(не)жестокая нежность (СИ) - Гутовская Ирина - Страница 90

Мы созданы друг для друга и наша связь нерушима.

...Она стонет так сладко, извиваясь подо мной. Я ощущаю приближение оргазма — это заметно по тому, как сжимает мои плечи, как прикрывает глаза, как откидывает голову назад и часто дышит...

Ещё несколько толчков и нас обоих накрывает волной блаженства.

— Люблю тебя… — шепчу на ухо, и не спешу покидать её тело.

— Ян… и я тебя люблю… — Тина крепко обнимает меня дрожащими руками, не желая отпускать, как будто чувствует, что опять расстанемся на время.

Только сейчас не готов говорить об этом, не хочу портить приятный момент. Утром всё расскажу.

— Пошли в душ, — поднимаюсь с кровати вместе с моей девочкой и иду в ванную комнату.

Есть огромное желание продолжить, но напоминаю сам себе, что переутомлять её нельзя.

Конечно, я не рассчитывал на лёгкий разговор. И когда сказал «уезжаю» это вызвало ожидаемую реакцию.

— Что, значит, тебе нужно уехать?! — возмущается Тина, наблюдая, как складываю вещи в чемодан.

Промолчал на реплику, думая, как лучше преподнести причины срочного отъезда. Излишние переживания вредны для жены — нужно аккуратнее быть в словах.

— То есть, поэтому ночью так настойчив был? — спрашивает она, поставив меня в ступор своим вопросом.

«Как только язык повернулся такое озвучить? Осталось добавить, что воспользовался ею…» — смотрю на неё с упрёком.

— Спасибо, что ушёл не по-английски, — моя девочка гневно взглянула и собиралась покинуть спальню.

Но я оказался быстрее.

— Тина, стой! — прижал её к себе, скрывая с своих объятиях. — Прости, что так поступаю…

— Если объяснишь, то определенно станет проще...

— Филипп Абрамович считает, лучше покинуть страну на время, из-за возможных обвинений в заказном убийстве, которые пока не предъявлены и подписку о невыезде не брали с меня, пока лишь допросили в общем порядке. А в моё отсутствие он решит этот вопрос.

— Подожди… — она слегка отстраняется и удивлённо смотрит. — Просто так человека не будут подозревать.

— Я, действительно, планировал подобное… — честно сознаюсь.

— И что? Ты же не виноват? Ведь так?!

— Нет, не виноват. Но если мои планы выплывут наружу — сомневаюсь, что кто-нибудь захочет разбираться. Мотив налицо и поводов хоть отбавляй.

— Выплывет? Это зашло дальше мыслей? — её глаза наполняются слезами.

— К сожалению… А тут «подарочек» — с ним уже разобрались.

— Боже… — она отходит от меня и присаживается на кровать. — Хочешь сказать, о твоём намерении известно кому-то и найти доказательства не составит труда?

«В Гартмане я уверен, он никогда не предаст и не подставит, а вот те, через кого он решает вопросы… всякое может быть…».

— Всё возможно. Если возьмутся копать… Как ты понимаешь, после событий, связанных с тобой, я — кандидат номер один.

— Как же так? Но покинув страну, подтвердишь подозрения, — устало произносит она, а слёзы текут сильнее.

Обнимаю её лицо ладонями:

— Послушай, мой отъезд заставит полицию работать, а не сваливать на первого попавшегося. И люди Филиппа Абрамовича уже «роют землю». Тебя хочу оградить от ненужных переживаний. Наверно, легче думать, что я «типа отлучился по делам», чем в СИЗО…

Тина понимающе кивает.

— Когда всё закончится? Когда…

Хотелось бы и мне знать ответ на этот вопрос…

Я умолчал об одном замысле… Если всё получится, то Тина обязательно узнает, что не уеду далеко, а всего лишь скроюсь в надёжном месте и даже сможем видеться. А по моим документам страну покинет другой человек. Гартман обещал найти кого-то похожего на меня. Что ж, посмотрим…

Мы договорились встретиться у него в офисе.

И вот: разглядываю жалкую копию себя, пытаясь узреть хоть каплю совпадений. Пожалуй, этот мужчина лишь ростом, как я — тоже высокий, а ещё такие же светлые волосы, всё остальное — даже близко не напоминает меня.

— Наклеим щетину, в глаза линзы вставим — будет правдоподобнее смотреться, да и с паспортом проблем не возникнет, тем более, получал давненько, мог измениться слегка, — уверенно заявил Филипп Абрамович, заметив мои сомнения.

Вот только не разделяю его энтузиазма.

— Вы так думаете? — ещё раз взглянул на мужчину, который представился Иваном.

— Чисто визуально: по росту, габаритам — можно принять за тебя, — говорит Гартман.

А я опять присматриваюсь, пытаясь увидеть всю картину в голове, ведь ему придётся предъявить мой загранпаспорт.

— Справлюсь, мне не привыкать. И, поверьте, опыта хватает, в том числе — слежку замечу и смогу уйти, — отвечает он. — Никто не поймёт, что я не вы.

— Выбора всё равно нет, значит — будем пробовать, — соглашаюсь. В таком случае, у меня останется возможность быть, если не рядом, то где-то поблизости к семье.

«Кто не рискует, тот не пьёт шампанского…» — как говорится.

2.52

«Как же я соскучился…» — думаю только о жене и детях. И друг, который приехал меня навестить, рассказать новости, не может отвлечь от бесконечного потока мыслей о семье — но, что скрывать, конечно, большая часть из них о моей нежной девочке.

— Когда вы виделись? — спрашивает Олег.

Оказывается, вслух сказал. Только сейчас понял это.

— Пару недель назад Тина приезжала, вернее — её привозили обходными путями. Крайне рискованно это, учитывая, что за мной идёт охота — ждут, когда «типа» вернусь, а за ней следят, особенно после допроса.

— М-да… — вздохнул он и как-то странно посмотрел.

— Ты чего? — удивился его задумчивости.

— Вспомнил, как у вас начиналось, — улыбнулся друг, — как ты забежал в кабинет злющий-презлющий, облитый коктейлями, со словами: «нужно уволить одну криворукую девчонку». А теперь счастлив и жизни без неё не представляешь.

— Да уж… Всё может измениться очень быстро, — согласился с ним и тоже вспомнил тот вечер, и как прошибло меня от одного её чарующего взгляда — такое невозможно забыть.

— Тоже так хочу, — не без зависти в голосе сказал Олег. — Если честно, сам устал от постоянных скитаний от женщины к женщине, одно увлечение сменяется другим. Почти сорок лет, а что имею: детей нет, жена и та не навсегда… всё как-то бессмысленно, скучно… бездарно трачу себя, так что ли...

— Всё от тебя зависит, — озвучиваю прописную истину. — Главное — вовремя осознать. Для начала перестань жениться на каждой встречной. А когда появится «та самая», то, поверь, поймёшь, и любые сомнения отпадут. Возможно, будешь гнать настоящие чувства, терзаться и метаться, как это было со мной, а может быть — мгновенно окунёшься с головой в неизведанное ранее...

— Так и есть: не любил никогда. Не знаю, что со мной не так? — Олег развёл руками. — Вроде не урод, на эмоции не скупой, на бесчувственного монстра не похож…

— Почему сразу что-то не так? — перебил его. — Говорю же: встретишь свою женщину — успокоишься, ни на кого смотреть не захочешь больше.

— Это точно. У вас с Тиной всё быстро получилось, сейчас уже третьего ребёнка ждётё.

— Моя жена не любит, когда Макса исключают из числа наших совместных детей.

— Хорошо, четвёртого ждётё, а у тебя, кстати, где-то пятый ещё есть… — а вот это он зря сказал.

— Не напоминай, — предупредил, что эту тему лучше не затрагивать. У Полины своя жизнь, у нас — своя. О себе она не даёт знать — и это не может не радовать.

— Не буду… извини… А ты в курсе, что твоя подруга Лара и Александр поженились?

— Нет. Серьёзно?

А она молодец, не теряет время. Нашла своего человека и захотела не просто ребёнка родить от него, а создать семью.

— Я думал, она стопроцентная лесби, и ты сказал, чтоб не раскатывал губу, но на Саню всё-таки обратила внимание. Для меня стало удивлением, когда он попросил неделю отпуска, сообщил, что женится, и невесту зовут Лара.

— Их отношения начались ещё на море. Вот так бывает: теперь муж и жена, — улыбнулся, думая, что нужно сделать им свадебный подарок по возращению.