"Фантастика 2023-72". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Валентеева Ольга - Страница 390

— Собаки на выгуле — сообщает Асель, пока мы идём по дорожке, вымощенной чем-то ужасно напоминающим как минимум гранит. — Пока никого нет дома — из собачьего питомника приезжает специальный человек, выгуливает собак, кормит их в питомнике, и поиграть им там есть с кем. А вечером вернёт обратно.

Мы обходим этот огромный дом по кругу и упираемся в уютную одноэтажную пристройку. Асель и Лена нажимают какие-то кнопки каждая у себя на пульте, в результате чего металлические жалюзи, закрывающие вход, дёргаются то вниз, то обратно вверх.

— Эээй, стоп! — поворачивается к Лене Асель, — ты сейчас мотор спалишь!

— Упс, ты свой пульт тоже взяла? — Лена прячет какую-то пластиковую коробочку в сумочку.

Флигель изнутри оказывается отдельным одноэтажным зданием из трёх комнат, кухни двух санузлов и огромного холла, образующего с кухней студию.

— Это когда я замуж вышла, ну, первый раз, батя эту пристройку сделал, чтоб мы родителям по ночам не мешали, — хмуро поясняет Лена. — Во первых, шумами. Во-вторых, все думали, что у нас дети скоро пойдут…

Вижу, что тема ей не приятна, потому обнимаю сзади за талию и говорю:

— Где Аселины вещи? Пойдёмте, ещё куча дел.

Аселины вещи аккуратно упакованы в чемодан и находятся в одной из трёх комнат.

— Ассоль, это всё? — уточняю. — Лена говорила, что есть ещё какая-то зимняя спальня в основном здании, и там тоже какие-то вещи?

— Зимняя спальня — только у Лены, — смеётся Асель. — У меня эти вещи — все…

— А зимние? А обувь? А осень? — переспрашиваю, наученный об этих пунктах предыдущим разговором с Леной.

Теперь Асель хмуро смотрит на Лену исподлобья:

— Сейчас по жопе дам.

Я ничего не понимаю, потому что Лена отпускает мне подзатыльник со словами:

— Ну где твоя тактичность, поручик?

Тут, наверное, лучше прикрыться возрастом и перевести разговор на другую тему:

— Ну я ещё маленький, пардон. Я же не знаю, о чем спрашивать взрослых женщин, которые настолько старше меня!

Эта фраза стоит мне уже двух подзатыльников с обеих сторон, потому спешу перевести разговор на другую тему:

— Кстати, а почему Ассоль? Это же, кажется, совсем другое имя?

— Ассоль — это прозвище, не имя. Для самых близких. — Объясняет Асель. — Тебе можно — ты с Леной же.

Дома я переставляю шкаф к другой стене, благо ширина коридора позволяет, и мы втроём наводим порядок в последней комнате.

Пока девочки завершают уборку в комнате, я быстро расконсервирую и проверяю сантехнику и разводку электричества. Когда-то эта спальня принадлежала мамане и бате (моим), потому здесь — лампочки-споты, утопленные в потолок; четырёхспальная кровать на двоих на полкомнаты и вообще — комфорт и уют.

Блин. Знал бы, что так обернётся — сразу бы с Леной сюда заселился, а Аселю б в той комнате поселил. Но сейчас переигрывать будет уже не правильно, эх.

Лена внимательно смотрит на моё лицо секунды три и, видимо, что-то читает по моему выражению лица. Потому что подходит, берёт меня под руку и говорит вкрадчивым голосом:

— Ась, ну ты обживайся, мы к себе. У нас ещё интимные процедуры с утра — пубертат как никак. Санузлы у тебя свои.

После этих слов мы с Аселей синхронно краснеем, но ситуация не та, чтоб спорить. Потому под руку с Леной топаю на нашу половину.

— А хорошо, что входы в комнаты из коридора, и нет проходных комнат, — бормочу по дороге.

— Мелкий, колись, — бьёт Лена меня локтем по рёбрам, когда мы закрываем дверь в нашу спальню. — Тебя жаба давонула за эту сегодняшнюю спальню Аселе? Жалеешь?

— Да нет, вернее, не совсем. Просто мне одному эта комната была крайне неудобна — самая дальняя, самая оборудованная, пока тебя не было — и не нужная. А сейчас получается, что я отдал самое лучшее Аселе, которая мне — чужой человек. А вторая половина ютится со мной на полуторном диване, блин.

— Мелкий, иди сюда — я тебе ещё раз дам по рёбрам. Аселя — моя сестра. Запомни. Не важно, что не кровная. Значит — и тебе тоже не чужая. Это раз. — Сообщает Лена, падая спиной на диван и начиная стаскивать с себя джинсы. — Второе — ты абсолютно правильно поступили по казахским меркам. Всё лучшее — гостю. Ты заметил, что Асель не спорила? При том, что она супер стеснительная и у неё мания — она боится кого-то задеть либо стеснить?

— Да, точно.

— А знаешь, почему она не спорила?

— Почему?

— Именно потому, что ты абсолютно стандартно поступил в её родной шкале ценностей. У них вообще, если гость в дом — бедные хозяева могут родных детей голодными на неделю оставить, но гостю отдадут самое лучшее. Из еды, спального места, и так далее.

— Во блин, бывает же, — удивлённо пожимаю плечами.

— Да, Мелкий. Народов на земле много. И у каждого — свои стандарты. Я когда с ней у её родителей была — вот это был стресс. Для меня. Семья крайне небогатая. Я — сам видишь, из какой семьи, дома у меня ты сегодня был… Вот представь, как они растопыривались, чтоб я не чувствовала разницы между их трёхкомнатной квартирой, в которой живут пять человек, и домом моих родителей, муа-ха-ха.

— И как? Правда не было разницы? — мне искренне любопытно.

— Шутишь? — закрывает один глаз Лена. — Конечно была. Но я же не буду об этом им говорить. Тем более когда в доме всего один туалет на три комнаты, эх… Ладно, не будем о грустном. А стресс представляешь какой — когда вся эта куча людей пытается тебе уделить внимание, а ты наоборот хочешь тишины и побыть одной? Ладно, не будем о грустном. Мелкий, мы твой пубертат будем профилактировать или я тебя зря жду на кровати? — спрашивает Лена, наконец освободившаяся от джинсов и кое-чего ещё.

— А ты уверена, что хочешь? По тебе не скажешь, что тебе именно этого прям сейчас очень не хватает, — говорю с сомнением.

— Я уверена, что когда пацану шестнадцать, и это мой пацан, я лучше сама обо всём позабочусь… Чем ему в голову будут бить ненужные гормоны… Иди сюда, Мелкий, я всё-таки врач. Опять же, любофьфь — страшная штука. Не заставляй меня лишний раз говорить банальности…

22

Слышно, как по кухне ходит Асель. Мы валяемся у себя в комнате. Спать лично мне вроде бы уже поздно, а выходить из дома — ещё рано. Лена не спит со мной за компанию.

— Лен, а чего вы работаете врачами, а не моделями? Асель вон даже опыт имеет в Китае. И, как по мне, деньги более чем приличные, особенно если с нашими деньгами сравнивать. О качестве жизни даже не заикаюсь — возможно, я еще слишком мало знаю об этом мире.

— Ну, лично я вообще работаю врачом не из-за денег. Меня б родители прокормили и так, как понимаешь. Включая моих детей и внуков. И если б я жила в Китае — тоже бы прокормили. А работаем, наверное, из чувства долга. Лично мне нравится лечить. Аське — тоже. У меня была с детства мечта: делать что-то, что будет по-настоящему полезно людям. Меня всегда воспринимали, как придаток отца. Как его продолжение. Вот мне хотелось сделать что-то, чтоб и самой себя чувствовать не пустышкой. Я ещё когда в школе училась, знаешь как достали мажоры всех мастей? Очень хотелось от них дистанцироваться.

— Хм, а по стереотипным признакам, ты сама — мажорка. — Говорю задумчиво. — Тот есть, лично я вижу, что это — далеко не так. Но если оперировать стереотипами —…

— И не говори. Знаешь как доставало всегда? Если в мед поступила — значит, это мама помогла. Если школу хорошо окончила — это потому, что администрация школы с батей боится отношения испортить. Вдвойне обидно, потому что всегда училась сама. А в меде — вообще, пахала, как проклятая. Чтоб что-то кому-то доказать. Но общественное мнение — оно ж такое. Если оно решило — не поспоришь. Ну и я на каком-то этапе решила, что делать надо что-то такое, чтоб результат сам за себя говорил. Врач — самое оно. И по духу мне близко.

— А Асель?

— Ой, Мелкий, у неё — своя история. Я, конечно, всё знаю в подробностях, но ты лучше её сам расспроси, хорошо? — И затем без всякого перехода, — Мелкий. А она тебе как женщина нравится?