"Фантастика 2023-73". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Кащеев Денис - Страница 401

Кроме наличности в лагере Казимира было и другое ценное имущество. Доспехи, оружие, разнообразный скарб, ювелирные изделия, драгоценная посуда, ткани, меха и так далее, и тому подобное. Один только артиллерийский парк по стоимости бронзы, из которой он был отлит, стоил ого-го сколько. А еще порох к этим орудиям и свинец, ведь часть кулеврин стреляло в это время именно свинцовыми ядрами. Ну и так далее. По всему выходило, что миллиона на четыре флоринов «улова» можно было рассчитывать.

Так что, с какой стороны не смотри, а атаковать придется. Поэтому Иоанн вздохнул. Нервно дернул головой. И приказал своим войскам выходить да строиться.

Мантелеты отодвинули в сторону и через проходы пошла пехота. Полк за полком. Но только полки, потому что отдельные роты аркебузиров король оставил на позициях. Они должны были прикрывать отход в случае чего.

Следом выдвинулся и сам король с ротой королевских мушкетеров и кавалерией. В той сшибке с польско-литовской конницей уланам, конечно, досталось, но не сильно. Едва тридцать человек выбило из строя, и не всех фатально. Все-таки латы, пусть даже и в таком облегченном формате – великая вещь. Поэтому, получив из обоза новые пики, уланы снова были готовы к бою. И рвались в него, вдохновленные своим успехом. Да и гусары, получив из обоза стрелы, также последовали за королем с немалым воодушевлением.

Битва переходила в свою следующую фазу.

На позициях Казимира, заметив выступление войск Иоанна, также все пришло в движение.

Швейцарцы, конечно, очень сильно пали духом, после фактического расстрела из пушек и аркебуз. Но теперь, увидев своих обидчиков в поле, прямо озверели и рвались с ними поквитаться. Тем более, что их еще оставалось тысячи пять. Фламандцы также чувствовали себя вполне уверенно в полевом сражении и начали спокойно выдвигаться вперед.

Что давало Казимиру одиннадцать тысяч пехоты против шести. Вдвое перевес! Плюс латная конница вся его была собрана в кулак. А ее, несмотря на удачный отсекающей залп мушкетеров и второй, брошенный вдогонку, оставалось больше тысячи.

А ведь у Казимира еще имелось более сотни артиллерийских стволов…

Швейцарцы построились в атакующую колонну. Одну. Рядом с ними встали фламандцы, также сбившиеся в одну колонну. И пошли вперед. Не дожидаясь того, когда русские войдут в зону действительного поражения их артиллерии. Швейцарцы стремились как можно скорее добраться до рукопашной схватки и реабилитироваться. Фламандцы же не считали нужным уступать своим конкурентам в боевом рвении.

Полки Иоанна строились довольно необычно по местным понятиям. Спереди стояло две роты аркебузир – бок о бок. За ними пикинеры также. В итоге получалась этакая коробочка, разделенная на четыре сегмента. И таких восемь штук, вытянувшись широким фронтом.

Иоанн шел за ними, окруженный мушкетерами и уланами. За ним гусары и… артиллерия. Этого с позиций Казимира не разглядели. Но, Иоанн все-таки снял с оборонительных позиций восемь фальконетов и конными упряжками потащил их на поле боя. Старательно скрывая за массой гусар.

Русская пехота шла тихо. Спокойно. Размеренно. Под музыку. Барабанщики и флейтисты шли сразу за пехотой и играли caver на знаменитую композицию British Grenadiers song. Само собой, не ноту в ноту, но очень похоже. По крайней мере в ритмике и мелодике.

Музыка была без слов. Бойцы тоже все молчали. Ибо кричать было нельзя, как и разговаривать, так как это могло помешать передаче команд.

Так и шли, методично вышагивая и держа равнение. Благо, что в таких плотных формациях его выдерживать было несложно. Поэтому Максимилиан Габсбург, что стоял при Казимире наблюдателем, прямо залюбовался этим зрелищем. Ровные коробочки русских надвигались подобно римским когортам. Во всяком случае так, как их описывали в книгах.

А над полем неслись звуки барабанов и флейт. Три разные мелодии, ибо эти инструменты задавали ритм шага пехоте всех участников конфликта. И всюду молчание…

Когда между противниками осталось метров триста, армия Иоанна остановилась. И бойцы спешно поставили на треноги пищали. Зарядили их картузами, увязанными с малыми, всего лишь фунтовыми ядрами. И выстрелили.

Перезаряжать их было удобно. Так как ствол для этого можно было сильно задрать вверх.

Сорок секунд.

Новый залп малых фунтовых ядер улетел в сторону атакующих колон, немало там навредив. Да, это были не полноценные орудия вроде кулеврин. И масса их снаряда не отличалась особенной разрушительностью. Но двух-трех бойцов за одно попадание удавалось выбить. А учитывая, что это были ребята в первых рядах, упакованные в лучшие доспехи – это дорогого стоило.

Наконец колонны швейцарцев сблизились на сто шагов. Что позволило открыть огонь аркебузирам.

Залп.

И первый ряд отходит назад на перезарядку. А второй выступает вперед.

Еще залп.

И снова ротация.

Каждая рота была построена в пять рядов. Поэтому стрельба шла достаточно ловко. По выстрелу раз в десять секунд. Перезарядка же задних рядов шла с подшагами, что позволяло им не только готовить свои аркебузы к бою, но продвигаться вперед, освобождая место сзади для очередной разрядившейся шеренги.

Но всему приходит конец.

Поэтому, когда до швейцарцев, уже опустивших пики и алебарды, осталось шагов двадцать, командиры полков отдали команды и аркебузиры слажено бросились назад – в тыл, укрываясь за своими пикинерами. А те, опустили пики и пошли в клинч с неприятелем.

Против колонны швейцарцев и фламандцев вышло лоб в лоб всего по два полка. То есть, по тысяче пикинеров, если при полном составе. Еще по два полка атаковали в передние углы их построения, чуть-чуть нависая над неприятелем.

Клинч такой пехоты – это ад.

Задние ряды напирают на передние. И те вынужденно пытаются продавить, смять, оттеснить неприятеля. Обычно побеждает тот, у кого глубже построение. Поэтому, несмотря на выучку, подходящее снаряжение и преобладание пикинеров, русские полки стали медленно отходить. Шаг за шагом. Без особых потерь. Просто из-за того, что неприятель их оттеснял. Слишком глубока была у швейцарцев и фламандцев глубина строя. Слишком велико их численное превосходство.

Казимир увидев это расплылся в улыбке.

Но тут Иоанн вытащил козырь из рукава и отправил упряжки с фальконетами на фланги. А вместе с ними туда двинулись и аркебузиры. Да не шагом, а трусцой, под дробный звук барабана.

Тун-тун-тун-тун-тун-тун…

И топот ног.

Казимир заметил этот маневр и отправил свою конницу в атаку.

Три сотни польских рыцарей возглавили остатки польско-литовской средней конницы в натиске на левый фланг Иоанна. Итальянские и имперские латники ринулись на правый.

Наш герой отреагировал оперативно. Он предвидел такое развитие событий. Поэтому, как только началось это движение, он начал противодействие. Против латников отправилась рота королевских мушкетеров и две роты улан. А на другой фланг – рота улан и четыре – гусар.

На поле боя разворачивалась драма. Игра ва-банк становилась все круче и опаснее. Все или ничего. Здесь и сейчас решалась развязка всей истории.

– Па! – рявкнул командир мушкетеров, своим бойцам, что лихо подскочили к орудиям, спешились и выстроились в две линии.

Мгновение. И первая шеренга мушкетеров дала слитный залп.

Жуткий. Страшный залп. Потому что свинцовые пули, выпущенные из этих «агрегатов», разили далеко и сильно. Во всяком случае, на дистанции в сто метров, на которую мушкетеры подпустили конных латников, тех поражало вполне уверенно.

– Па! – снова рявкнул командир мушкетеров, и дала залп вторая шеренга, в то время как первая встала на колено, пригнувшись.

Больше двухсот мушкетных пуль секунд за пять – это не фунт изюма. Во всяком случае лихой запал латной конницы они немало поубавили, свалив более сотни всадников. На первый взгляд очень высокая точность. Но конница шла гурьбой и промахнуться по такой толпе нужно было постараться.

Тут же подоспели и аркебузиры, которые зачастили со своими выстрелами, опасными на такой дистанции больше для лошадей, чем для всадников.