Полюби меня заново (СИ) - Ти Эллин - Страница 27

— Друг твой, Мирослав, вы, кажется, были знакомы. Помнишь его? Русый такой…

— Не издевайся, Еся, я не тупой! Почему он?

— А почему нет? У него освободилась должность, он предложил мне. Условия меня устроили, я хочу попробовать. Что не так, я не понимаю?

И я действительно не понимаю, в чем проблема.

— Просто Мирослав, он…

— Бога ради, надень трусы, я не могу говорить с тобой о твоем друге, когда ты голый! — хохочу и сбегаю в ванную, слыша, как Демид что-то бормочет мне в спину. В конце концов, мне некогда слушать его странные доводы. Мне нужно собираться на работу.

Глава 21. Демид

Еся… Она точно ураган, ворвавшийся в мою жизнь. Перевернула с ног на голову все так резко, что я едва ли успел понять, как меня снова затянуло в эти эмоции.

А меня затянуло.

Так сильно, что я периодами забываю дышать, когда думаю о Есении.

Она поддержала меня, когда это было нужно, и уже в тот момент я понял, что с Ксюшей нам не по пути. Потому что она, моя девушка, не уделила мне и минуты в тот момент, когда это было нужно. А Еся…

Я не виню Ксюшу. И не прошу бегать за мной. Просто в этот момент мне очень нужна была поддержка. И именно этот день расставил все по местам. Нам банально не по пути, так случается. Мы были вместе пару месяцев, люди порой разводятся спустя годы брака имея общих детей.

Там, в больнице, держа на руках своего племянника, которого, кстати, Ярослава назвала Львом, и глядя в глаза Есении, я резко понял и осознал, чего хочу от жизни.

В практически тридцать лет я наконец-то понял, что мне нужно и к чему нужно стремиться.

Я хочу достроить дом, завести собаку, двух котов. Я хочу детей. Двое или даже трое. А ещё хочу чтобы матерью их была Еся.

Вот так просто, по щелчку пальцев, по одному взгляду я понял, что конкретно мне нужно.

Мне понадобилось пять лет, чтобы понять, как на самом деле сильно я люблю Есю. Или мне понадобились эти пять лет, чтобы осознать, что никого лучше нее мне уже не найти.

Лёвку забрали у меня быстро, как только Еся убежала, а Рома сказал что Яське нужно отдохнуть и приехать уже лучше завтра. Я не стал возражать. Сразу рванул к Ксюше. Знаю, что она была в спа, но мне нужно было. Очень было нужно.

Я нашёл как в кабинете массажа и попросил милую девушку оставить нас на несколько минут.

Мы поговорили. Просто и быстро. Без лишних терзаний и обид. Ксеня очень легко приняла новость, что я люблю другую. А когда сказал, что мечтаю о детях, и вовсе обрадовалась, что не требовал их от неё.

Мне казалось, что у нас много общего, но мне только казалось. Мы обнялись, я поцеловал ее в лоб и уехал туда, куда тянуло меня сердце.

К Есении.

Оставалось только надеяться, что она откроет дверь и не выгонит меня.

Но я был уверен, что нет. Потому что она смотрела на меня такими же глазами. Этот взгляд полный сожаления. Я почти уверен, что мы думали об одном и том же. Жалели, что упустили. Жалели, что не смогли сохранить то теплое и светлое, что было между нами.

Пока бежал по лестнице и звонил в дверь — не дышал.

А потом полной грудью, когда она не оттолкнула и позволила мне поцеловать и прикоснуться.

Она невероятная. Я не готов был ее отпускать ни на шаг. Такая же застенчивая, как несколько лет назад, не изменилась вообще, все та же моя Еська.

Вечер, ночь — словно шаг в новую жизнь. Туда, где жить хочется и улыбаться не потому, что приходится. А потому что есть повод!

А потом она утром говорит, что устроилась на работу к Мирославу. И у меня мир рушится.

Потому что Мирослав, мой лучший друг, признался мне недавно, что все годы был влюблён в Есению. И судя по тому, как он относится к ней сейчас — ничего не изменилось.

Я думал сначала, что мне не стоит мешать ему, возможно, но… я не смог. Херовый друг? Возможно. Но я просто не смог. Она моя. И я никому её не отдам.

Пока Еся в душе — пытаюсь найти силы, чтобы не психовать. Верю в то, что после ночи она уже не уйдет от меня. Хотя бы не согласится на ухаживания Мирослава так скоро. А я добьюсь, все сделаю, чтобы со мной навсегда осталась.

Я не лелею надежд, что она сразу останется со мной, выйдет замуж и побежит рожать мне детей, конечно. Хотя было бы очень неплохо. Я просто… просто пусть будет рядом. А дальше время расставит все как нужно.

Ворваться в душ к Есении желание сумасшедшее, но держусь из последних сил, потому что во мне сейчас слишком много эмоций — это может её напугать.

Одеваюсь, умываюсь на кухне, чтобы успокоиться — варю кофе и делаю бутерброды. Я не просто так открыл свои кофейни — я люблю и сам заниматься этим.

Еська выходит через час, если не больше: уже с прической и макияжем, только все ещё в халате. Как же мне хочется его снять… зубы сводит.

— Что за праздник у меня? — говорит и смущается, заходя на кухню. Красивая…

Подхожу ближе и обнимаю за талию, вижу, что смущается, сжимается немного. Не думала, что это был не просто секс? И слова мои были не эмоциями, они были правдой, тем, что я думаю, что внутри меня, в сердце и на душе.

Наклоняюсь и оставляю лёгкий поцелуй на накрашенных губах, а потом отодвигаю теплый халат чуть в сторону и целую плечо, наслаждаясь запахом кожи. Она не сменила гель для душа. Все так же пахнет медом и молоком. Один из любимых запахов…

— Дём, — чуть шепчет, дыхание сбивается. — Ты чего?

— Чего что? Целую тебя? Потому что хочу. Неприятно?

— Приятно… — говорит и краснеет, начиная улыбаться.

Мне отчаянно хочется поделиться с ней всем, что есть на моей душе. Рассказать, о чем думаю, о чем мечтаю, чего хочу.

Кладу ладони на ее шею и пальцами поглаживаю щеки. Очень аккуратно, чтобы не испортить макияж.

— Есь, все то, что я говорил — правда. Я не хочу тебя больше отпускать никогда. Я сделал слишком большую ошибку, когда позволил нашим отношениям закончится. Дай мне ещё один шанс. Я обещаю тебе, что сделаю все, чтобы ты всегда улыбалась.

— Дём… — говорит спустя минуту молчания. — Это все очень сложно.

— Я понимаю. Просто не отталкивай. Пожалуйста.

— Даже если хотела бы — не смогла, — говорит сквозь слезы, а потом задирает голову, не давая слезинкам упасть.

Во мне никогда не было столько нежности, сколько есть сейчас по отношению к Есе. Хочется схватить ее и целовать, пока окончательно не оттает.

Но не давлю. Пока не давлю.

Усаживаю её за стол и стараюсь не думать о том, что теперь она будет работать с Мирославом. Я банально не имею права ей запретить это делать или даже попросить отказаться. Я могу только тихо ревновать и делать все, чтобы Еся не захотела отвечать ему взаимностью, если будет на что отвечать.

Сложно…

На кухню заходит кот. Где он был всё время — понятия не имею, но увидел я за сегодня его впервые.

Красивый кот, взгляд подозрительный. Как там его… Маркиз?

— Демушка, ты проголодался? — внезапно спрашивает Есения, и я не успеваю ничего ответить, как она вскакивает, достает из ящика пачку и… и кормит кота.

А почему тогда Демушка?

— Кушай, хороший мой, кушай, — продолжает говорить нежности шерстяному, поглаживая его по холке. — Мама купит сегодня тебе вкусняшки.

— Демушка? — переспрашиваю, и Еся замирает, даже не убрав с кота руку. Она сидит на корточках ко мне спиной, но я точно знаю, какое у нее сейчас выражение лица. Она растеряна. И пытается быстро придумать ответ.

— Так случайно вышло, что вы с моим котом — тёзки, — пытается быть уверенной, но всё ещё трясется как маленький птенчик. Встаёт, возвращаясь за стол, и прячет растерянность на лице за чашкой кофе.

— Случайно?

— Это было пять лет назад, я слишком скучала и решила завести себе такого Демида, который всегда будет со мной. Ничего особенного.

— Котов мою честь ещё не называли, — ухмыляюсь и получаю эстетическое удовольствие от того, как Еся краснеет. — Это круто, Есь. Будет проще запомнить его имя.

— Только не надо вот себе льстить начинать, — она закатывает глаза.