Леденцовые трости для Карамельки (СИ) - Корн Полина Владимировна - Страница 36

Вторая — слова про неравное внимание определенно являлись правдой.

Потому что, когда мы переместились ко входу в наш будущий дом, на меня налетел вихрь из поцелуев, уволок на второй этаж в спальню и не выпускал как минимум два часа, пока я не сообщила о необходимости поесть. Ванну втроем решили отложить, чтоб окончательно не увлечься, встретились с Анаилом внизу, на кухне.

— Ничего себе, как тут красиво, — я уже успела мельком проанализировать уют этого дома, но лишь сейчас смогла подробнее погрузиться в его атмосферу.

Вообще, в этих стенах меня окутывал осторожный флёр спокойствия, то ли потому что мы находились внизу, на привычной мне высоте, то ли от того, что они оба были рядом, и между нами все пришло к стабильности. Между прочим, братья сидели в удобных стульях напротив, изображая двух сытых довольных котов. Чего нельзя было сказать обо мне.

Я поднялась, практически отвыкнув от полноценной готовки, подошла к местному холодильнику, распахнула дверку, и… поняла, что это вовсе не холодильник! В нос мгновенно ударили яркие ароматы готовой пищи. Тут было и горячее мясное жаркое, и пюре, и супы. Даже салаты подмигивали зелеными листочками из глубоких мисок.

— Это как? — лишь смогла вымолвить под воодушевленное урчание желудка.

— Стазисный шкаф, — с удовольствием пояснил Розаил. — Его изобрел муж Альбины, бог с даром перемещения. Он сработался с другим уникальным дарованием, мужем Полины, и вот, мы имеем то, что имеем. Шкаф сохраняет свежесть и температуру готового блюда. На самом деле, наша экономка заходила утром, она все и наготовила.

— У нас на Земле все устроено иначе. Мужчина сидит в комнате и ждет пока его жена закончит готовить обед… — протянула я, все еще инспектируя полки шкафа. Выбрала для себя пюре с котлетками, вопросительно взглянула на мужчин.

Они синхронно приподняли брови. Наверное, удивились.

— Тогда хорошо, что мы с братом питаемся не только обычной пищей, но и твоей кровью. Иначе, тебе бы пришлось целыми днями стоять у плиты, — покачал головой Розаил. — И вообще, присядь, сам все положу. Позволь поухаживать за любимой.

А когда я благодарно опустилась на удобный кухонный стул, обессиленная после столь бурного начала дня, над столом расстегнулся пространственный карман, из которого бесцеремонно вывалилась Клубничка. И моська моего фамильяра выглядела очень и очень расстроенной.

— Нет у вас совести, хозяйка! — прыгнула сразу с места в карьер эта миниатюрная помощница. — Целые сутки про меня не вспоминаете, не зовете… А у нас график! — она похлопала по запястью, словно там имелся счетчик веры как у меня. — Вы всего триста тысяч веры заработали за двух фамильяров, а нам нужен миллион через пять дней. И что я вижу? Прохлаждаетесь. Дома смотрите, понимаете ли, с мужчинами своими флиртуете, едите! — сказано это было столь обвиняющим тоном, что я и правда почувствовала себя виноватой.

— Забываешься, мелочь! — рыкнул Анаил, буравя взглядом фамильяра. — Твоя хозяйка занималась личными делами, а вот что ты делала эти сутки? Дурочку валяла? — насмешливо закончил он.

Клубничка быстренько запрыгнула ко мне на колени, ища защиты.

— Меня обижают, обижают, — пожаловалась она, картинно всхлипнув и даже пустив крохотную слезу по розовой щеке. Потом приоткрыла один глаз, проверяя мою реакцию. Увиденное ее не устроило, поэтому она продолжила. — Нет у меня счастья в личной жизни! Только о себе думает хозяйка, а про свою любимую Клубничку и не вспоминает.

И снова слезы, которые не тронули моего сердца. Судя по искусственному всхлипыванию спектакль был разыгран исключительно из жажды внимания. Понимали это и Розаил с Анаилом, выбравшие стратегию полного игнора.

А я посмотрела на заботливо поставленную передо мной еду, и решила, что сначала поем, а потом буду решать остальные вопросы. К тому же, как показала практика, среди богов точно есть желающие приобрести себе фамильяров, да и вообще, творить добро на голодный желудок — большая ошибка.

— Кстати, — совершенно спокойно сказал Розаил, — я думал об этом. Здесь на первом этаже имеется отдельный вход, подойдет под небольшой магазинчик. Если пожелаешь, организуем там карамельную лавку, будешь продавать сладости, и делать фамильяров под заказ. Звучит неплохо. А я… давно мечтал заняться садоводством. На заднем дворе плодородный участок дикой земли. Он нуждается в облагораживании… Думаю, я смогу договориться с почвой Парласа о небольшой благосклонности ко мне. Мир определенно должен откликнуться на столь простую просьбу. Особенно после всего, что нас связывало. И да, Алина… Чего бы еще хотела для полного счастья?

Вопрос застал меня врасплох. Суп вылился с ложки, так и не попав в место назначения, пальцы ослабли.

Вспомнила. То роковое желание на Новый Год. Что я загадала? Большую и крепкую семью?

Как во сне прошептала:

— Семью… Большую и крепкую… — не соображая, подняла глаза, столкнувшись с двумя внимательными взглядами. И даже Клубничка перестала ломать комедию, а лишь хлопнула длинными ресницами, замерев на полувсхлипе.

— Погодите, хозяйка, это же…

— Точно. — Опять зачерпнула суп. — Мое желание…

— О чем ты, дорогая? — отреагировал Розаил, не совсем понимая почему я так себя веду.

— Что непонятного, братец? Наша малышка хочет, чтоб у нее была большая и крепкая семья. В том, что касается нас, сомнений нет, мы будем стараться, чтоб в этом уютном доме постоянно был слышен звук бегающих маленьких ножек. Я бы даже сказал, что уже работаем в этом направлении.

Тут я стремительно покраснела, и стала усиленно делать вид, что как никогда увлечена пищей. Желудок поддакнул, отчего я словила еще и нерациональное чувство вины, решив, что должна все-таки нормально поесть. Первая ложка супа была проглочена в мгновение ока. На языке взорвался насыщенный мясной бульон, показавшись мне самым вкусным, что я когда-либо ела. Закусив листиком салата, я удовлетворенно улыбнулась.

Анаил все это время неотрывно следовал за каждым моим жестом. От чего я смутилась еще сильнее.

— Понимаю к чему ты клонишь. Но Лерой давно лишен тела, его воскрешение противоречит всем законам Парласа, — задумчиво произнес Розаил, постукивая пальцами по столу.

— Лерой? — переспросила, — вы про моего отца?

Братья синхронно кивнули.

— Но я думала, что… — перед внутренним взором пролетели годы, проведенные в неведении, попытки подражать ему, и горячая карамель на грудь. Действительно я бы хотела его увидеть? Прислушалась к собственному сердцу.

Да.

Несмотря на все это, и даже несмотря на то, что я познакомилась с моей сестрой Альбиной, и знаю о существовании второй, все равно…

— Мы вернем его. Я потрачу ради этого последнее желание. — Твердо сказал Розаил. — Но ему будет строго запрещено покидать Парлас. И, боюсь, не удастся избежать конфликтов с мамы Альбины и Полины, если они прибудут сюда одновременно. Скажи, а что твоя мать? Хранит чувства к столь неосмотрительному богу?

Глава 17. Начало работы

— Мне кажется, да. Она всегда с теплом отзывалась об отце, хоть и считала его недобросовестным мужчиной. Особенно переживала за меня, о том, что он никогда не вспоминал обо мне и не поддерживал связь, — теперь и кусок в горло не лез. — Я и сама очень грустила по этому поводу.

Близнецы вдруг вместе со стульями оказались рядом. Слева Анаил, справа — Розаил, утешающие полуобъятия от них обоих. Горячие ладони на моей талии. Успокаивающая близость их двоих. Я всхлипнула. За что Вселенная послала мне их? Что такого хорошего я сделала, чтоб заслужить такое?

— Значит, решено, — уверенно подвел итог нашего обсуждения Розаил. — Наверняка Лерой будет рад познакомиться со своими дочерями и внуками. А с мамами… пусть разбирается сам.

Тут и Клубничка подскочила.

— Простите, хозяйка! Я просто баловалась, каюсь. У нас все хорошо, мы все успеем, и даже раньше закончим, вот увидите! И вообще, вы мне мужей обещали! Таких же классных как у вас!