(не)жестокая нежность (СИ) - Гутовская Ирина - Страница 47

— Что с тобой? — зарываюсь носом в её волосы, вдыхая родной аромат.

— Ян… — она чуть ли не плачет.

«Чёрт… Или всё-таки Полина?».

— Ты можешь объяснить? — обхватываю её лицо ладонями, заглядывая  в любимые глаза.

— Не знаю, как… — она опустила взгляд.

— Ну-ка, не отворачивайся, — я сел обратно на стул и устроил Тину у себя на коленях.

— Этот парень… он… — моя девочка вздохнула.

— Какой парень? — ничего не понимаю. — О чём ты?

— У Станислава, того самого заказчика, с которым ты познакомил, есть взрослый сын… — она снова замолчала.

— И-и? — я раздражаюсь, ведь жена не спешит рассказать, что именно так огорчило. — Дальше?

— Он приставал ко мне… Пришёл сегодня. Сзади подкрался, схватил, пытался поцеловать, говорил всякий бред…

— Что?! — с одной стороны рад, что не Полина её навестила, а с другой — озвученный вариант ещё больше бесит. Да что там бесит — гнев закипает и разливается по венам огненными реками.

— Прости, должна была раньше сообщить, это не первый раз происходит, когда он подкатывал с недвусмысленными намёками… — честно призналась Тина.

— Повтори… — пальцы сами сжались на тонкой талии жены. — Что он сделал?

— Ничего не успел… Ян! Отпусти! — она вцепилась в мои руки, причиняющие боль.

У меня словно забрало на лицо опустилось, вижу одну и ту же картину перед глазами: как ублюдок трогает Тину, скользит слюнявым ртом по нежной бархатной коже, пытаясь добраться до её губ, и мечтает уложить в постель…

Пока не натворил непоправимых ошибок и не сорвался, пересаживаю мою девочку на стул, а сам встаю и нервно расхаживаю по кабинету. И, разумеется, думаю о расправе.

«Придушу сучёныша» — причём, не откладывая, сейчас этим займусь. Только жену домой отправлю.

— Б..ть! — под ноги попался небольшой журнальный столик. Пнул его со всей силой, тот разлетелся на части, стоило удариться об стену.

Моя девочка испуганно вздрогнула от такого жеста.

— Что он говорил тебе? — смотрю на неё.

— Ян… — она боится моей реакции.

— Отвечай! — всё-таки повышаю голос.

— Сказал: ещё встретимся. Не давала повода… отшила его сразу…

— Говнарь… — прошипел я от злости. — Возомнил себя мачо, значит… Ну ничего, быстро поставлю на место… будет знать, как чужих жён лапать…

— Ян… — Тина подошла ко мне, прикоснулась осторожно к груди.

— Езжай домой, — поцеловал её в лоб. — Ни о чём больше не переживай, спокойно заканчивай дела и готовься к отпуску.

— Хорошо, — соглашается она.

А я сжимаю руки в кулаки, которые зудят в предвкушении, когда представляю, как буду бить физиономию молокососа… Мой внутренний зверь очнулся и просит крови…

2.7

Я приехал по нужному адресу с единственной целью — разукрасить рожу сучёнышу. Вести светскую беседу на тему «что такое хорошо и что такое плохо» — не собирался.

«Мажор хренов… мачо недоделанный…» — да кем он себя возомнил?! Парень в корни обнаглел от ощущения вседозволенности и безнаказанности. Думает, если отец — обеспеченный человек, то всё можно? В том числе чужую жену желать, продолжая осаждать, даже если она прямым текстом послала.

Поэтому другого способа «объяснить», на чью территорию зашёл, кроме как использовать физическую силу, не вижу. И не хочу. До таких, как он — избалованных родительскими деньгами сосунков, не доходят слова. Значит, через другое место достучусь…

Тина нравится многим — это не новость, но с подобным откровенным домогательством сталкиваюсь впервые.

— Ян? Какая неожиданность, — навстречу вышел хозяин дома, когда ему сообщили о госте. — Добрый день.

«Добрый?» — это вряд ли.

— Здравствуйте, — пожал его руку. — Где ваш сын?

— Э… м-нн… Денис… кажется, в гараже, с мотоциклом возится…

— Сколько ему лет? — это всё, что уточнил.

— Девятнадцать. А что случилось? — удивился Станислав.

Я не стал ничего отвечать, резко сорвался и направился на улицу.

«Девятнадцать — отличный возраст, чтобы за свои действия нести ответственность, хотя вряд ли ему известно такое понятие» — привык тратить отцовские деньги, а чувствует себя Богом — это единственный довод для таких… Потребитель — одним словом.

Парень заметил меня сразу. Возможно, на моём лице всё написано, понял, кто я и зачем пришёл, потому что в следующую минуту, он попятился назад, собираясь сбежать.

— Стоять! — поспешил за ним.

«То есть приставать к хрупкой маленькой женщине — нормально, а как увидел кого-то примерно тех же габаритов, то сразу в кусты?» — мужской поступок, ничего не скажешь.

«Хотя нет — моё телосложение крепче, а вот рост у нас одинаковый» — разброс сил всё равно прикинул, да и регулярные занятия в спортзале помогают держать мышцы в тонусе. Я в себе уверен.

Поэтому быстро настиг его. И, не спрашивая что-либо, врезал по роже несколько раз. Но тот даже защищаться не пытался: упал на землю, закрыл лицо руками, сворачиваясь в позу эмбриона.

«И это всё? Бравада куда-то делать вдруг, стоило увидеть мужа?» — усмехнулся я, глядя на него.

— Ян! — послышался голос Станислава. — Вы что творите?!

— Я?! Имею право! — огрызнулся. — У сына своего поинтересуйтесь, как домогался моей жены.

— Денис? Это правда? — он посмотрел на сына.

— Откуда я знал, кто её муж, — подал голос сучёныш.

— Да какая разница? — возмутился его отец. — Не ожидал… Тебе свободных девушек мало? На замужнюю женщину глаз положил. И когда только успел?

— Беру пример с тебя, — огрызнулся он. — Ты ведь женился на моей ровеснице, чем я хуже.

— Б..ть, придушу… — опять хотел ударить его.

— Ян, не надо, — Станислав остановил меня. — Я разберусь с сыном.

— Да понял всё! Пальцем не трону больше, — парень встал на ноги, закрывая ладонью нос, из которого текла кровь. — Извините.

— Перед Тиной извинись. Как после твоих «заслуг» она сможет работать в нашем доме?

— Моя жена не будет у вас работать, —  сразу обозначил свою позицию, чтоб не строили дальнейших планов.

— Но…

— Неужели, вы полагаете, отпущу её сюда? — я усмехнулся.

— А если гарантирую безопасность или сына отправлю куда-нибудь? — тут же предложил он.

— Нет. Исключено. Если вас устроит другой художник из галереи Тины, то — пожалуйста, но моей жены здесь не будет, — прошипел от злости.

«Наглости не занимать… и гарантии безопасности тут уже ни при чём…» — я развернулся к выходу, не прощаясь и не утруждая себя вежливостью.

— Ян? Подождите, — Станислав пошёл за мной.

— Ну что ещё? — иду, не останавливаясь, и не смотрю на него.

— Мой сын неплохой… — он догнал меня. — Вырос без матери, она бросила нас… А я воспитывал, как мог, с помощью бесконечно меняющихся нянек… Не всегда хватало времени, и, да — отсутствие внимания часто компенсировал деньгами.

«Сейчас расплачусь…» — ничто не может оправдать фривольное поведение парня.

Я подхожу к машине и открываю дверь.

— Извиниться перед Тиной позволишь? — Станислав резко перешёл на простое обращение.

Он старше меня ненамного. Хотя со своими деловыми партнёрами и теми, с кем только планирую заключить договорные обязательства, а мы можем быть полезны друг другу — предпочитаю держать дистанцию, оставляя место исключительно бизнесу. Сейчас уже сомневаюсь, что захочу иметь общие дела, иначе его озабоченный сынок будет постоянным напоминанием. Это как с мужем Полины: знал бы, кто он — никогда не связался бы. И хорошо, что не приходится лично с ним общаться.

— Позволю. В моём присутствии, — соглашаюсь. — Скоро мы с женой уезжаем отдыхать, если что.

— Понял…

…Пока я ехал домой, представлял, как через несколько дней окажемся с Тиной в райском местечке — том самом, где мы провели свадебное путешествие.

«Белоснежный песок, тёплый океан, солнце круглый год, уединённость, тишина, умиротворение, наслаждение в объятиях друг друга…» — просто мечта. И это обязательно поможет моей девочке. Кошмар перестанет терзать и всё наладится.