Прятки. Я иду искать (СИ) - Сорока Кира - Страница 60

Открыв окно, кричу ей в спину:

– Там всех выгоняют!

Она оборачивается и улыбается так, словно я сморозил какую-то глупость. Типа я недооцениваю Дашку и её характер.

– Её точно не выгонят, – уверенно заявляет Тёмыч, подтверждая мои мысли.

Разворачиваюсь и внимательно смотрю на Соболева. Он изменился. Так же, как и все мы.

– Сейчас, когда мы одни, ты можешь сказать, что тебе нужно.

Артём вопросительно поднимает одну бровь.

– А мне должно быть что-то нужно?

– Ну да. Чё вы лезете к нам со своей дружбой?

– Потому что мы друзья! – тут же отрезает он. – Несмотря на то, что в школе ты и я не особо долго дружили, я всё равно считаю тебя другом. И братом. А Дашка с Асей вообще уже целую вечность подруги. Я очень сильно люблю свою жену, поэтому я здесь.

Странно, но, кажется, он говорит искренне. Даже сейчас, когда Дашки здесь нет.

– Тимур тоже хочет с тобой увидеться, – продолжает Артём. – И он до умопомрачения влюблён в свою жену, так что опасаться тебе нечего.

Да уж, конечно…

Мою кислую мину Тёмыч сразу замечает и добродушно толкает в плечо.

– Да ладно тебе, бро! Хочешь, я поклянусь, что он даже не посмотрит на Аську с каким-то двусмысленным подтекстом?

– На крови клясться будешь? – усмехаюсь.

Артём расплывается в улыбке.

– На ней, конечно. Тогда клятва будет самой настоящей.

Машинально разглядываю свою ладонь. Там шрам от той школьной клятвы. С годами это стало казаться такой глупостью. Но всё же… Иногда я мысленно возвращаюсь в то время, когда встретил братьев Соболевых в Америке.

Они мне помогли. Стали моими друзьями. И ничего не просили взамен. Разве что хранить тайну об их отце – домашнем тиране. И если бы не странная влюблённость Тимура в Асю…

Мы довольно долго молчим. Подъезжает ещё одна машина. Моя тёща и бывший директор нашего пансиона. Теперь он её муж.

Выбираемся из тачки, здороваемся. Между Артёмом и приехавшей парой завязывается разговор, а я нетерпеливо хватаю букет с заднего сиденья и перемещаюсь во двор роддома.

Как раз в этот момент из его дверей выходит Дашка.

– Она уже идёт! – заявляет, сияя от улыбки.

Ася. Она идёт. С нашей малышкой.

Душу переполняет трепетом от скорой встречи. Поднимаюсь по ступенькам. Обернувшись, вижу, что Татьяна Геннадьевна идёт за мной следом.

Наши отношения стали намного лучше. Иногда я даже зову её мамой. А она, обращаясь ко мне, говорит «сын».

Директор достаёт из машины надувные шары, и они с Артёмом тоже подходят ко входу.

Я осматриваю нашу небольшую компанию. Ася обрадуется, увидев Дашку. И тому, что я терплю присутствие Артёма. Вдруг возникает мысль, что, возможно, нам действительно стоит поддерживать дружеские отношения. И даже с Тимуром увидеться…

Иногда, очень редко, но мне всё же не хватает Соболевых. Особенно Тима. Он заряжал меня своей дикой энергией. Мне это нравилось.

Двери распахиваются, и я наконец-то вижу Асю. Подбегаю к ней, сжимаю в объятьях. Такая худенькая… Привёз её сюда с огромным пузом, а теперь его нет, и остались только огромные глаза на усталом худом личике.

На секунду она зарывается носом в ворот моей куртки. Кажется, всхлипывает. Прижав одной рукой Асю к себе ещё плотнее, с извиняющимся видом протягиваю вторую к свёртку в руках акушера. Не могу оторваться от жены и очень хочу подержать дочку. Одновременно.

Он бережно отдаёт мне свёрток. Ася поднимает взгляд к моему лицу, а потом смотрит на спящую дочку. Шепчу севшим от волнения голосом:

– Такая маленькая… И на тебя похожа.

В груди буквально жжёт от значимости этого момента. Уникальности. Никогда прежде ничего подобного со мной не происходило.

Мои родители не дожили до этого события. И от этого тоже горит в моей груди.

Нас все поздравляют. Вообще-то, поздравительные возгласы и счастливые всхлипывания начали звучать с самого появления Аси. Но эти звуки только сейчас проникают в сознание, ведь до этого я слышал лишь стук собственного сердца.

Целую Асю в губы. Шепчу слова любви. Потом невесомо касаюсь крошечного носика дочки.

– Ну привет, Елизавета, – говорю с улыбкой.

Так звали мою маму. Ася настояла на этом имени, как только мы узнали, что у нас будет девочка.

– Так хочу домой!.. – Ася снова прижимается ко мне, высвободившись из долгих объятий своей матери.

– Я тоже, – киваю.

Мы идём к машине, я помогаю Асе устроиться в кресле и отдаю ей Лизу. Наша дочка сладко спит.

– Но вряд ли мы сможем побыть сейчас лишь втроём, – говорю своей жене, загадочно улыбаясь.

– Почему? – Ася тоже улыбается.

– Ну-у… У нас ведь будут гости. Твоя мама с мужем и… – кошусь на Артёма с Дашей, которые стоят возле своей машины.

Жена прослеживает мой взгляд. Удивлённо вскидывает брови.

– Ты пригласил их к нам? Их обоих?

– Ещё нет… Но если ты против…

Она цепляется за мою руку и с благодарностью шепчет:

– Я очень хочу побыть с тобой и Лизой наедине, но совсем не против гостей!

– Хорошо. Тогда я их приглашу.

Самодовольно улыбаюсь, потому что удивил свою жену. Удивил и осчастливил. Что может быть лучше?

Прижимаюсь к её губам.

– Спасибо за дочку, Ася!

Кажется, говорят что-то подобное?..

Но я благодарен ей не только за Лизу. За свою жизнь, в которой мы вместе. За семью, которую она мне дала.

– Спасибо за то, что ты у нас есть, – отзывается Ася и целует меня в ответ.

А потом я всё-таки приглашаю Дашу и Тёмыча к нам.

Чуть позже мы и с Тимуром увидимся. И я буквально переобуюсь в полёте, поняв, как сильно он любит свою жену.

Когда-то моя одноклассница Даша Рязанова, ныне Соболева, сказала: «Я уверена, что мы всегда будем где-то очень близко друг к другу».

Что ж… Она не ошиблась!