"Фантастика 2023-72". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Валентеева Ольга - Страница 868

Сейчас же, после накопившегося в степи багажа, Бринкса впервые в жизни обуяли честолюбие и собственные амбиции.

Хватит чужие начальственные задницы вверх двигать. Пора и себе милостей от Короны откусить, только сперва поработать на то надо.

А уж дособрать информацию и свести в один массив — тут начальник и поможет. Посмотрим, кто в чьих руках инструмент в итоге.

Глава 10

На въезде в город пришлось предъявлять ученические свидетельства магов.

— Кто такие? Зачем едете? — пара человек в доспехах, отделившись от своего десятка, материализовались перед воротами, загораживая всадникам проход.

На заднем плане маячил ещё один отряд, уже из орквудов.

Вадим наредкость легко и удачно соскочил с коня, практически как выросший в седле кочевник:

— Сам кем будешь, добрый человек? — подходя к вооруженной паре, он словно бы лениво достал из нагрудного кармана нужные бумаги. — Читать умеешь?

— Теперь понятно, зачем он полдня тренировался с коня слезать, — кивнула собственным мыслям Хе, не обращаясь ни к кому конкретно. — Мог бы и объяснить. Я его тогда чуть за дурачка не приняла: решила, с мозгами что-то стряслось. Прыгал туда-обратно, как тушканчик.

— Он объяснял, тебя просто рядом не было. — Замороженным до льда и инея голосом ответила Асем. — Ты сейчас правда спокойная, как удав? Совсем не нервничаешь.

— О. И что сказал? — неподдельно заинтересовалась метиска, которая, казалось, действительно не переживала. — Да. Я правда спокойная, это ты просто к людным местам непривычна. Обычная проверка на входе, в городах такое часто. И не такое тоже… У нас ещё компания достаточно разношерстная, внимание привлекаем. Так что он сказал, когда с коня весь день прыгал?!

— «У вас никогда не будет второго шанса, чтоб произвести первое нужное впечатление». Примерно в таком духе, — нехотя ответила хозяйка табуна.

Последний, хотя и был оставлен в степи на подножном корму, для орочьих глаз был различим в районе горизонта даже отсюда.

— Кем буду я, неважно, — местный тем временем недовольно скривился. — Так, выдано магистратом графства Ален… — он углубился в чтение.

Кочевницы понимающе переглянулись: если бы въезд караулили какие-нибудь другие расы, слова их товарища могли бы сойти за наглость и прямую провокацию.

Однако сейчас с людьми общался тоже человек. Своим вопросом насчёт грамотности он будто бы намекал на различия в происхождении: дескать, я из дворян, а ты сам кто?

— Вижу бумаги лишь на троих из вас. — Стражник на удивление быстро дочитал три листа пергамента. — А остальные?

— Остальные идут чуть по другому разряду, — снисходительно улыбнулся Вадим, доставая купчую из второго кармана. — Держи.

— Рабыни?! — через пять ударов сердца стражник впервые позволил себе что-то типа удивления. — Эти орчанки — твои рабыни?!

— Вообще-то да, — тут же насторожился пятнистый, аккуратно забирая бумаги из рук собеседника. — А чего ты так с лица спал? Какая проблема? Что за нездоровый интерес к моему имуществу?

— Колодок на них нет, а оружие на поясах есть, — местный сделал шаг назад и коротко свистнул своим, привлекая их внимание. — Для рабынь как-то слишком много свободы у них, нет? Особенно если они с красными пометками за строптивость в этой твоей купчей, — кивок на руки пятнистого. — И они из того народа, который тебе ночью горло перережет в момент, только зазевайся.

— Вовсе нет, с чего бы? — Вадим, внешне успокаиваясь, сейчас выглядел скорее озадаченным. — Как тебя звать?

— Йорг.

— Йорг, как ты относишься к красивым женщинам? — похоже, человек сообразил, что ответить.

— Хорошо отношусь, — гоготнул пехотинец одновременно с подступившими к беседующим товарищами по десятку. — К чему был вопрос?

— А я ну оооочень хорошо к ним отношусь, не просто «хорошо». Можно сказать, я своих женщин люблю, — веско уронил пятнистый. — Умею с ними общаться и строить отношения. Потому они очень часто любят меня в ответ, их имущественный статус не в счёт, — он похлопал себя по карману, в которой только что убрал бумаги.

— Занятно, но верится с трудом, — одним из подошедших был явно десятник, судя по более дорогой броне и повадкам.

— Хорошо, я вас обманываю, — не стал спорить Вадим. — Допустим. И что дальше?

— Времена сейчас сложные. — Десятник задумчиво потёр затылок, словно что-то прикидывая.

Орчанки снова переглянулись: с одной стороны, служивый явно не хотел проблем на свою голову. Ученик мага и дворянин в одном лице в потенциале их вполне мог доставить как прямо здесь, не сходя с места.

С другой стороны, у охраны города однозначно были какие-то инструкции, не предусмотренные обычным регламентом. И не афишируемые. Именно они, видимо, и вступали в противоречие с… а вот с чем — пока неясно.

— Не бывает таких рабынь-орчанок, — от второго десятка орквудов подошёл тоже кто-то из начальства, решительно покачав головой в такт собственной фразе. — Они тебя не любить ночью будут, — наёмник буквально выплюнул глагол, демонстрируя недоверие и пренебрежение. — А убивать. При первой возможности. Если ты нас сейчас не обманываешь и оно всё так, как ты говоришь.

— Ақмарал, мұнда кел[81], — фыркнул Вадим, демонстративно не вступая в спор.

Орчанка широко улыбнулась в ответ и, тоже едва коснувшись луки седла, оказалась на земле.

— Не боп қалды[82]? — она подошла к беседующим и заинтересованно свела брови вместе, глядя только на своего мужчину и демонстративно не обращая внимания на остальных.

Вместо ответа пятнистый обхватил её сгибом локтя за шею и привлёк к себе.

Акмарал в ответ впилась губами в его губы, затем бросила свои ладони ему на пояс.

Через несколько ударов сердца руки кочевницы плавно переместились человеку за спину и опустились ниже.

Орчанка с силой притянула хумана к себе, хрипло вздохнула и ещё сильнее впечаталась грудью в спутника, неохотно отрываясь ртом от его рта.

— У меня несколько другая информация по поводу моих возможных взаимоотношений с МОИМИ рабынями, — человек, блаженно улыбаясь, смотрел не на, а сквозь орквуда светлым и расфокусированным взглядом. — Ты просто не умеешь общаться с дамами, служивый.

В этот момент Хе, бдительно оглядываясь по сторонам, впечатала ладонь между лопаток Асем:

— Өз өзіңе кел! Есіңді жи.[83]

За некоторое время до этого.

— Чему радуешься? — голос Асем раздаётся над ухом неожиданно.

Приловчившись и подложив по её совету на седло перед собой дощечку с бортиками и фиксатором, я наконец освоил на ходу запасы того гнома, что щеголял револьвером.

Достаточно странным, но до невозможности знакомым. По крайней мере, конструктивно.

— Обрадовался ударному составу для переснаряжения капсюлей, — честно отвечаю. — У парняги, похоже, всё было с собой. Вот, разбираюсь.

— А это что? — она с любопытством засовывает палец в один из гномьих контейнеров, после чего подносит его к носу.

— Как называется у вас, не знаю. У нас — бертолетова соль. — Аккуратно хватаю её за руку, вытирая женский палец о свою куртку. — Оно токсично чуток! Можешь отравиться, не надо.

— Сколько надо съесть, чтобы отравиться? — живо интересуется с другой стороны Жулдыз, зажимая моего конягу с другого боку своим.

— Много, на один палец не влезет. Но тем не менее…

— А это у него что?

— Толченное стекло. Вторая составляющая.

— Хм. И теперь твоё весло может стрелять без ограничения? — Асем давно поняла роль боеприпасов для огнестрельного оружия.

Если совсем точно, то с моей помощью она вытащила картинку у меня же из головы — время от времени тренируется, как менталист.