Нельзя влюбляться (СИ) - Текст Лил - Страница 21

— Почему тебе так кажется?

Я подбирала слова и набиралась смелости сказать, что чувствую.

— Ева, он приставал к тебе?

— Нет. Ну… не совсем. Я не знаю. У меня не было парня никогда. Поэтому не знаю, это приставание или так и бывает, когда люди встречаются.

— Тебе не нравится то, что он делает?

— Не знаю. Странные ощущения. Мне стыдно. Как будто мы делаем что-то такое, чего не должны.

— Ты говорила ему об этом?

— Ну, да.

— И что?

— Ничего. Он говорит, что я слишком правильная, что мне нужно расслабиться и привыкнуть.

— Хм, — она глубоко и шумно вдохнула, медленно выдохнула, снова обдумывая, что сказать, — всё должно быть взаимно. Иначе это насилие.

— Нет, ты не поняла. Он не пытается меня изнасиловать! — сказала я громче, чем следовало, привлекая внимание других посетителей кафе. Поэтому дальше перешла практически на шёпот. — Он трогает меня только через одежду. Иногда носом утыкается в грудь, рисуя круги, иногда сильно сжимает ягодицы, часто прижимается ко мне так, что я чувствую его возбуждение. Один раз в машине, он положил руку мне на колено и стал подниматься выше. Когда я сжала ноги, он силой их раздвинул и не убрал руку. Его ладонь лежала практически у самого основания бедра и я чувствовала, что он трогает меня "там" мизинцем через джинсы, — я опустила глаза, рассматривая столешницу, продолжать рассказ, глядя в глаза Лизе, я не могла. — Мне было стыдно смотреть вниз. Хотелось исчезнуть. Но в тоже время было паршиво от того, что я такая ханжа, как говорил Оскар.

— Ева. Это тоже насилие. Ты думаешь, что насилие, это только, когда, — она замялась, — в тебя суют член? Нет. Любое прикосновение против желания партнера — насилие. Если ты говоришь "нет", а он продолжает что-то делать — это насилие.

— Но я не сказала тогда "нет", я так растерялась, что не могла сказать ни слова.

— Ты свела ноги. Это тоже своего рода отказ. Он это прекрасно понимал. И также прекрасно понимал, что ты будешь молчать и терпеть, поэтому продолжил.

Я снова расплакалась.

— Хотела бы я быть такой же смелой, как Маша. Она бы точно не позволила с собой так поступать, — ко мне снова вернулись муки совести, что Маши с нами нет. — Как думаешь, она обидится, если узнает, что мы без неё встретились?

— Думаю, она поймёт, если ты ей объяснишь. Она не обидчивая. А на счёт Оскара… Когда в следующий раз он начнёт трогать тебя, не бойся сказать нет. Может, когда он поймёт, что больше не может лапать тебя, сам захочет помолвку отменить и ты станешь свободна?

— Попробую. Спасибо тебе, Лиза. Мне гораздо легче стало. Так стыдно за свою неопытность.

— Проблема не в тебе. А в нём. Он не считается с твоими желаниями.

Мы ещё немного поболтали, в итоге позвонили Маше, чтобы с ней тоже встретиться, и она пригласила нас к себе.

Домой я вернулась практически в полночь. Таксист не смог заехать во двор, потому что шлагбаум не срабатывал, когда я пыталась его открыть. Поэтому до подъезда я дошла пешком. Перед входом в лифт я почувствовала, как звонит телефон, но решила ответить, когда поднимусь на этаж, чтобы связь не пропала.

Пропущенный от Оскара и сообщение: "Где ты была? Почему так поздно домой пришла? Жду тебя возле подъезда!!!" — значит, он меня видел.

Я сразу же перезвонила:

— Привет. Я была у Маши в гостях. А ты где меня видел?

— Спускайся.

— Уже поздно, Оскар. Мы всё равно завтра встретимся.

— У Маши в гостях сидеть не поздно, а со мной постоять поздно?

Я промолчала.

— Спускайся, я жду внизу.

Пришлось идти обратно. Лучше бы сразу на звонок ответила.

— По-твоему безопасно, разъезжать на такси в такое время? — он кричал на меня.

— Так получилось. Мы заболтались и не заметили, как время пролетело. А ты разве не на даче? Ты говорил, что уедешь на все выходные.

— Как раз только что вернулся. Не заговаривай мне зубы, — он схватил меня и прижал к себе, — ты провинилась. Тебя нужно наказать, — последнюю фразу он прошептал мне в губы и стал целовать.

Его поцелуи только в самом начале наших свиданий были нежными. Сейчас он целовал меня грубо, нагло проникая языком в рот, облизывая губы так, словно не мог насытиться.

Я вспомнила слова Лизы и хотела уже оттолкнуть его и сказать, чтобы он не делал так, но передумала. Это же всего лишь поцелуй. Может, ему именно так нравится, он же не делает ничего лишнего.

— Как же я жду, когда ты уже станешь моей, — сказал он, отрываясь от моих губ.

— Оскар, но это же только помолвка. Не свадьба.

— Это ничего не меняет, — увидев испуг на моём лице, он добавил, — да, не бойся ты. Выйдешь ты замуж девственницей. Надо будет, даже простынь родителям покажем.

После последних слов он нагло рассмеялся.

— Ерунду говоришь какую-то, — мне стало неприятно настолько, что скрутило живот.

— Шучу.

Я закатила глаза.

Он вновь жадно облизал мои губы и посмотрел на меня с ухмылкой:

— Я хочу почувствовать вкус не только этих твоих губ.

Я еле сдержала рвотный позыв:

— А если я не захочу?

— Ты передумаешь, как только попробуешь, — он подмигнул мне и развернул за плечи в сторону подъезда, — ещё никто не жаловался.

От последней фразы меня передёрнуло. В лифте он стал целовать мою шею и ласкать языком ухо. На прощание перед самой дверью он снова грубо облизал мои губы, от чего мне стало не по себе. Воображение разыгралось, и я мысленно представила его лицо между своих ног, а потом между ног других девушек.

"Мысли остановитесь!" — накричала я на них в своей голове, но они не слушались.

Войдя домой, я сразу побежала в туалет. В этот раз сдержать рвотный позыв не удалось.

Глава 21. Я запрещаю тебе с ним общаться

Оскар в очередной раз встретил меня после пар, чтобы прогулять работу и пойти на свидание.

— Я планировала сегодня поработать. Там и так уже накопилось много писем.

— Отказы не принимаются, сегодня последний вечер свободной жизни, сходим в кино.

Завтра утром прилетают мои родители, а вечером у нас забронирован столик в ресторане "Турандот". Место для помолвки выбирал Сергей Эдуардович, наше с Оскаром мнение конечно же не учитывалось, а моим родителям было всё равно.

— Хорошо, только заедем домой, я переоденусь, а то облилась сегодня кофе.

***

Моё сердце замедлило своё биение, затем застучало с бешеной скоростью, а после разлетелось на мелкие осколки, когда я вышла из машины и пошла в сторону подъезда. Навстречу шёл Микаэль.

Как же я ошибалась, полагая, что мои чувства к нему растворились в бесчисленных поцелуях с Оскаром. Мне хотелось броситься ему на шею и вдыхать знакомый и такой приятный древесный аромат.

— Привет, — он остановился и улыбнулся мне.

— Привет.

— Как ты тут без меня? Небось с незнакомцами в лифте катаешься?

Его аромат дурманил моё сознание. Я чувствовала, как от меня ускользает что-то важное. Я предавала себя, выбирая Оскара. Меня душила злость за свою слабость и трусость.

— Нет. Ты был единственным, кто катался со мной в лифте.

— Значит, скучала. — подмигнул он. — Ну, ничего, я вернулся.

Я услышала, как открылась дверь машины и поняла, что совсем забыла про Оскара.

— Ева, какие-то проблемы? — в его голосе чувствовалось раздражение.

— Прости, мне пора, — сказала я Микаэлю и развернулась к Оскару. — Нет, я уже иду.

Микаэль ничего не ответил. Он внимательно смотрел на меня и больше не улыбался.

Я обошла его и быстрым шагом зашла в подъезд.

Когда вернулась обратно, Оскар стоял внизу возле двери.

— Готова?

Я кивнула в ответ.

— Поехали, — он даже не пытался скрыть своё раздражение.

***

Мы пришли в кинотеатр, было заметно, что Оскар всё ещё рассержен.

"Неужели из-за того, что я остановилась возле Микаэля на пару секунд?" — я решила спросить, — Почему ты сердишься? У тебя же было хорошее настроение.