"Фантастика 2023-74". Компиляция. Книги 1-13 (СИ) - Осояну Наталия - Страница 877

Уже на улице Кристобаль сказал:

– Ну вот, мы кое-что узнали о Двуликой госпоже. Как ты думаешь, кем она была?

– Понятия не имею, – ответил мастер-корабел. – Признаться, эта история совсем меня запутала. Я и сам сознавал, конечно, что слова легенды о Фениксе не стоит понимать буквально, иначе мы бы сейчас умели летать… хм. А ты не думал, что Джа-Джинни имеет какое-то отношение ко второму дару?

– Возможно, да, – пробормотал Крейн. – А возможно, и нет.

Тут их окружила и попыталась увлечь за собой галдящая компания в изрядном подпитии. Вынужденно прервав разговор, они направились вместе с развеселыми горожанами туда, где играла музыка и ярче всего светили разноцветные фонарики, – на широкую набережную Ямаоки.

Пока Эрдан и Крейн беседовали с градоначальником, людей на главной улице города стало больше раза в два. Отовсюду слышалась музыка – играли флейты, гитары, сирринги и инструменты, названий которых мастер-корабел не смог вспомнить. Каждый музыкант стремился превзойти соперников и приманить как можно больше танцующих. Звуки сливались в безумную какофонию, но это никого не заботило. Торговцы знай себе наполняли кружки клиентов пивом и сарьей да собирали монеты в карманы засаленных фартуков. Лица вокруг становились все веселее. В толпе шныряли подозрительного вида мальчишки – у городских карманников определенно были свои причины радоваться празднику.

К югу от причала, где стояла «Невеста ветра», набережная раздалась, образовав небольшую площадь с фонтаном посередине. Фонтан изображал Эльгу, попирающую бурные волны, которые символизировали Великий Шторм. Улыбка богини показалась Эрдану хищной… но, быть может, лишь из-за отблесков красного света на ее лице? Поблизости играл маленький оркестр из двух скрипок, флейты и небольшого барабана. Музыканты работали вдохновенно, и вокруг собрались те, кто в самом деле любил танцевать, включая Умберто, который был отличным танцором. Оглядевшись, Эрдан обнаружил еще нескольких моряков из их команды, а еще он увидел Эсме и Паучка. Женщины стояли рядом, но друг на друга не смотрели.

– Милое зрелище… – сказал Крейн, и оставалось лишь догадываться, к чему относились эти слова.

Предыдущая мелодия подошла к концу, и послышались первые ноты джейги, веселого и очень быстрого танца. Магус шагнул в ту сторону, где стояли Эсме и Камэ, но тут Умберто, оказавшийся ближе, подскочил к целительнице и увлек ее за собой, хотя девушка и сопротивлялась… Впрочем, не очень сильно.

Крейн остановился.

Камэ увидела капитана и, проскользнув между двумя дюжими матросами, вознамерившимися пригласить ее, подошла к нему. Ее улыбка светилась ярче, чем любой из фонариков. Слов Эрдан не расслышал, но и так все понял. Магус чуть помедлил, а потом кивнул – и они присоединились к танцующим.

Эрдан подумал, что ему стоит вернуться на корабль. Час был поздний, танцевать он не умел и не хотел, да к тому же среди веселящейся молодежи чувствовал себя древней развалиной.

– Не танцуете? – спросил чей-то голос. Мастер-корабел оглянулся и не сразу понял, кого видит перед собой, а когда понял – сильно удивился.

– Я-то не танцую, это понятно, – сказал он с ухмылкой. – А что же ты стоишь? Или у тебя не просто так голова седая, и ты и впрямь стар для таких вещей?

Парнишка из трюма смущенно заулыбался. «Как же его зовут? А, вспомнил. Хаген». Выглядел Хаген намного лучше, чем накануне, хотя одежду ему, похоже, собирали с миру по нитке – рубашка была намного больше, чем следовало, а штаны знавали лучшие времена. Но его упорство никуда не подевалось, в чем Эрдан убедился немедленно.

– Я хочу еще раз попросить капитана взять меня на борт, – сказал Хаген.

Корабел вздохнул:

– Глупо. Он никогда не отказывается от принятого решения, да нам сейчас и вправду не нужны матросы. Вот был бы ты картографом…

Парень помотал головой.

– Ну, видишь. Смирись. Я бы на твоем месте сегодня развлекся как следует, а потом попытал бы счастья с другим капитаном… Так отчего ты не потанцуешь? Для этого не нужно никого ни о чем просить – сегодня любая горожанка будет рада молодому и красивому незнакомцу, даже если тот одет в лохмотья.

– Здесь нет той, с кем я хотел бы танцевать, – ответил Хаген, и Эрдану показалось, что его лицо вдруг сделалось старше. – Да она бы и не стала…

– Влюбился в высокородную даму? – Эрдан выстрелил наугад, но парень вздрогнул. – Глупо вдвойне. Забудь ее и живи спокойно – вот тебе мой совет… Хотя ты вряд ли станешь слушать. Что ж, тогда тебе остается лишь напиться с горя.

Хаген ничего не сказал – только улыбнулся и низко поклонился корабелу, а потом скрылся в толпе.

Эрдан вновь взглянул на танцующих и увидел, что джейга превратилась в настоящий ураган, вынести который могли разве что самые умелые и стойкие. Остальные один за другим сдавались. Музыканты, соревнуясь друг с другом, все ускоряли темп. Вот уже Умберто и Эсме отскочили в сторону, смеясь и еле дыша, а джейга понеслась дальше. Совсем скоро осталось восемь пар… потом пять… и наконец три. Они кружились так быстро, что превратились в смазанные пятна, но Эрдан знал, что одна из этих пар – Кристобаль и Камэ. Магус однажды признался, что танцам простонародья его в детстве обучили слуги, – один из редчайших случаев, когда он что-то рассказал о той жизни, когда был принцем, а не пиратом, – и наблюдения Эрдана показывали, что в танце его капитану еще сложнее скрывать свою истинную природу, чем в сражении.

Вот еще одна пара выбыла из состязания…

«Что ты делаешь, Кристобаль?!»

Собравшиеся вокруг люди позабыли обо всем, напряженно следя за танцующими. Эрдан видел поодаль Умберто и Эсме: целительница смотрела на Крейна и Камэ не отрываясь, ее лицо мрачнело на глазах.

Раздался вскрик – и предпоследняя пара остановилась: женщина подвернула ногу. Тотчас же толпа взорвалась аплодисментами, а музыканты, истекающие потом, резко оборвали игру. Крейн замер на месте; Камэ повисла на его плече, бледная и задыхающаяся, в ее глазах стоял испуг. Сам магус выглядел спокойным и… Он даже не запыхался. Эрдан решительно направился к капитану, но не успел сделать и нескольких шагов, как над набережной прокатился звон – звенели все колокола Ямаоки, и это означало, что в порт входит какой-то фрегат.

В этом не было ничего необычного, но почему-то звуки музыки, раздававшиеся там и сям, смолкли. Люди замерли, затаили дыхание, а все взгляды устремились в сторону залива – туда, где темнела вода. Поначалу во мраке никто ничего не разглядел, но Эрдана вдруг охватило знакомое ощущение, и он не удивился бы, начни падать с неба хлопья сажи. Ветер с моря принес отвратительный запах гари, и «Невеста» задрожала от киля до вершины самой высокой мачты – вся команда это почувствовала.

У входа в гавань появился черный фрегат, невидимый во тьме.

Эрдан ощутил, что находится под прицелом. Градоначальник Кеттеки мог солгать, но что-то страшное произошло там и вот-вот должно было случиться здесь. Бежать на корабль? Нет смысла – они все равно не успеют ничего сделать. Сторожевой фрегат начал разворачиваться, но двигался он ужасающе медленно, да и места для битвы не хватило бы. Мастер-корабел посмотрел на своего капитана и ужаснулся: Крейн казался воплощением безразличия, хотя ему полагалось сейчас переживать все то же самое, что Эрдану, но в сто раз сильнее…

А потом раздался грохот – и далеко не сразу они поняли, что произошло. Из крепости обстреливали черный фрегат, хотя не было точно известно, что это враг. Эрдан считал, что излишняя подозрительность лучше излишней доверчивости, Лайра же очень бережно относился к потенциальным союзникам, и порой щепетильность его подводила. Но в этот раз все случилось по воле не Лайры, а другого человека – и, похоже, удалось избежать беды. Даже закрыв глаза, Эрдан чувствовал, как опасность удаляется: черный фрегат не стал ждать второго залпа, а развернулся и ушел. Вскоре над затихшей набережной прозвучал робкий голосок одинокой скрипки, ему ответил сирринг – и через некоторое время веселье возобновилось, хотя было уже не таким безудержным, как прежде.