Жестокие намерения (ЛП) - Дэвис Шивон - Страница 60

— Везде, — прохрипела я, зажмурившись, когда ослепляющая боль пронзила голову. — Слишком жарко, — бормочу я, слабо пытаясь снова снять куртку.

— Можно мне? — спрашивает он самым мягким тоном.

Я заставляю себя открыть глаза. Я едва могу собраться с силами, чтобы кивнуть, но взгляд передает разрешение.

Нежными руками он снимает с куртку и рубашку, оставляя меня в одном лифчике, а затем снова подхватывает меня на руки. Толкающее движение его тела убаюкивает меня, и я кладу голову ему на плечо и руками свободно обвиваю шею.

— Спи, детка, — бормочет он. — Я позабочусь о тебе.

И второй раз менее чем за двадцать четыре часа я теряю сознание.

Когда я просыпаюсь, то нахожусь в незнакомой кровати, покрытой черными шелковыми простынями, которые кажутся невероятно мягкими под ноющим телом.

— Эбигейл, — произносит незнакомый голос, и я резко дергаюсь в попытке отпрянуть от незнакомца, примостившегося на краю кровати.

— Эй, все в порядке, — говорит Кэм, появляясь, с другой стороны, от меня. — Он здесь, чтобы помочь тебе.

— Кто ты? — спрашиваю я, всхлипывая от протеста больных конечностей, когда сажусь. Я все еще в одном лифчике, и кто-то — скорее всего, Кэм — снял с меня юбку, носки и туфли, оставив в белых шелковых трусиках.

— Мой двоюродный брат, — выпаливает Кэм, глядя на симпатичного темноволосого парня со странным выражением лица.

— Я учусь в Гарварде на врача, — говорит кузен. — Кэм попросил меня зайти и проверить тебя.

— Я в порядке. Просто немного болит и мне нужно поспать, — бормочу я.

— Это не то, что сказал врач, который осматривал тебя прошлой ночью, — спокойно опровергает он мою ложь, его голубые глаза бросают мне вызов начать спор.

— Ты говорил с этим придурком? — спрашиваю я, и он хихикает.

— Не совсем так.

— Я взломал систему доктора и вытащил отчет, — подтверждает Сойер, и я подпрыгиваю от звука его глубокого голоса.

Я оглядываю тускло освещенную комнату и вижу, что он сидит верхом на стуле. Я быстро осматривают пространство, и признаюсь честно удивлена увиденным.

— Я в твоей спальне? — спрашиваю я Кэма, и он моргает, глядя на меня.

— Где еще ты могла быть? — говорит он, глядя на меня так, словно я сошла с ума, потому что спрашиваю нечто подобное.

— В одной из гостевых комнат?

— Ты остаешься здесь, и точка, — рычит он.

Я слишком устала и измучена, чтобы спорить, поэтому ничего не говорю, принимая это, даже если я этого на самом деле не понимаю. Думаю, Кэм еще не понял, что тайник с трусиками пропал, и он не знает, что я вломилась в его комнату и кое-что разнюхала.

Фирменный смешок Джексона разносится по комнате.

— Все ли здесь? — спрашиваю я, прищурившись, чтобы разглядеть его фигуру в темной комнате.

Джексон поворачивается в игровом кресле в конце комнаты с игровым контроллером в руке.

— Мы беспокоились о тебе, красавица, и хотели убедиться, что с тобой все в порядке.

— Почему я в твоем доме? — спрашиваю я, когда дверь открывается и входит знакомое лицо.

— Мы решили, что это самое безопасное место для тебя, на данный момент, — говорит Чарли, наклоняясь надо мной и целуя в лоб. Я не пропускаю хмурый взгляд, который Кэм бросает в его сторону, или то, как сердце радуется очевидному собственничеству и малой доли ревности.

— И тебя это устраивает? — недоверчиво спрашиваю я.

— Для тебя небезопасно возвращаться домой. Твой отец вышел на тропу войны. Очевидно, прошлой ночью переговоры сорвались, и, по словам Дрю, он похож на льва в клетке. Он в доме, пытается успокоить его.

— И где, по мнению моего отца, я нахожусь?

Чарли садится на край кровати, заправляя мне волосы за уши.

— Он считает, что ты остановилась у меня. — Он прикладывает палец к моим губам, когда я открываю рот, чтобы заговорить. — Не волнуйся. Я уладил все со своими родителями. Если твой отец спросит, ты выздоравливаешь у нас. Я сказал отцу, что ты с надежными друзьями, и он не станет совать нос не в свое дело.

Я выгибаю бровь.

— Надежными друзья? — произношу я и тут же перевожу взгляд на Кэма, отчего он хмурится еще сильнее.

— С большой натяжкой, но я поговорил с ребятами, и они заверили меня, что не причинят тебе вреда. Они позаботятся о тебе.

Чарли пристально смотрит на Кэма, а Кэм посылает ему в ответ такой же подозрительный взгляд.

— Лучше, чем это сделали вы, придурки, — бросает вызов Кэм.

Чарли встает, его тело напряжено.

— Бля*ь, не дави на меня, Маршалл. Ты и так катаешься по тонкому льду. Мы знаем, как вы обращались с ней в наше отсутствие.

Он находится в двух секундах от того, чтобы оторвать голову Кэма от плеч.

— Это временное перемирие. — Чарли подходит к нему. — И если ты повредишь хоть один волос на ее голове, я выбью из тебя все дерьмо.

— Я бы с удовольствием посмотрел на твои попытки. — Ухмыляется Кэм.

— Отойди, Бэррон, — говорит Дрю, входя в комнату, держа Джейн за руку. — Мы договорились. Не порть все к чертям собачьим.

Я в недоумении встречаюсь взглядом с братом.

— Так что, теперь вы все друзья?

— Линии были проведены, Э.

Дрю целует меня в макушку, занимая место, которое освободил Чарли. В комнате становится тяжело дышать из-за такого количества тел в пространстве.

— И новая элита согласилась помочь. Тебе нужна защита, и они могут ее предложить. Ты не можешь вернуться домой. Я никогда не видел отца таким расстроенным. Это небезопасно, и я в ужасе от того, что он может сделать, особенно если Монтгомери расторгнет их соглашение.

Он бросает быстрый взгляд на Чарли через плечо, и они обмениваются встревоженными взглядами.

— Трент не захочет иметь с тобой ничего общего после сегодняшнего, — продолжает он. — Подстрекать его таким образом было неразумно.

— Не начинай, Дрю, — огрызается Джейн. — Трент уже давно ждал этого. — Она складывает руки на груди. — Скатертью дорога. Он гребаный псих, и ты не должен хотеть, чтобы он был где-то рядом с Эбби.

— Я бы никогда не вернулась после того, что он сделал со мной, — шиплю я. — Ему повезло, что я ранена, иначе его член был бы отделен от тела.

Даже мысль об этом ублюдке приводит меня в ярость.

— Тебе повезло, что мы не преследуем твою задницу, — говорит Джексон, подходя к кровати, бросив свою игру. — Как ты мог стоять в стороне и смотреть на происходившее?

Меня начинает тошнить, если вначале его реплика была мне не понятно, то сейчас все становится на места.

— Неужели все знают? — шепчу я, смущение ползет по моей коже.

Первоначальная тишина приветствует меня, и у меня есть ответ. Я опускаю голову на подушку, не в силах смотреть всем в лицо, зная, что они посвящены во все факты.

— Эй. — Джейн ложится рядом, прижимаясь ко мне всем телом. — Посмотри на меня.

Я смаргиваю слезы, вглядываясь в обеспокоенные глаза лучшей подруги.

— Тебе нечего стыдиться. Ты единственный невинный во всем этом.

Она бросает острый взгляд на Чарли и Дрю, ясно давая понять, что имеет в виду.

Прочищение горла прорывается сквозь напряжение в воздухе.

— Хорошо, я думаю, вам всем пора уходить. Мне нужно позаботиться об Эбигейл, и я не могу этого сделать, когда вы здесь, — авторитетно заявляет кузен Кэма.

— Я остаюсь, — заявляет Дрю.

— Нет. — Джейн опережает меня. Она целует меня в щеку, прежде чем спрыгнуть с кровати. — Эбби не нужна аудитория.

Остальные выходят из комнаты, один за другим, но Кэм не делает ни малейшего движения.

— Вон, — говорит Дрю, настороженно глядя на него и тыча пальцем в сторону двери.

— Кэм остается, — коротко отзываюсь я, не хочу оставаться наедине с незнакомцем, даже если он кажется милым, и Кэм-единственный, рядом с кем я не чувствую себя неловко.

Пойди разберись.

— Почему он может остаться, а я нет?! — резко спрашивает Дрю.

— Потому что он не стоял в стороне, пока они унижали меня, бездействуя! — кричу я.

— Я сказал, что сожалею.