянула ему руку; оба поднялись, внимательно следя, чтобы не наступить на ту часть палубы, которая провалилась бы под ними. Это оказалось непросто. Велин и Унаги, соблюдая те же предосторожности, пытались понять, что именно изменилось в их корабле. Ристо был единственным, кто не двигался, – с безмерно усталым видом он сидел на прежнем месте, выпрямив спину и скрестив ноги. Неподалеку валялась сабля, которую он уронил, когда все началось.

– Я бы посоветовал вам пока что воздержаться от прогулок, – сказал он, прищурив странные глаза и глядя прямо на Лару.

Теперь, когда больше не нужно было бороться с присущим всем небожителям отвращением к уродству, она вдруг поняла, что для жителя суши Ристо весьма хорош собой. В чертах его лица проскальзывало нечто благородное – сильная челюсть, четко очерченные губы, прямой нос и эти глаза… Ристо усмехнулся, отлично понимая, о чем она думает, и Лара покраснела.

– Она еще не закончила, – продолжил он. – Она теперь песней призовет всю рыбу на двадцать миль в округе прямиком к себе в пасть. Надеюсь, ей не попадется какая-нибудь тварь, слишком большая, чтобы проглотить. Надо подождать… хм… четыре часа, пять? Ну, по крайней мере, она достаточно счастлива, чтобы не сожрать кого-то из нас.

И они стали ждать.

Лара о многом хотела спросить, но моряки были явно не расположены беседовать, сердились на своенравный фрегат, и если хотели что-то сказать, то делали это беззвучно. Потому она закрыла глаза и удалилась во Внутреннюю библиотеку, ощутив легкие угрызения совести из-за того, что оставляет Кайрена в одиночестве. Однако недавние события слишком выбили ее из колеи, чтобы оставаться целиком и полностью в наружном мире. Она блуждала по комнатам Библиотеки довольно долго, время от времени беря с полок то одну, то другую книгу. Прочитала о призрачном корабле, Белом Фрегате, но не узнала ничего интересного – ей и так было известно, что это создание появилось где-то во время Потерянной эпохи, стертой из памяти Сов.

Прочитала о фрегатах.

О муренах и дельфах.

А потом взяла с полки томик под названием «Соль и пепел» и начала его перечитывать.

«Соль горька, и пепел горек. Вот идешь ты по тонкой линии меж сушей и морем, и ноги твои остаются сухими. Ты улыбаешься, ты поешь; ты забываешь, что ждет тебя в конце пути.

А стоило бы помнить».

– Лара! Лара, проснись!

Это был не сон, а повторение того, что уже случилось перед рассветом. Теперь у них над головой сияло полуденное солнце, но в остальном все осталось без изменений. Лара была далеко от дома. На борту фрегата. И Кайрен пытался ее разбудить – вывести из библиотечного транса, – потому что приближался монстр.

Опять.

Придя в себя, Лара немедленно осознала, что на этот раз им не спастись. Оставалось лишь гадать, как именно фрегат-ловец умудрился разыскать свою жертву в бескрайнем океане. Так или иначе, их настигали, и это вовсе не удивляло: «Шустрая» болталась на волнах, будто пустая ореховая скорлупа. Парус на главной мачте она порвала, попытавшись поймать ветер, и Лара заметила, как Ристо при этом скривился. Не от гнева – от боли. И выглядел он таким сбитым с толку, что Лара и Кайрен поняли без лишних слов: ни дельфов, ни других трюков не будет.

В конце концов ловец подошел вплотную к «Шустрой», выставил абордажные крючья и прицепился к челноку, который не был больше челноком.

К ним на борт перешли трое.

Три небожителя, незнакомых Ларе и Кайрену. Один – явно скопа, с шипастыми кулаками и игольчатыми выступами на лице и шее, составлявшими видимую часть его боевого облика. Клановая принадлежность другого угадывалась без труда: на его надменном лице, на его длинном темном одеянии словно было написано красным: «Чайка». Или щупач – так называли его сородичей, способных читать мысли. А вот третий мог быть из любого семейства с даром, не имевшим внешних признаков. Быстрый ястреб, могучий орел – самый надежный союзник капитана-императора, – или представитель какого-то из менее значимых кланов, служивших цаплям верой и правдой.

– День добрый, госпожа Великая Сова, – сказал этот третий с любезной улыбкой и поклонился. Двое других последовали его примеру, хоть и едва заметно поколебались. – Я так рад, что нам наконец-то удалось встретиться.

– Не могу ответить тем же, – холодно ответила Лара. – Что вам нужно?

– Разве это не очевидно? – спросил магус, чье лицо сохраняло любезное выражение, несмотря на ее прямолинейность на грани грубости. – Мы хотим сопроводить вас в Облачный город, госпожа Великая Сова. Его величество желает с вами познакомиться, и он с радостью предоставит вам подходящее жилище до той поры, пока Совиное Гнездо не отремонтируют… или, если точнее, не отстроят заново. Ибо я сомневаюсь, что от ремонта будет хоть какой-то прок.

Лишь теперь Лара осознала, как он к ней обратился – дважды!

«Госпожа Великая Сова».

Кайрен рядом с нею тихонько охнул.

Лара уставилась на магуса, чей клан оставался неизвестным, как и имя.

Вид у него был крайне самодовольный и уверенный. То, как он с нею разговаривал, не уделяя внимания ее спутнику и морякам, раздражало Лару так сильно, что ей с трудом удалось сосредоточиться на главном. Он обращался к ней как к главе клана, намекая, что Совиное Гнездо пало и бо́льшая часть ее родных мертва… все, кто старше ее, мертвы. По крайней мере, из главной родовой ветви, полноправных Библиотекарей, они точно никого не оставили. Зачем капитану-императору прошлое, которое нельзя переписать по своему желанию? А вот бескрылых, вроде Кайрена, могли и пощадить.

Или нет. Они ведь, в конце концов, тоже отказались признавать власть Цапли.

На краткий миг самодовольная улыбка исчезла с лица безымянного магуса.

– Лжешь, – сказала Лара. – Они не умерли.

– А в чем разница, девочка моя? – вступил в разговор щупач, изогнув бровь. Лара почувствовала, что он очень стар. С возрастом у крылатых небожителей были сложные отношения: они не менялись с течением времени и обычно выглядели молодыми и красивыми до самой смерти. Но от старых магусов веяло холодом, и именно холод она ощутила теперь. – Даже если кто-то выжил – я сомневаюсь, что это возможно, однако давай притворимся ради продолжения беседы, – что это меняет? Перечислим факты – безусловные факты, весомые факты, с которыми поспорит лишь безумец или дурак. Ты наследница лорда Совы и владеешь полной и почти безупречной Внутренней библиотекой, и сейчас ты можешь лишь отправиться вместе с нами, потому что бойцы из сов никудышные. – Щупач одарил ее кривой ухмылкой. – Кроме того, ты напугана. Ты так напугана, моя бедная маленькая птичка…

– Предлагаю продолжить беседу на борту нашего фрегата, – нетерпеливо перебил первый магус. – Слова «н е п о к о р н о с т ь» больше нет в вашем словаре, моя дорогая.

Слова… какого еще слова?

Лара растерянно моргнула. Он что-то сказал, он обратился к ней – в этом не было никаких сомнений, но смысл сказанного мгновенно покинул ее разум. Будто зачарованная, она шагнула вперед. Где-то на заднем плане внутренний голос бесстрастно отметил: о, капитан-император счел тебя достаточно важной персоной, чтобы отправить за тобой своего родственника, ну надо же…

Еще шаг.

Как все просто, как легко: можно больше не бежать. Отныне она ни в чем не будет нуждаться, получит в свое распоряжение все блага, какие только можно себе представить, потому что щупач, разумеется, прав: совы не умеют сражаться. Совы мирные, спокойные книжники, добродушные, но необщительные, предпочитающие общество себе подобных. Наверное, это их и погубило… в числе прочих причин. Не сумели вовремя обзавестись друзьями. Слишком увязли в прошлом и недооценили то, как быстро менялось настоящее.

И опять она шагнула вперед, а потом мир погрузился в хаос.

В третий раз за одни сутки.