Жестокие намерения (ЛП) - Дэвис Шивон - Страница 58

— Какие последствия?

— Ты многого не знаешь, Эбби. Вещи, которые я хотел бы тебе рассказать, но это опасно для всех нас. Просто знай, мне плохо из-за того, что я подвел тебя прошлой ночью. Это было непростительно, но клянусь здесь и сейчас, что никогда больше не подведу тебя. — На его лице появляется решительное выражение. — И начну с того, чтобы заставить их заплатить за содеянное.

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, что покончил со всеми этими дерьмовыми элитными правилами и предписаниями. Я никогда не соглашался со всей этой затеей с браком по договоренности, и чертовски уверен, что не согласен с черствым стилем воспитания твоего отца. Он не может так поступить с тобой и выйти сухим из воды. Мы, бля*ь, заставим его заплатить. Я еще не знаю как, но это произойдет.

Впервые за несколько часов на моих губах играет легкая улыбка.

Это то, что мне нужно было услышать от Дрю.

Знать, что он наконец-то встал на мою сторону.

Но все, что предложил мой брат — это слабые оправдания и бессмысленные извинения.

— Я могу на тебя рассчитывать? — спрашиваю его серьезным тоном и прожигая взглядом.

— Полностью. — Он медленно заключает меня в нежные объятия. — Я здесь ради тебя, Эбби. Ты больше не одна.

Глава 27

Поддержка Чарли укрепила мою уверенность в своих силах, а он даже не подозревал, как сильно я нуждалась в его поддержке. Я едва ли обращала внимание на занятия, по кругу гоняя мысли в голове.

Я все еще не могу понять на чьей стороне новая элита. Джексон как обычно флиртовал на уроке математики, и казалось, что он действительно понятия не имеет о произошедшем. Он не бросал на меня настороженные взгляды и не проверял больше, чем обычно, да и стал бы он это делать, если бы знал, какую они сбросили бомбу? Я уже попросила Ксавьера написать им, что отец вернулся домой раньше, прежде чем все пошло наперекосяк. Так что, если это они отправили письмо, то знали бы, почему он вернулся раньше, разве они не проверили бы на наличие признаков конфронтации?

Если только Кэм не сделал это в одиночку.

Он ненавидит меня достаточно сильно, чтобы сделать это.

Но я возвращаюсь к тому же вопросу: почему?

И вот тогда мне в голову приходит еще одна неприятная мысль.

Что, если это были не они?

Ксавьер тоже знал обо всем. Теоретически он мог отправить письмо, хотя я не хочу в это верить. Но мой разум в полном раздрае, и я не знаю чему верить или кому могу доверять.

И тогда есть третья возможность. Что это кто-то, кого я не знаю. Я видела, как легко раскрывать секреты и вторгаться в частную жизнь людей в Интернете.

Мог ли кто-то из врагов отца раскрыть мою тайну? Кто-то наблюдал за нами? Подслушал наш разговор? Или я слишком много думаю об этом, и истина заключается в том, что новая элита выставила меня полной дурой?

Я потираю пульсирующие виски, призывая разум успокоиться, по крайней мере, до тех пор, пока не наступит время обеда, и я не оценю их реакцию.

Я знаю, как хочу это разыграть.

Дрю и Трент будут недовольны.

Отец, если узнает, снова врежет мне.

Но мне надоело играть в их дурацкие игры.

Отец надавил на меня, и теперь он узнает, как я даю отпор. Мне больше нечего терять.

Туалет пуст, когда я захожу внутрь через несколько минут после того, как прозвенел звонок на обед. Я запираю дверь, достаю из сумки салфетки для макияжа и стираю все следы толстого слоя тонального крема, маскирующего раны. Расстегиваю несколько верхних пуговиц на рубашке, засовываю галстук в сумку и завязываю длинные волосы в гладкий конский хвост, чтобы синяки были полностью видны.

Я выгляжу так, словно проиграла бой с полуприцепом.

Но в том-то и дело.

Сделав ободряющий вдох, я бросаю последний взгляд в зеркало, молча поддерживая себя, и выхожу из ванной, направляясь в кафетерий.

Коридоры пусты. Единственный звук — постукивание моих ботинок. Шум доносится из оживленного кафетерия в коридор, когда я стою, вцепившись в ручку двери, кровь стучит в ушах, а бабочки порхают у меня в груди.

У меня пересыхает во рту, когда я открываю двери и вхожу в переполненную комнату.

Сначала никто ничего не замечает.

Я направляюсь к столу новой элиты с высоко поднятой головой. Раздается несколько потрясенных вздохов, когда люди постепенно обращают на меня внимание. Вокруг меня вспыхивают короткие вспышки, когда люди фотографируют на мобильные. И в комнате воцаряется мертвая тишина, когда я резко останавливаюсь у стола новой элиты, с громким стуком роняя сумку с книгами на стул.

Парни перестают разговаривать и есть, глядя на меня снизу вверх. Сойер несколько раз моргает, на его лице появляется выражение ужаса. Кривая усмешка Джексона мгновенно сползает с его лица, и он поворачивается в сторону элиты. Кэма сжимает руки в крепкие кулаки на столе, когда скользит взглядом по моей покрытой синяками коже. Огонь горит в его глазах, и он держится неподвижно, на лице страшная маска сдерживаемой агрессии.

— Что, черт возьми, произошло? — спрашивает Кэм.

— Ты скажи мне.

Я изучаю их лица в поисках подсказок, но вижу только неподдельный шок и гнев.

— Не понимаю, — сдавленно произносит Сойер хмуря брови. — Почему мы должны об этом знать?

У меня нет времени, чтобы тратить его на всякую чушь. Положив ладони на стол, я наклоняюсь.

— Ты отправил отцу Трента письмо, в котором сообщил ему, что я больше не девственница?

Потрясенные глаза Сойера встречаются с моими.

— Нет! Черт возьми, нет. — Он понижает голос. — Зачем нам это делать, когда мы работаем вместе?

— Твой отец сделал это с тобой? — спрашивает Кэм низким, угрожающим тоном.

— Мой отец и Трент, — говорю я громче, не заботясь о том, кто слышит.

— Гребаные ублюдки, — отзывается Джексон отрывистым голосом.

Тень маячит по обе стороны от меня, и я, морщусь от боли в спине, выпрямляюсь.

— Эбби, что ты делаешь? — задает вопрос Дрю, беря меня за руку.

— Узнаю у врага, не их ли это рук дело, — утверждаю я, кивком приветствуя Чарли.

Я намеренно сделала это публично по нескольким причинам, и это одна из них.

— И это так? — спрашивает Дрю, хмурясь, когда я убираю его руку.

Краем глаза замечаю, что Трент сердито смотрит в нашем направлении. У него впервые на коленях сидит миниатюрная блондинка. Не то чтобы меня это волновало.

Я покончила с Трентом.

Если мой отец уладит дела с его отцом, я решила, что просто возьму свои деньги и поддельное удостоверение личности и исчезну. Я буду беспокоиться о своей защите не раньше, чем когда он придет за мной.

— Нет. — Сойер резко встает со своего места. — Мы не имеем к этому никакого отношения.

Кэм буквально перепрыгивает через стол, с грохотом опрокидывая тарелки на землю. Он хватает Дрю за шею и диким взглядом смотрит на моего брата.

— Ты позволил им сделать это с ней?

— Ты не понимаешь. — Пытается он оправдаться. — Я не мог остановить это.

Кэм отталкивает его, и Дрю падает задницей на пол.

— Ты прав. Я не понимаю. — Кэм бросает ядовитый взгляд через плечо на Трента. — Потому что, если бы он сделал это с моей сестрой, то был бы сейчас под шестью футами земли.

Дрю поднимается на ноги, странно глядя на Кэма. Затем его взгляд сужается, ноздри раздуваются, и он замахивается кулаком на Кэма и рыча, бьет того по лицу.

— Это за то, что ты шпионил за моей невестой.

Кэм отклоняет, хватая Дрю за запястье и удерживая его.

— Ты не имеешь права на это. Не после того, как подвел Эбби. — Он оглядывается через плечо на Трента. — И ты все еще общаешься с этим придурком.

— Трент заплатит за причиненную Эбби боль, — говорит Чарли. — Обещаю.

— Ты был там? — спрашивает Сойер, выглядя слегка смущенным.

Чарли коротко кивает.

— Как, черт возьми, это произошло, — рычит Кэм, выплескивая весь свой гнев в сторону Чарли, и теперь я в замешательстве.