Ювелирная работа - Градова Ирина - Страница 14

Лера выслушала доклады оперов, время от времени делая пометки в блокноте.

– Таким образом, – подытожил Виктор, – в жизни Катерины Уткиной не было ничего, за что ее можно убить: обычная провинциальная девчонка, приехавшая в большой город и пытавшаяся устроить свою жизнь наилучшим образом. Думаю, она – тупиковая версия, надо вплотную заняться прокурором.

– А я не согласна, – возразила Лера. – Разве ты не слышал, что сказал патолог: Катя была беременна.

– Подумаешь, невидаль! – отмахнулся Виктор. – Она могла сделать аборт…

– А если не захотела? – встрял Леонид. – Она же стремилась «привязать» к себе мужика, чтобы удачно выйти замуж: разве не стоит проверить ее бывших?

– Да тут проверять замаешься – их, похоже, немало!

– Надо проверить всех! – жестко сказала Лера. – Если причина убийства – нежелательная беременность, необходимо разыскать всех, с кем у Уткиной были близкие отношения.

– Да кто стал бы убивать в чужом доме – в квартире прокурора города?! – развел руками Логинов. – Не проще вызвать девчонку в какое-нибудь безлюдное место и там грохнуть?

– Мы ведь уже допускали ситуацию, что убивать не планировали, – терпеливо напомнила Лера. – Может, мужик пришел поговорить, убедить сделать аборт, но потерпел фиаско и вышел из себя?

– Кстати, это могло бы объяснить, почему убийца не напал на жертву с порога, а прошел в гостиную, – заметил Севада. – Возможно, разговор перетек в скандал, они схватились – и вот результат!

– Точно! – кивнула Лера. – А как у нас с ломбардами, Севада?

– Да никак! – расстроенно ответил опер. – Украшения, украденные у Роговой, ничем не примечательны – в ломбарды такие ежедневно сдают, поэтому никто пока не смог сообщить ничего полезного.

– Ну, я на это не больно-то и рассчитывала, – вздохнула Лера. – Другое дело, если бы похитили какой-нибудь раритет, брошь девятнадцатого века или диадему времен Наполеона, но мы должны были проверить, верно? К тому же, если преступник не дурак, он не станет сбывать цацки сразу после убийства или сделает это неофициально – продаст скупщику краденого или втюхает кому-то с рук по дешевке.

– Соседи тоже ничего полезного не рассказали, – добавил Коневич. – Уткина вела себя прилично, ни с кем не ругалась, мужиков в дом не водила – во всяком случае, никто об этом не упоминал.

– Значит, единственная зацепка – ссора с неизвестным у мусоропровода. Как у нас с портретом?

– Есть портрет, но этот «кадр» не проходит по нашим базам, так что пока глухо.

– Тогда давайте так, – сказала Лера, пробегая глазами свои заметки. – Севада, ты займешься подноготной Рогова: я хочу знать о нем все, что можно: если найдется какое-то грязное белье, будет просто отлично!

– Ты все-таки прокурора подозреваешь? – нахмурился Логинов. – Оно тебе надо?

– Девушка была беременна, – ответила на это Лера. – Она работала у матери Рогова…

– И ты считаешь, он стал бы гадить в доме собственной мамаши?

– Да ладно, – отмахнулась она, – и не такое случается! Молодая девица с амбициями и неодолимым желанием зацепиться в Питере и взрослый, полный сил мужчина – чем, как говорится, черт не шутит?

– Но – убивать?! – не сдавался Виктор. – Да еще в доме матери!

– Преступления на почве страсти никто не отменял, – упрямо заявила Лера. – Я не пойму, ты чего боишься – столкновения с Роговым?

– Ничего я не боюсь! – огрызнулся Логинов. Злился он потому, что Медведица очень точно ухватила суть: он действительно опасался, что его карьера может оказаться под угрозой, если они всерьез возьмутся за прокурора, а потом окажется, что он ни при чем.

– Так вот, Севада, – снова вернулась Лера к Падояну, – нарой мне что-нибудь на Рогова, ладно? Главное, узнай, появлялся ли он где-нибудь в сопровождении Уткиной, давал ли деньги и так далее!

– Допустим, она была его любовницей, – вмешался в перепалку Леонид. – Разве это доказывает убийство?

– Вот! – победно ткнул в его сторону пальцем Логинов, довольный, что получил поддержку от коллеги.

– Не доказывает, – поспешил на подмогу Лере Севада, – но если выяснится, что ребенок – его, то это, по крайней мере, мотив!

Теперь победу праздновала Лера. Делала она это молча, но лицо ее при этом сияло.

– Ты, Витя, возьмешь в разработку приятелей Уткиной и выяснишь, не мог ли кто-то из них являться папашей, – продолжила она, насладившись моментом. – К сожалению, мы можем полагаться лишь на их добровольное сотрудничество: если парни откажутся сдать тест на отцовство, мы пока ничего не сможем поделать, ведь для принудительного анализа нужны более весомые улики…

– Вот именно! – прервал Леру Логинов. – За то, что парень сделал девчонке ребенка, у нас не привлекают к ответственности – особенно принимая во внимание тот факт, что ребенок этот так и не родился! И как, по-твоему, я смогу их заставить согласиться на тест?

– Ты же у нас опытный оперативник, правда? Вот и примени свой дар убеждения!

Виктор открыл было рот, чтобы продолжить возражать, но передумал – бесполезная трата слов! Опять она настаивает на разработке версии, в которую он не верит – делает это нарочно, чтобы его позлить?! Что ж, вот он возьмет и нароет что-нибудь «горяченькое», чтобы Медведица не считала себя самой умной!

– А Леня займется поиском автомобилей с авторегистраторами, которые могли записать тех, кто входил в дом и выходил из него во время, близкое к моменту гибели Уткиной. Мы не обнаружили камер ни на самом доме, ни на зданиях поблизости. На одном магазине камера есть, но, оказывается, она давно не работает, так что остаются автовладельцы, жильцы дома и их гости.

– Хорошо, – вздохнул Леонид: он бы предпочел получить задания любого из своих коллег, но понимал, что и поиск авторегистраторов – дело не менее важное, поэтому не стал возражать.

– Да-а, что-то маловато у нас версий! – пробормотала Лера, постукивая кончиком карандаша по столешнице. – Кстати, что там с телефоном Уткиной, Леня, есть звонки Рогову?

– Есть, но не так чтобы много. Может, у них был отдельный телефон для связи, как у шпионов? Я слышал, некоторые так делают, чтобы от жен «шифроваться».

– Никакого второго телефона у Уткиной не нашли. Еще что?

– Жертва вызвала клининговую службу, а еще она заказывала суши в сети ресторанов «Ушлая устрица» примерно в шесть тридцать вечера.

– Заказ доставили?

– Да: патолог говорит, что в желудке жертвы присутствуют соответствующие продукты, а судмедэкспертиза нашла в мусорном бачке коробку из-под суши. Но мы же уже решили, что доставщик не мог убить ее, ведь вряд ли она стала бы приглашать его в гостиную!

– На всякий случай все же стоит проверить этого парня, – возразила Лера. – Были ли у него другие заказы в тот день? Сколько времени он провел в квартире? Имелась ли у него возможность совершить убийство с ограблением, а потом отправиться дальше по клиентам? Необходимо все это выяснить, Леня, и это тоже на тебе, ладно? И службу уборки проверь – на какое время убитая ее приглашала, кто приходил, когда ушел и все такое.

– Идет! – немного воспрянул духом парень: это все же веселее, чем обзванивать автовладельцев и просматривать записи с регистраторов.

– Ну, а ты у нас что планируешь делать? – поинтересовался Логинов.

– Поболтаю с Роговым еще разок!

– Ты же уже должна была это сделать!

– Да, но возникло одно непредвиденное обстоятельство…

– Что еще за обстоятельство? – встрепенулся Виктор: он терпеть не мог быть не в курсе событий, это больно било по его самолюбию.

– Не волнуйся, оно не имеет отношения к нашему делу, – успокоила его Лера. – Так, личная просьба Сурковой.

– О, ты выполняешь ее личные просьбы? – съязвил Логинов. – У вас такие близкие отношения, или ты стала ее адьютантом?

– Не болтай глупости! – огрызнулась она. – Просто мне это было сделать проще, чем ей… Давайте-ка еще раз пробежимся по плану работ.