Другие 100 дней плена... (СИ) - Гутовская Ирина - Страница 37

– Да, – я налил нам ещё коньяка.

Матвей выпил залпом.

«Всё-таки оскорбился…» – как сгладить ситуацию?

– С таким родственником не забалуешь: малейший проступок – в порошок сотрёт, – добавил друг.

– Да уж, он способен на всё… – меня не покидает ощущение неловкости, словно воздух вокруг нас наэлектризовался. – Матвей, я…

– Андрюх, – сжал моё плечо, – правда, никаких претензий тебе не предъявляю. Пошли к столу.

Взяв тарелки с мясом, мы направились в беседку. Стоило нам приблизиться, наши женщины переглянулись.

– У вас всё в порядке? – обе спросили одновременно. От них тоже не ускользнуло возникшее между нами напряжение.

– Всё норм, – друг улыбнулся и уселся на стул.

– Насть, прости, – не могу промолчать, иначе эта недосказанность не даст покоя. Давно надо было перед ней извиниться.

– За что? – она ожидаемо удивилась и растерянно посмотрела.

Матвей развёл руками – его жест я расценил, как: «говори, раз уж начал».

– За то, что когда-то… – «нужно ещё правильно подобрать слова, а то мою девочку обижу, но лучше признаться в её присутствии, так будет честнее, пусть поймёт, что скрывать нечего». – Нравилась ты мне как женщина… Стыдно за это.

– Нашёл, о чём вспомнить, – Настя усмехнулась, присела рядом с мужем. – Хотя если станет легче: твои извинения приняты.

– Всё, хватит об этом. Налетайте на мясо, пока не остыло, – вмешался друг. – И давайте уже переключимся на вашу свадьбу. Когда сие событие?

– В конце июня… – ответила Милена поникшим голосом. Конечно, мои откровения её расстроили.

– Покинем вас на пару минут, – я ухватил любимую за локоть и потянул за собой.

Мы ушли вглубь сада.

– Если ты сейчас же не объяснишь всё, придушу тебя… – прошипела она от злости.

И вроде нет повода для улыбок, тем более – провоцировать намеренно не собирался, но не могу ничего с собой поделать – улыбка липнет сама после такого заявления.

«Моя ревнивица… Как же я люблю её!».

Глава 39. В гостях. Часть вторая.

Милена

– Скажи уже что-нибудь… – молчание раздражает, а улыбочка на любимом лице сейчас бесит вдвойне. – Что тебя так веселит? Наслаждаешься моей ревностью? Я требую объяснений! – ткнула кулаком в него.

– Девочка… – одной рукой он крепко сжал мой затылок, заставляя посмотреть в глаза, а второй – обхватил за талию. – Я люблю тебя, одна ты волнуешь душу. Что тут ещё объяснять.

«Так просто не отделается».

– Издеваешься?! – попыталась освободиться, но из стального хвата едва ли получится вырваться. – Пусти!

– Не-е-т, – протяжно прошептал в моё ухо, вызывая своим горячим дыханием мурашки по коже. – Успокойся, малышка.

– Андрей… – упёрлась ладонями в его грудь. – Специально увёл из беседки, чтобы я не начала выяснять отношения прилюдно, да? Что вообще такое ты говорил о Насте? Что за внезапные извинения… симпатии… признания…

– Ну, нравилась она мне когда-то – и к этому добавить нечего. И если бы не Матвей, который сделал комплимент в твой адрес, что дико разозлило, то я не возмутился бы. Он же, в свою очередь, не припомнил бы тогда, как я, нет-нет, да и пялился на его жену неприлично долго, поэтому решил закрыть этот вопрос раз и навсегда – давным-давно должен был извиниться. Понимаешь?

– Привлекала… то есть… в том самом смысле..? Хотел её? – думать об этом неприятно, в особенности, когда речь идёт о реальном человеке, находящимся рядом.

– Нет, всё совсем не так... – он смотрит прямым взглядом. – В своей постели не представлял никогда. Женщина друга – табу. Тут правильнее выразиться по-другому: мой интерес был связан с банальным любопытством – узнать, чем именно Настя зацепила Матвея, ведь он был ярым противником серьёзных отношений на постоянной основе, не говоря уже о браке. Она, конечно, симпатична мне, но не более того. Честно.

– Правда? – всё-таки переспросила. Не хочу начинать дружбу с Настей с мыслями, как мой мужчина когда-то мечтал о ней.

Андрей заключил в тугие объятия:

– Люблю тебя. Какая правда тебе ещё нужна? – поцеловал в макушку, зарывшись носом в мои волосы. – То, что чувствую, не сравнится ни с чем: да меня трясёт от жгучего желания прикоснуться, поцеловать, ощутить в своей власти… «съесть» тебя… Со мной такое впервые.

– Прости, я ревнивая дура, – уткнулась ему в грудь. Ноздри ласкает терпкий любимый аромат – это успокаивает.

«Определённо мне не хватает уверенности в себе, как и жизненного опыта, в силу возраста» – не отрицаю. Но, главное, оказалась не готова, что дружеские посиделки преподнесут «сюрприз» в виде откровений родом из прошлого.

– Ты не дура. Ты моя нежная сладкая девочка, моё счастье.

– Люблю тебя.

– Теперь мы всё выяснили? Веришь мне? – приподнял мой подбородок, заглядывая в глаза.

– Да, только больше не скрывай ничего, – надо учиться контролировать эмоции, иначе превращусь в истеричку и буду «выносить мозг» беспочвенной ревностью.

– Слушай, Матвей предложил остаться на ночь.

– Я не против, – лучше узнаю этих людей, выводы буду делать позже.

– И коль коснулись этой темы: можем пожить у них, если захочешь.

– Андрей, нет, не согласна, – и дело не в том, что услышала, подвергать сомнениям его слова не собираюсь. – У меня экзамены скоро, нужно готовиться в тишине, а ещё отсюда далеко добираться до института.

– Ладно, не настаиваю. Пойдём, – он взял меня за руку и повёл за собой.

После разговора, наконец, стало легче.

***Андрей

– А мы уж подумали, что вы ушли по-английски, не прощаясь, – прокомментировал Матвей, стоило нам вернуться за стол.

– У вас всё хорошо? – поинтересовалась Настя. Смотрит: то на меня, то на Милену.

– Да, – моя девочка улыбнулась. Настроение у неё заметно улучшилось – это не может не радовать.

Всё-таки я правильно поступил, признавшись открыто во всём. Так честнее, нежели стал бы извиняться перед женой друга наедине и, тем более, скрыл бы этот факт от остальных. Неизвестно ещё, к чему привело бы, ведь правда имеет удивительную способность – всегда выплывать наружу, тогда было бы сложнее объясниться.

– Мясо остывает – ешьте, – Матвей разлил коньяк по бокалам, Насте налил сок, потом взглянул на Милену: – Тебе вина?

– Ой, нет, спасибо, я тоже буду сок, – отказалась она.

– Уже? – усмехнулся по-доброму друг и подмигнул нам. – Ждёте пополнения? – он по-своему расценил ситуацию.

– Я не беременна, – моя красавица взволнованно посмотрела на меня, отрицательно помотав головой.

Такая реакция выглядит странной и наводит на определённые размышления… Почему-то простой вопрос заставил её нервничать, и как будто даже напугал… Или показалось? Тему детей мы не поднимали больше после той неудачной «шутки» и моего последующего срыва. Впрочем, сам виноват – наградил сомнениями, касаемо этой стороны нашего совместного будущего.

«Неужели, она решила, что заставлю сделать аборт, если вдруг случится незапланированная беременность?» – надо поговорить с ней и развеять все страхи. Давно поменял своё мнение, иначе, зачем создавать семью.

– От алкоголя Милена неважно себя чувствует, резко пьянеет и сразу клонит в сон, – пояснил, заметив растерянность на её лице.

И продолжаю думать о ребёнке…

«Когда у неё были «женские дни» последний раз?» – пытаюсь вспомнить, и, хоть убей, не получается.

За три месяца, проведённых в Бразилии, дважды эти «мероприятия» точно были, в памяти отложилось, ведь в этот период почти не занимались сексом. Но относительно всего остального: сроки, продолжительность цикла, регулярность, приём противозачаточных таблеток – понятия не имею, не вникал и не контролировал. Мы настолько растворились друг в друге, что ничего не замечаем вокруг, теряя счёт времени, забывая обо всём на свете. Есть только мы.

– Ребят, давайте за вас. Счастья вам и скорейшего прибавления, – Матвей поднял бокал с коньяком.