"Фантастика 2023-72". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Валентеева Ольга - Страница 496

— Даже боюсь спрашивать, что там.

За этот вечер, вернее, за эту ночь я неожиданно не то чтобы прикипел к Юре, но заинтересовался однозначно. И явно оценил его, не смотря на моё самое первое стереотипное о нём мнение. В реальной жизни он оказался думающим и достаточно приятным человеком.

— Держись крепче. Они сейчас кухню выбирают.

— Какую? Зачем?

— В дом. В котором они жить вместе планируют.

— Даже не знаю, что сказать… как говорится, что сказать, если нечего говорить. Ёлки, а спать-то как хочется…

— Мелкий, а вали-ка ты домой! Вспомни Буратино!

— Кто это?

— Мда, похоже кто-то рос сиротой . Сказка детская. Это такой деревянный человечек. Его папа в школу послал, а он учебники продал и на вырученные деньги в театр пошёл. В итоге, стал хозяином своего кукольного театра, а те, кто в школу ходил, на него потом работали.

— Неожиданно. Боюсь, это не совсем рабочая схема в текущих реалиях, я о реализации бизнес-амбиций через такой алгоритм 0_0

— Вааа-ха-ха, Мелкий, иди-ка ты лучше спи… Я серьёзно. Так, всё, я понеслась. У нас тут началось движение. Чмоки.

В этот момент историк замечает меня за посторонними занятиями:

— Стесев, а тебя ничего не касается? Поведай тогда нам свои мысли о причинах, следствиях и геополитических результатах второй мировой войны.

— Тимур Германович, честное слово, я могу пересказать вам учебник дословно, — бормочу, борясь с приступом зевоты. — У меня очень хорошая память, а текст совсем несложный. — Затем, видимо, усталость берёт своё и я продолжаю откровенно. — Но это же всё равно не будет правдой. Даже если на литературе… м-да…, — по классу катится короткая волна хохота. — Уж история точно будет иметь несколько трактовок, каждая из которой будет достоверной.

— Ты сейчас о чём? Давай без словоблудия. Причины, следствия, результаты!, — Недовольно морщится историк.

— Вам сейчас учебник пересказать? Или выводы, которые я считаю реальными?, — склоняю голову к правому плечу.

Пересказывать учебник не хочется категорически. Кажется, идея Лены о том, чтоб пойти спать домой, была совсем не плоха.

— Справедливости ради, я не сомневаюсь в том, что учебник ты читал, — историк отзеркаливает мой наклон головы к плечу. Видимо, это он так шутит. — Давай попробуем собственные выводы. Нестандартный ты наш.

— Хм… Звучит обидно, Тимур Германович… а я мастера спорта собрался выполнять. — Шучу в ответ под хохот класса. — Но начнём с того, что лично я категорически не согласен с причинами.

— И каковы же они, с твоей точки зрения?

Германович, не смотря на свою паническую боязнь отклониться от официального курса, в душе свой предмет любит и в определённых рамках плюрализм мнений разрешает. Но я это понял не сразу.

А мне всё кажется насквозь очевидным, чтоб упираться в официальную точку зрения.

— Я бы начал с того, что в нашем учебнике, как и много лет до этого, причиной Второй Мировой войны называется исключительно желание Германии реванша за Первую Мировую.

— И что тебя не устраивает в такой трактовке?, — втягивается в спор Германович, в котором учёный иногда берёт верх над функционером.

— Мне кажется, мы по инерции переоцениваем роль Системы и недооцениваем роль Личности.

Историк выжидающе молчит, потому продолжаю:

— Тимур Германович, повторюсь: процитировать учебник дословно могу хоть сейчас. Но раз зашла речь, то лично моё мнение: все войны, которые сейчас считаются «острыми», начинались не из-за вражды народов. А исключительно из-за разногласий политиков, определявших курс государства. Могу проаргументировать.

— Мы все внимательно следим за ходом твоей мысли.

Историк присаживается на свой стол, скрещивает руки на груди. По некоторым теориям, это является признаком того, что подсознательно он уже настроен на отторжение всего, что я скажу. На эмоциональном уровне, не подключая критичность и логику. Если психологические теории не врут, это печально. Как по мне, педагог не должен давать волю эмоциям.

— Мне кажется, ни о какой демократии в тридцатые и сороковые годы двадцатого века речь не идёт в масштабах всей планеты. — Я из любопытства прочёл всё, до чего дотянулся, про этот период. И не только по-русски. — Все без исключения страны были очень авторитарными и автократичными. Даже в той стране, которая себя сегодня считает Самой Демократичной, — пережидаю смешок класса, — президента Франклина Рузвельта профессиональные историки считают диктатором. Свои родные Самые Демократичные историки. И именно после него был введён лимит на правление в течение не более чем двух президентских сроков подряд.

— Правление — не тот термин в данном контексте, — перебивает меня историк. — И какое это имеет отношение к теме?

— Секунду. Есть мнение, что немцы — очень дисциплинированная нация. Если бы Главнокомандующий Гитлер отдал им приказ не наступать на Советский Союз, а строить дороги, либо выращивать помидоры, они бы подчинились? Или, вопреки воле Фюрера, Вермахт согласовал бы действия с Люфтваффе, Кригсмарине и они бы дружным конгломератом всё равно двинули б на СССР?

— Ты очень упрощаешь, — недовольно морщится историк. — Давление различных социальных кругов и политических групп на первое лицо государства ты исключаешь?

— На Гитлера — однозначно да, — киваю в ответ. — При маниакальном синдроме, значение чьей-то альтернативной точки зрения для пациента равно нолю. Это не лично моё мнение, а сегодняшней доказательной медицины и психиатрии в частности. Я про зависимость самооценки от внешних факторов при мании. Надеюсь, с диагнозом Гитлера вы согласны?…

— …это очень хорошая отмазка, Тимур Германович! В анализе опираться только на те факты, достоверность которых подтверждена документально! А как быть, если как раз документы-то и были специально уничтожены согласно приказу?, — горячится Юля, которая, войдя в Ученический совет, неожиданно для всех резко сконцентрировалась на учёбе. При том, что училась и до того неплохо. — Или если никаких документов не оформлялось? А приказы отдавались устно либо по телефону, но за неисполнение расстреливали?

— А что думает инициатор дискуссии?, — беззлобно косится на меня историк, который сегодня на удивление конструктивно модерирует дискуссию.

Лично я, честно говоря, не ждал от него конструктива. Воспринимал его где-то необъективно и за функционером не видел человека.

Вне зависимости, что именно каждый из нас теперь будет думать о войне, известный и конкретный фактический материал усвоен классом на удивление неплохо. Это между делом говорит сам историк.

— А я бы тут вообще начал с конца, — я давно заметил одно несоответствие, но без дополнительной информации никак не могу его оценить. — Тимур Германович, а вот скажите ваше мнение. Вернер фон Браун. Для начала, штурмбанфюрер СС, что бы это ни значило. В США он считается «отцом» американской космической программы. Могу спросить вашу оценку этого? Или вот Сиро Исии. Формально — вообще врач. Клятва Гиппократа, всё такое. А прославился экспериментами на людях, в том числе на беременных женщинах, ещё — экспериментами по болевому порогу, этапности асфиксии… Повторюсь, все эксперименты — исключительно на живых людях, зато со стопроцентной достоверностью результата. И лично с ним не пообщаешься, умер давно… В 1946 году, по ходатайству генерала Макартура, власти США предоставили ему иммунитет от преследования. В обмен на данные об исследованиях биологического оружия, основанных на экспериментах над людьми. В итоге Сиро не предстал перед Токийским судом и не понёс наказания за военные преступления.

— Хороший вопрос, Стесев, — сводит брови и кивает в ответ историк. — На это, как по мне, годится старая советская точка зрения. Или у тебя снова есть контр-аргумент?

— Насчёт фон Брауна и Исии, против старой точки зрения не возражаю, — видимо, от недосыпа, эмоции берут верх и надо мной. Я тоже завожусь. — Но нигде в советских источниках не мог найти вот какого объяснения. Король Румынии Михай Первый. В интернете, потомки одесских евреев до сих пор вспоминают румынские оккупационные части, расквартированные в Одессе в тысяча девятьсот сорок первом тире сорок четвертом годах. Говорят, «дорога смерти» в Одессе в этот период во многом обязана именно им… В большей степени, чем немцам и частям СС! При этом, как помним, сам Михай Первый является самым молодым кавалером советского Ордена Победы за всю его историю. Историю ордена, имею ввиду. Не даю никаких оценок. Только сопоставляю факты.