"Фантастика 2023-74". Компиляция. Книги 1-13 (СИ) - Осояну Наталия - Страница 389

Мои ученики помолчали, должно быть, обдумывая услышанное. Кирилл и Арсений даже переглянулись.

— Ты, конечно, собираешься строить систему так, чтоб иметь к ней ключ? — осторожно уточнил Михаил.

— Думаю. Но это же логично! Пока я могу изображать перед нашими чиновниками и монильскими куриалами простачка-дурачка, делать вид, что ровным счётом ничего не понимаю — а тем временем готовиться, учиться, наращивать магические и политические мускулы!.. Так, теперь по законам жанра я должен встать в пафосную позу и изречь что-нибудь такое: «И одному из вас, о, мои ученики, я передам ключ ко всем энергиям после своей смерти! И да пусть он достанется самому лучшему из вас!» Но вообще-то обсуждать пока нечего. Нет ни системы, ни ключа. Ни магии — толком. Миш — уже сообщили, когда подадут машину и самолёт?

— Сообщили. Машина — в девять, самолёт в пол-одиннадцатого. Ну, плюс-минус. Успеем шашлыки сорганизовать!

— Так начинайте!

Времени нам хватило на всё: и на сборы, и на шашлыки, и на то, чтоб домчаться до аэродрома (какого-то военного, что ли, я не понял), чтоб сесть в маленький, красивый, как игрушка, самолёт, рассчитанный человек на двадцать пассажиров, не больше. Комфорт на борту ждал просто запредельный — мне так ещё никогда не случалось летать. Да, собственно, чему тут удивляться, самолёт-то правительственный. Он должен был доставить меня на заседание, полностью посвящённое вопросам сотрудничества Земли с Монилем. Я тешил себя надеждой, что всё будет решено за один-два дня, однако в глубине души не верил в это.

Ну разве наши могут по-быстрому договориться в подобной ситуации? Да щас!

Ощущения, что мощная машина скользит по воздуху, как санки по снегу, пробудили давние воспоминания. Тогда тоже всё начиналось благополучно. Правда, в конечном итоге беда обернулась благом. И пусть мне приходится во многом себя ограничить, эти ограничения лежат в желаемой для меня сфере — в магической. Да, я не могу себе позволить душевной свободы, зато могу заниматься нравящимся мне делом и быть нужным. По-настоящему нужным!

Если дело с Катлой выгорит, на мой счёт сразу упадёт огромная сумма денег. Можно будет купить ещё земли и сорганизовать жильё для моих учеников. А может быть, даже построить школу и набрать целую огромную группу. Стоит только кинуть клич, и желающих учиться магии сразу появятся сотни и тысячи, только выбирай.

Чтоб отвлечься, я стал рассказывать своим спутникам о тонкостях энергообмена и о конструировании самых простеньких заклинаний. Потом отказался от идеи сэкономить время — все эти лекции не имели никакого смысла без самой минимально практики. Ладно, теория подождёт до Нью-Йорка. Усевшись рядом с Жилан, я принялся вспоминать про тот памятный полёт и поединок с драконом. Скоро вокруг меня вновь стянулись слушать все мои ученики.

Рассказывая, я чувствовал, что картина, описываемая мною, выглядит намного красивее, чем это было в реальности, почти героически. На самом деле подобного оттенка у тех воспоминаний не было и в помине. Надёжно сохранились в памяти, пожалуй, только усталость и шок, провоцировавший преувеличенную тактильную чувствительность кончиков пальцев.

И теперь очень кстати оказалась кружечка кофе — и нервничающие руки занять, и мысли отвлечь от малоприятных ощущений.

Задумавшись, я даже не заметил, как Арсений рядом со мной сменил Жилан.

— На что ты собираешься напирать на заседании Ассамблеи ООН?

— Не уверен, что меня вообще спросят о чём-нибудь. Я же просто представитель. Непостоянный член Совета Безопасности.

— Нет смысла тебя туда вызывать и даже ни о чём не спросить.

— Это для тебя нет смысла. А для них — кто знает. Может, подразумевается, что я должен сидеть, слушать, мотать на ус и потом на заседании Курии усердно следовать намеченному ООН курсу.

— Не жирно ли им?

— Ребята просто плохо себе представляют, что такое Курия. Да что там — я и сам пока не слишком хорошо себе это представляю. Когда сориентируюсь и обнаглею, станет проще. Ведь меня, в отличие от дипломата или какого-то другого представителя, нельзя заменить.

— Тогда наглей поскорее, учитель.

В арранархском особняке меня уже ждали. Прислугу пришлось нанять в день покупки дома, особняки такого уровня без прислуги для Мониля — нонсенс. Раз уж я взялся жить по чужим правилам, то уж следует их соблюдать в точности. Конечно, для завершающего штриха следовало бы привести в дом «подходящую невесту», но вот как раз этого я не мог себе позволить. По крайней мере, прямо сейчас.

— Не льсти себя надеждой — никогда, — ответила айн.

— Я тебе какие-то вопросы задавал?

— Считай, что задавал. Ты ведь думаешь мне напоказ.

— Какой ужас, бедная ты, несчастная, так со мной мучаешься!

— Ирония неуместна. Мне же правда тяжело!.. Слушай, почему ты так вёл себя на том вашем заседании? Сидел, как мышка, рот не раскрывал, пока тебя не спросят. Я же тебе по поводу предыдущей встречи с правителем всё сказала. Я думала, ты понял. Разве так надо ставить себя в обществе?

— Ты и я мало разбираемся в ООНовской кухне. Когда станем разбираться лучше, тогда и примемся себя ставить.

— Тогда уже будет поздно!

— Это не будет поздно, пока я остаюсь куриалом.

— Твои соотечественники могут убрать тебя, и дело с концом.

— Им это невыгодно до тех пор, пока я открыт для диалога и не затеваю вопиющей самодеятельности, способной создать для Земли реально серьёзные проблемы. Ну кого они смогут подсунуть в Курию вместо меня? Да никого!

— То Земля, то Терра — остановись уже на чём-то одном.

— Терра — это «земля» по-латыни. Наш язык науки. До французского, испанского и английского был чем-то вроде всеобщего языка.

— М-м… Поняла. Ладно, тебе виднее, в самом деле, ты лучше знаешь своих соотечественников. — И она на какое-то время оставила меня в покое.

Нелевер, невозмутимая уроженка пригородов Арранарха, служившая у меня в доме кем-то вроде горничной, уборщицы и официантки в случае наплыва гостей, подала чистую рубашку: шёлковую, чёрную. Под лазурную мантию куриала полагалось надевать всё чёрное, это меня удивляло, но почему бы и нет? Павел, которому опять предстояло сопровождать мою особу на заседание в качестве секретаря, с кислым видом стоял, держа в руках узорную цепь куриала. Наверняка это Нелевер его приставила к делу, не сам же он проявил инициативу.

Мы с ним взаимно друг другу не нравились, но терпеть приходилось опять же обоюдно. Я не поднимал вопроса о замене секретаря потому, что при всех своих недостатках Павел был просто-таки демонстративно честным человеком. В своих отчётах он ни разу не попытался хоть немножко извратить реальную картину и, пусть без особого удовольствия, всегда отстаивал мою позицию в отношении Курии и моё видение ситуации. А это сейчас было во много раз важнее чисто человеческой симпатии.

— Спасибо, — сказал я ему, принимая цепь. Нелевер, подождав, сама накинула мне на плечи мантию, хотя это не входило в её обязанности — у меня ведь имелся камердинер. Но я не мог не ценить её бесстрашие — ведь большинство монильцев продолжало бояться прикасаться ко мне. — Уже пора?

— Экипаж ждёт.

В Арранархе было жарковато, но в целом терпимо. Здания здесь строились с пониманием, и в особняке царила приятная прохлада. Я, привыкший к съёмным квартирам, трудностям быта, хлебнувший существования в демоническом мире, где вообще ничего не было приспособлено для человека, на житие в официозном особняке смотрел благосклонно. Да, приятнее мне было бы жить в своём доме в Воздвиженском, но и здесь нормально.

Какие тут были недостатки? Интерьеры действительно выглядели так, что в них трудно было представить себе уютную, необременительную жизнь. Всё вокруг пребывало в слишком уж идеальном порядке, который нельзя было нарушать. Да если намусорить — тут же рядом появляется прислуга, и вот уже всё по-прежнему. Строгая роскошная мебель выглядела потрясающе, при этом была неудобна в использовании, и одно вполне уравновешивало другое. Намазать себе бутерброд своими руками, налить чай в чашку без посторонней помощи — ни в коем случае! Слуги скончаются от шока.