Майнбласт. В бездне тьмы. Часть первая. Двуличие (СИ) - Юст Сайрил - Страница 64

Волки стали загадкой для местных жителей. Их истребляют, несмотря на запреты властей. Ходили истории, что волчьи туши пропадают, многие называют это "волчьей помощью", рассказывая, что по ночам хищники забирают некоторые тела, чтобы пропитаться самим. Происходит это вне стен городов, в придорожных хижинах и случайных одиночных зданиях по острову. Насколько "волчья помощь" реальна — никто не знает. Тем не менее вокруг происшествий рождаются слухи о том, что дурития как-то связана с появлением невероятного количества хищников.

В подвале Найенаар смотрит на убитых, в темноте думая о возможном прошлом каждого мёртвого. Размышляет о том, кем были эти несчастные, что они успели сделать и не успели. Его не оставляют мысли о том, что в здании присутствует кто-то, или даже что-то, имеющее негативную для парня ауру. Оно словно болезнь распространяется по воздуху, ароматом проникает в лёгкие каждого, но только светловолосый чувствует угрозу. Концентрируясь, попытается понять природу данной витающей тревоги, вспоминая моменты из прошлого.

Перед лицом проносятся фрагменты, вспоминает дни в Кораге, где проходил лечение от похожего недуга, что и Майнбласт. Умирая раз за разом, у него была поддержка, вокруг всегда ходили люди и следили за психическим состоянием, рассказывая и облегчая каждый момент уходящей жизни. Сейчас он понимает, что видел, умирая. Искаженное будущее, которое смеялось, играя загадками, перемешанное со всеми переживаниями, проецировало настоящий ночной кошмар, превращая счастливые моменты в случаи агонии, когда лица знакомых превращались в пламенных чудовищ. Он видел звёзды, природу которых понял только сейчас. Осматривая свои тонкие пальцы, вспоминает человека, который так и не представился, спрятав лицо под мешковатым капюшоном.

Кто этот неизвестный, Найенаар так и не понял. Обращаясь к Садросу, ответа тоже не получил, но он предположил, что это образ стихий, подобный Виниту, которая выбрала форму созвездий и дыры. Он выбрал человеческую форму, но всё равно в нём исказилась истинная суть, превратив того в паучье подобие, где вместо сетей, тот использует восковые свечи. Также вспоминает слова Эвиниду, говорящие о дарах для Садроса. В глубине вапора чувствует угрозу, исходящую от всего того, что происходило ранее. «Мы лишь плод творения винит? Наш дар и вправду от неё? Аб'биларис… я могу их чувствовать благодаря ей? Или она ещё не понимает, что я чувствую то, что может лишь она? Как же много вопросов… Справится ли Карвер? В этих трупах столько боли и несчастья… этот, наверное, потерял своих детей. Этот, наверное, жену. Мне кажется, я ещё слышу зовы смерти… нет ли никого позади меня? Надо возвращаться», — развернувшись.

Вернувшись в зал, высокий парень идёт к Садросу, который общается с неизвестным. Тот возбуждённо что-то рассказывает. Он не стесняется хватать одежду старика и показывать ему записи и рисунки. Открыв дневник, тычет пальцем и, начиная кричать, замолкает, говоря уже тише, чем раньше. Каис слушает и думает над словами, что в действительности его заинтересовали. Данную информацию, по всей видимости, он не знал.

Подобравшись ближе, неизвестный замолкает, прячет всё в сумку, вид у него озабоченный. Поправляет аккуратные усы и топчется на месте, видя, как старик обращается к товарищу:

— Это важно, Найер, — махнув рукой, он подзывает двоих к себе, они уходят в комнату, где спит Карвер, который никак не изменился. Он должен был хотя бы похудеть, иссохнуть, но вид его остаётся здоровым, за исключением оттенка кожи, он часто менялся на более снежный. Они прогоняют человека, следящего за состоянием больного и, как только дверь перестаёт пропускать малейшие звуки, говорит:

— Это Унгрид Гарсон. Специалист в области эмаларис и геологии, работал в штабе, где исследовались явления в пещере Амаленопьжема рядом с Могроудом. Послушай его, тебя это должно заинтересовать, — некоторое время новый знакомый рассказывает Найенаару о последних исследованиях, при этом постоянно смотрит на дверь и чего-то боится. Вновь достаёт бумаги и раскладывает на маленьком столике информацию, которая может изменить мнение о привычном строе вещей. Светловолосый часто уходит в некий транс, слушая, летает где-то внутри себя. В его глазах проскакивают удивления, а также непонимание, но никто не спрашивает, стараясь дослушать долгую речь. Унгрид поглядывает на Карвера. Видя в нём некую угрозу, иногда теряет дар речи.

— Это великая важность, прошу вас, не раскрывайте меня! Я знаю, это звучит более безумно, чем нападение чудовищ, но это, по моему мнению, объясняет события последних дней и атаку на Могроуд, — тянется в сумку, недовольно ищет что-то скрытое на глубине, останавливается, смотрит по сторонам и кривит рот, зная, что делает всё зря. Он достаёт коробочку, деревянный корпус уже избит временем, видны сколы. Открыв, он предупреждает, посмотрев на дверь.

— Это то, за что вас могут убить Фортуитские Ищейки, я думаю, они уже среди нас. В любом случае смотрите! — схватившись за одежду Найенаара, он повторяет вновь, обратившись ближе к лицу и смотря своими голубыми глазами точно во взор летающего в мыслях парня. Тот, очнувшись, кивает. — Ни-ко-му! Слышите? Ни в коем случае, — облизываясь и кусая нижнюю губу, он подходит к столу и ставит рядом со свечкой, создавая достаточное освещение, чтобы хорошо было видно артефакт. Он делает резкий выдох и открывает коробочку, — не трогайте ни в коем случае, природа ещё до конца не ясна, я успел… — замолк, подтянувшись ближе старику и парню, — украсть! — говорит так, будто на самом деле это его по праву, он разводит руками и замечает удивлённые взгляды. — Это камень, о котором я вам говорил, — чешет лоб, он теребит пальцы и продолжает, — я сам его не трогал, отколол от образования, когда началась эвакуация, никого рядом уже не было. Видите?

Они смотрят на едва горящий камень, который переливается от фиолетового цвета до сиреневого, иногда на нём блестят кристаллы, преломляющие свет. Опьянённый Найенаар, стоящий ближе всего, устремляет внимание вовнутрь, взор становится шире, и, кажется, он ушел уже не в свои мысли, а в данное чудо.

— Не смотри! Не смотри так глубоко! — ладонью закрывает глаза худощавому парню. — Не надо! — говорит уже тише, а тот, качнув головой, приходит в себя.

— Ты что-то увидел? — спрашивает старик.

— Нет, хотя постой! — он подходит с Майнбласту, возбуждённо осматривая тело. — Я что-то видел и это что-то… — осматривает одежду и кожу, — здесь, у него!

— Что ты видел, Найенаар? — подбегает и в гневе хватает за одежду, толкнув к стене. — Говори сейчас! Мы должны это знать! — испуганный Унгрид подходит к Карверу, с интересом рассматривая его одежду. Не стесняется касаться руками неизвестного.

— Как долго я на него смотрел?

— Секунд двадцать, — отпускает и поправляет одежду.

— Что тебе нужно? Почему ты в гневе? Ты что-то знаешь? — раздраженно начинает повышать голос.

— Времени и так немного, а ты предлагаешь проводить здесь полноценные исследования? А ты что знаешь? Меньше, уж поверь!

— Да брось! — хватается за голову, смотря презренно на бородатого мужчину. Он иногда посматривает на Гарсона, который с интересом щупает руки и трогает лицо. — Ты что-то нашел, Унгрид?

— Нет же… стой, я тоже что-то видел ранее, что-то похожее, но не с ним, — замирает, поднимает взор и водит по помещению, медленно исследует собственные мысли, поворачивается к камню и продолжает, — это не видение, это ничего, это как осязание или слух, как чувство. Понимаешь? — кивает и подходит к Найенаару с непонимающим взором.

— Да, точно! — раздражённый старик отходит в сторону, иногда поглядывая на камень. Он точно что-то скрывает и не желает ведать, но это не смущает двух исследователей. Они некоторое время копаются и ничего не находят, хмурятся и думают, проводят время в молчании, геолог подзывает к себе всех вновь.

— Смотрите, — потирает глаза, — я не всё вам показал, — бегает по комнате и задувает свечи, оставляя последнюю стоящую у камня. Встречается со взглядом Найенаара и резко задувает пламя.