"Фантастика 2023-74". Компиляция. Книги 1-13 (СИ) - Осояну Наталия - Страница 376

Вот уж от чего бы не пришло в голову отказываться! Чай она делала замечательный, а я ещё не завтракал!

Исход дела принёс такое облегчение, что сейчас, пожалуй, ни к кому я не испытывал ожесточения, даже к Пресвященному. Поэтому когда Логнарт вновь появился на пороге шатра, я радушно пригласил его к столу. Куриал охотно согласился.

— Я очень рассчитывал, что так всё и получится, — сказал он, осторожно присев на крохотное креслице. — Я рад, что ты сумел доказать свою правоту всем нам.

— И тебе в том числе?

— Сомнения всё равно оставались. Ты должен это понять. Демоны бывают очень и очень хитры.

— А теперь сомнений нет?

— Теперь — нет. Ты можешь оказаться хорошим человеком, или не очень хорошим, или дурным по натуре, но бесценным для Мониля, как маг-мастер — неважно. Ты всё равно остаёшься человеком. Ты свой. — Логнарт радушно улыбнулся мне. — Это всё решает.

— Всё?

— Раз у Пресвященного больше нет к тебе претензий, ни у кого другого не должно быть. По крайней мере, в вопросах твоей якобы зависимости от чужой воли. Поскольку теперь ты един с айн Эйвидлоу, вопрос изъятия у тебя этого магического предмета снимается. Священнослужители договорились считать, что пока он находится у тебя на ответственном хранении, и ты обязан следить за его сохранностью. Думаю, ты охотно возьмёшь на себя эту обязанность.

— Разумеется. И что же теперь?

— Теперь всё пойдёт по протоколу. Тебе предстоит путешествие в Арранарх. Ты ничего не знаешь об Арранархе? Это наша так называемая парадная столица.

— У вас их много?

— Хм… Четыре. В разных частях света. Но это неважно. Тебе предстоит увидеть именно Арранарх. Во всей его красе, как надеюсь.

— А что именно требует протокол?

— Ты узнаешь это уже по ходу дела. Тебе самому ни к чему не надо готовиться. И будь уверен — всё будет предоставлено, всё подготовят, и твоё путешествие сделают как можно более комфортным. От Явора до Арранарха сравнительно близко.

— И что меня там ждёт?

Логнарт посмотрел сперва с удивлением. Потом — успокоенно.

— Ты ведь хотел получить то, что получил бы любой монилец на твоём месте? Ты получишь всё, что было обещано.

— Вот как?

Я спешил придумать ещё какой-нибудь вопрос, который прояснил бы для меня моё ближайшее будущее. Но, с другой стороны, если мой собеседник предпочитает чего-то недоговаривать, едва ли я сумею вытянуть из него хоть одно лишнее слово. Захотел бы, давно б всё рассказал.

Впрочем, мне ведь чётко и ясно дали понять, что соглашение остаётся в силе. Что обещание будет выполнено, а значит, меня ждёт впереди только хорошее. Ну и отлично. Потерпим и всё увидим своими глазами.

Видимо, чтоб стать полноправным членом здешнего общества, нужно пройти какой-то ещё обряд. Неопасный, но обязательно совершаемый в столице Мониля.

— Давай-ка я облегчу тебе жизнь, — сказал я Жилан, когда куриал ушёл. — В лингвистическом плане. Немного магии — и ты отлично шпрехаешь русский и шпаришь по-монильски.

— Лучше б ты пока не напрягался, — вмешалась айн.

— А что, такая ерунда потребует напряжения?

— Ты разбаловался и охренел! Попробовал бы составить такое вот ерундовое заклинание без моей помощи, я б на тебя посмотрела!

— Я бы тоже, может, хотел бы посмотреть на себя без тебя и твоего вечного присутствия. Но это невозможно. Поэтому давай-ка быстро сбацаем ерундовую магию, и мне больше не придётся напрягаться, вспоминая английские слова.

— Как ты мне надоел, — вздохнула айн и подсунула готовую магическую структуру.

— Так лучше? — уточнил я у Жилан.

— Очень… Необычно.

— Но ты меня понимаешь, я прав?

— Отлично понимаю. Самый приятный способ изучать языки, — рассмеялась девушка.

Она всё равно артикулировала забавно, очень уж не по-русски, но внятно и, пожалуй, мило. Мне нравились азиатки, хотя раньше ни с одной из них не приходилось общаться столь тесно. И хотя Жилан вызывала у меня огромную симпатию, уже сейчас я осознавал, что дальше дружбы с ней никогда не зайду.

А раз так, то можно и в самом деле спокойно взяться за её обучение. Ничто постороннее не помешает ей осваивать трудное искусство чародейства, а мне — оттачивать мастерство учителя.

— Похоже, они боялись, что ты наслушаешься лишнего и сообщишь это лишнее мне. Потому и не взяли на себя труд снабдить тебя подобным заклинанием. А я был не в силах.

— Как поняла, они почему-то опасались тебя?

— Да. Я, видишь ли, ношу в своей душе демона.

— Демона? — Непонимание было в её взгляде, и тут я внезапно испугался, что её оттолкнёт от меня это признание, и каюк всем стройным образам будущего, которые я уже успел себе нарисовать. Фиг его знает, почему мне вдруг показалось таким важным, чтоб она согласилась учиться у меня. — Ты говоришь о повелителе-демоне?

Следом за испугом пришло понимание, что она, кажется, не совсем меня понимает. Должно быть, представления о демонах в русской и китайской традициях сильно различаются. И если я вижу в её глазах любопытство и изумление, а не отвращение, то этому обязан её непониманию. С одной стороны — хорошо. С другой — на непонимании долго не уедешь. Надо, чтоб она не заблуждалась на мой счёт.

— С одной стороны — да. Айн действительно в прошлом относилась к числу демонов-властителей. С другой — она — символ тьмы. Зла.

— У каждого человека тень живёт в душе. Она так же естественна, как всё доброе, свойственное людям.

Я запнулся. Объяснять дальше? Но зачем? Ведь она права. Отчасти так оно и есть. Пока оставим этот вопрос за кадром. Потом разберёмся, что у кого в душе.

— Что ты решила по поводу обучения? Хочешь быть магом?

— Кто же не хотел бы овладеть профессией, которой никто больше не владеет? И быть единственным специалистом в своём роде.

— Думаю, это скоро изменится. Магов с каждым годом будет становиться всё больше и больше.

— Но быть первой — уже очень много.

— Согласен с тобой. Хочешь вернуться в Макао и работать чародеем?

— О да! Я всегда мечтала о хорошеньком домике и двух милых детях.

— Двух милых детей лучше заводить в России. Или в Мониле.

Она аккуратно улыбнулась. Поразительно, сколько всего женщина может сказать одной улыбкой. Жилан хотела, чтоб наши отношения стали ещё более дружески-крепкими, надеялась поладить со мной как с учителем, однако не заблуждалась насчёт наличия у себя какой-либо женской симпатии в мой адрес. Точно так же, как она меня, я нисколько не затрагивал её сердце. И мы оба с облегчением убедились, что наши намерения абсолютно точно совпадают.

Вскоре после рассвета к моей палатке (господи, как же хотелось спать!) подали экипаж — размерами почти с дилижанс, и действительно очень комфортабельный внутри. Амортизация не оставляла желать лучшего, внутри можно было совершенно спокойно заниматься чем угодно, даже ставить полный бокал на столик и не бояться, что содержимое окажется на столешнице. На низком, обитом кожей, застеленном мягким покрывалом ложе я устроился отдохнуть, удобно разложив вокруг себя подушки. Моя сиделка облюбовала себе кресло, поджала ноги и всю дорогу листала книгу, видимо, наслаждаясь возможностью читать на новом языке.

Правда, путешествие заняло не так уж много времени. Уже к вечеру экипаж остановился, и слуга подал руку Жилан, помогая ей выбраться наружу. Мне, разумеется, никто руки не протянул. Вынырнув из приятного полумрака кареты, я обнаружил, что слуги, ехавшие в другом экипаже, уже развернули бешеную активность на обочине дороги. Уютная полянка, образованная опушкой леса, загнувшейся полукругом, быстро обрастала холмиками палаток. Крупный шатёр, похоже, предназначенный для меня, тоже вот-вот должен был обозначиться в груде складных опор, полотнищ и шестов. В стороне двое разводили костерок. Видимо, комфорт мне обещали не зря.

А не далее чем в километре от места стоянки от горизонта до горизонта раскинулся город, такой же таинственный, как мои детские сны о рыцарских замках и дворцах чародеев. Стены показались мне безупречно белоснежными, а башенки — чудесными и статными, чуть ли не подпирающими облака. Не живой город, а символ человеческих представлений о прекрасном и волшебном — вот как мне показалось, когда я впервые взглянул на столицу Мониля.