Сердце пламени (СИ) - Троицкая Алеся - Страница 59

Чудесно!

— Ивонет, — серьезно и немного отрешённо позвал мужчина, — есть три непреложных правила для людей, которые помогут не попасть в беду. Первое: нельзя есть какие-либо плоды…

— Но Лима…

— Лима другая, ей они не повредят. Во-вторых, ничего нельзя красть, неважно, камень это или золотые монеты.

— Монеты? Откуда тут монеты?

— Тут может быть всё, что угодно. Только твоя фантазия ограничивает тебя.

— А третье?

— Увидишь туман — беги.

— Туман?

— Да, с ним обычно приходят гончие.

Гончие, стражи… и как она могла забыть?!

— И четвёртое…

— Ещё есть четвёртое?

— От меня ни на шаг.

Девушка кивнула и с трудом сглотнула ком из порции новых страхов. Как бы прекрасен и необычен ни был этот мир, он опасен.

Янар дождался, когда один из островков подползёт максимально близко, и, уверенно на него шагнув, потянул Ивонет за собой. Девушка думала, что парящая земля будет неустойчива и шатка, но ноги почувствовали монолитную твёрдость. Она опустилась на корточки и провела пальцами по изумрудной траве, что казалась шёлком. «Мягкая, невероятно мягкая!» — с детским восторгом подумалось девушке. Захотелось ощутить шёлк щекой, но прилечь на траву ей не дали: Янар резко и довольно грубо дёрнул за шиворот, поднимая на ноги:

— Пятое правило: без глупостей!

Знать бы ещё, что тут считается глупостью…

— Так куда мы идём?

— Туда. — Его палец указал вдаль, на яркую звезду под сумрачным небом. Хотя небо тут условное и вообще не понятно, где верх, а где низ. Некоторые островки парили вверх ногами. Или вместо ровной поверхности пролетала куча земли с вылезающими корнями.

Примерно построив тропу по самым безопасным островкам, они начали восхождение к указанной звезде. Всё ближе к ней и всё дальше от тёмного входа, который, как оказалось, тоже был расположен на отдельном острове. Как только его покинули, он стал стремительно удаляться.

— Да, крылья бы нам пригодились. Если это колыбель жизни Изначальных, почему он не рождает новых крылатых альвов?

— Потому что он не в состоянии рождать новые души. Ну, или не желает. Все души Изначальных в плену камней. Если их освободить, возможно, Изначальные возродятся. По крайней мере, мне хочется в это верить.

— Но Авели… она же не стала камнем. Возможно, она…

— Есть ещё те, — резко оборвал Янар, — кто достиг апогея в физическом воплощении и должен двигаться дальше. Душа Авели, как и многих до неё, отправились в вечное путешествие.

— Откуда ты знаешь?

Янар нервно убрал волосы лица:

— Просто знаю.

Пройдя половину пути, Ивонет наконец увидела, что под звездой находится один из самых больших островов с горами и сопками, поросшими густым лесом.

— Что там?

— Источник всего живого. Место, где в балансе и гармонии существуют четыре стихии и эфир — пятый элемент, связывающий их.

— Эфир?

— Да. Обычно пятым элементом выступала Шатмира — если сравнивать с людьми, это как верховный жрец. Много знает, много видит, и без нее не обходится ни одно священное действие. Но, в отличие от людей, она смотрит вглубь мироздания и направляет души. Это что-то большее, сложно объяснить.

Добраться до нужного островка оказалось непросто. Приходилось ждать удачный островок, чтобы переступить на следующую ступень. Некоторые приползали быстро, некоторых приходилось ждать довольно долго и утомительно. Когда ноги коснулись долгожданной поверхности, сил, кажется, не осталось совсем. Ивонет опустилась на спину, всматриваясь сквозь тенистые деревья в звёздную пустоту.

— Согласен, нужно немного отдохнуть, — Янар опустился рядом и, поковырявшись сумке, что висела у него на плече, достал воду, лепёшки и два румяных яблока.

Несмотря на то, что в заточении Ивонет пренебрегла едой, есть совсем не хотелось. А может, на неё действовал сладкий запах золотых персиков, что тяжелыми гроздями усыпали ветку над головой. Вот их она с удовольствием съела бы. Они так манили, что сил сдержаться практически не было. Даже, кажется, рука потянулась вверх... Но Янар больно хлопнул Ивонет по ладони и девушка ойкнула, а в следующее мгновение насторожилась:

— Слышишь?

Янар сунул яблоко ей в руки и стремительно оказался на ногах. Тревога прошла рябью по его лицу. А после, не давая никаких объяснений, схватил Ивонет за руку, и они побежали.

Объяснять, что происходит, было не нужно: низкий гул усилился, а за их спинами по земле уже стелился туман.

— Гончие!

Заросшая тропа, кустарник, хлещущий по ногам колючками, камни, стремившиеся попасть под ноги и свалить незадачливых путников, ветки, цепляющие за волосы и одежду, — всё в этом месте было против незваных гостей и пыталось задержать, чтобы их поглотил туман. Но Янар, несмотря на дикую усталость, не щадил ни себя, ни Ивонет и упорно заставлял бежать вперёд. И когда, казалось, туман уже лижет лодыжки и на коже ощущается жаркое слюнявое дыхание, их выбросило вперед и они, словно прорвав невидимый купол, покатились с обрыва вниз, на огромную поляну, в центр безмятежности и тишины.

Туман остался за невидимым барьером и разъярился. Слегка отступил и показал десяток жутких существ, мало напоминающих собак. Огромные жилистые и безволосые тела, голые черепушки с провалами вместо глаз, на дне которых вспыхивают красные огоньки смерти.

— Не бойся, барьер их не пропустит. Это место священное, стражам тут делать нечего.

Тяжело дыша, Ивонет неотрывно смотрела на существ, из пастей которых текла слюна. И, только осознав, что гончие не могут переступить золотую черту, поднялась на ноги.

— Повезло, что мы оказались с северной стороны, иначе не добежали бы.

— И что тогда? — Не отрывая взгляд от тумана, что стал растворять в себе призрачных стражей, спросила Ивонет. — У тебя в запасе был другой план?

— Пришлось бы с ними договариваться, — поморщился мужчина.

— Серьёзно? — Ивонет издала нервный смешок.

— Хорошо, что до этого не дошло, — отряхивая штаны от комьев грязи, бросил мужчина.

— А если их убить?

— И навлечь на себя ещё одно проклятие? Нет, лучше уж договор, — хмыкнул Янар.

Ивонет наконец привела дыхание в норму и, как только туман отступил, оглядела поляну.

Идеально круглая, с молодой порослью из нежно-голубых и сиреневых цветков. С древними руинами когда-то могущественного храма.

— Пойдём, — в голосе Янара был слышен трепет и, кажется, неверие. Не оборачиваясь, он повёл Ивонет к массивным ступеням из розового кварца. Всё выше и выше к широкой арке без дверей. Кажется, что внутри их ждёт величественный зал из того же розового кварца, но от храма остались только искорёженные стены. Пройдя через них, они оказались на другой стороне поляны, в центре которой образовалась идеальная окружность из огромных валунов.

— Храм разрушил Альхард, когда понял, что такого же могущества, как его детям, ему не обрести. Ведь ни один из пленённых и оставшихся в живых Изначальных по доброй воле не отдал бы за него жизнь.

— Почему ты его не остановил?

— К тому времени я уже был пленён.

— Но если всё разрушено, как же…

— Альхард не понимал главного: не стены источник магии, а земля.

Янар вошёл в круг из поваленных валунов и, присев на корточки, приложил ладонь к земле. Замер, к чему-то прислушиваясь. Удовлетворённо хмыкнул и начал вытаскивать из сумки странные предметы. Мешочек с камушками, толстые свечи, осколки зеркал, кусок шерсти, кожи и перьев, птицу с отрубленной головой.

Ивонет скривилась и попятилась:

— И это всё время было с тобой? И лежало рядом с едой?

Желудок болезненно сжался, желчь подступила к горлу. Теперь она была благодарна гончим, что не дали возможности перекусить, иначе сейчас ее вывернуло бы наизнанку. Похоже, Лима была солидарна с ней: она сморщила розовый носик и заворчала об отвратительном стихийнике, что втянул их в опасное приключение и чуть не угробил. Она была так возмущена, что с шёпота перешла на недовольный писк, заставивший Янара на мгновение оторваться от своего занятия.