Объединённые надеждой (СИ) - Руэлли Хелена - Страница 71

— Знаешь, что я тебе скажу в ответ?

— Что? — терпеливо спросил Мастер.

— Что нас подслушивают! — и обладатель страшного, сиплого голоса захохотал.

От этого леденящего душу хохота кровь застыла в жилах у Нейла. Он словно примёрз к месту. Дверь распахнулась, и Нейл увидел перед собою ноги какого-то странного существа. Под серой чешуйчатой кожей бугрились могучие мышцы. Нейл задрал голову повыше и из глотки его вырвалось жалобное собачье повизгивание.

Страшное лицо существа опустилось совсем низко, наверное, чтобы получше рассмотреть пса. Мясистые вывороченные губы растянулись в плотоядной ухмылке, и Нейл увидел во рту существа множество острых почерневших зубов.

— Это ещё что такое? — недовольно нахмурился Мастер.

— Сейчас увидишь, — существо протянуло мощную лапу с когтями и, не церемонясь, сгребло Нейла за шкирку.

Глава 167. Патрули Братства

Фергюс держал вожжи, постукивали колёса. Нелли в очередной раз препиралась с Мелисом. Эйлин одолевала дремота. Она склонила голову, и седые волосы полностью закрыли её лицо. После побега Нейла ничего особенного не происходило. Правда, пару раз они наткнулись на патрули Братства. Эти патрули проверяли путешественников. Эйлин успела дать знать Торментиру (хорошо уметь общаться мысленно!), а тот сделал невидимыми себя и неподвижного Риугу.

Дружинники грубо схватили лошадь под уздцы. Повозка остановилась так резко, что всех здорово тряхнуло, а Нелли чуть не свалилась на землю. Она зашипела, как рассерженная кошка, но звук мгновенно исчез, будто кто-то его выключил. «Работа Солуса», — машинально отметила Эйлин про себя.

— А ну, слазьте! — скомандовал дружинник с факелом.

— В чём дело? — пытался протестовать Фергюс. — Моя госпожа изволит путешествовать со своими детьми…

Зуботычина остановила поток его красноречия. Фергюс пошатнулся, из разбитой губы его потекла кровь. Нелли безмолвно вскрикнула и прижала руки ко рту. Мелис по привычке схватился за меч, да только его благоразумно спрятали внутри повозки. Пальцы юноши сжали воздух. Глаза Фергюса гневно сверкнули, но Эйлин, не говоря ни слова, сдавила его руку, и Фергюс промолчал.

Солдаты захохотали:

— А твоя госпожа, видать, поумнее тебя! А ну, старуха, давай слазь! Приказ Великого Мастера — проверять всех проезжающих!

Эйлин покорно спустилась на землю. Дружинник поднёс факел так близко к её лицу, что волшебница невольно отшатнулась. Это опять развеселило солдат.

— Нет, та, что мы ищем, молодая!

— Кто такие? — факел осветил лица Нелли и Мелиса.

— Это мои дети, — тихо ответила Эйлин.

Внутри всё кипело от ярости, но выхода ей давать было нельзя. Она уловила негодование, шедшее от Торментира изнутри повозки.

— Ну что, не они? — переговаривались солдаты.

— Совсем не похожи. Эй, вы, показывайте, что везёте!

— Ну, раз мы — не они, то зачем обыскивать вещи? — снова встрял Фергюс.

За это он получил ещё один удар в лицо. Тем временем Эйлин откинула полог. Один из дружинников небрежно потыкал в нехитрые пожитки концом алебарды.

— Нет здесь никого! — крикнул он товарищам. — Отпускаем, что ли?

— Да, наверное, — мерзко скалясь, ответил ему один. — Может, девку я и забрал бы с собой, да только она старовата. Я люблю помоложе да посвежее!

С грубым гоготом дружинники удалялись. Эйлин посмотрела на своих спутников. Фергюс и Мелис тяжело дышали и готовы были кинуться с кулаками на патрульных, так оскорбивших их чувства. Лицо Фергюса выглядело сейчас не лучшим образом: разбитая губа распухла и кровоточила по-прежнему, один глаз заплывал. Вскоре там, видимо, засияет великолепный фингал. К счастью, эти мерзкие остолопы дружинники не тронули ни Нелли, ни Мелиса. Торментира с Риугой увидеть они не могли…

— Мама, — к Нелли вернулся дар речи, — тот болван тыкал чем-то внутри повозки. Он мог ранить…

Нелли не успела договорить, как Эйлин заторопилась проверить, что с остальными. Торментир уже успел материализоваться и сидел с усмешкой на тонких губах, рассматривая порванный край мантии.

— Мне повезло, солдат промахнулся.

Эйлин вздохнула с облегчением. Мантию она заделает в два счёта. Из-под ног Торментира раздался сдавленный стон.

— Это что?

— Риуга, наверное, — спокойно отозвался маг. — Похоже, его задели.

Он взмахнул волшебной палочкой, и обездвиженный Риуга появился перед глазами встревоженной Эйлин. Да, действительно, ушлый солдафон угодил ему алебардой в бок. Одежда на боку Риуги окрасилась кровью.

— Видишь, как хорошо, что я лишил его голоса, — проговорил Торментир, — иначе бы этот подлец обязательно нас выдал.

— Это не значит, что мы не будем его лечить, — ответила Эйлин, разрывая рубашку Риуги.

Рана оказалась неглубокой. Кровь остановили, рану перевязали, однако голоса раненому так и не вернули. Правда, Эйлин настояла на том, чтобы руки ему оставили свободными, обездвижив только ноги. Торментир нехотя согласился.

Теперь следовало заняться Фергюсом. Выполнять роль возницы с подбитым глазом было, мягко говоря, неблагоразумно. Поэтому Эйлин отнеслась к Фергюсу особенно участливо. Это вызвало молчаливое негодование Торментира, которое Эйлин, как обычно, проигнорировала.

Наконец лицо молодого человека пришло в «более-менее товарный вид», как выразилась сама Эйлин.

— Скорее менее, чем более, — отозвалась Нелли, критически осматривая результат работы.

— Это пройдёт примерно через полсуток. Нам, наверное, придётся сделать остановку. Заодно и передохнём.

Глава 168. Видение

Сумерки плавно перетекли в ночь. Правда, Нелл бурчала, что в этом мерзком Загорье зимой целый день сумерки. Фергюс свернул с наезженного тракта в сторону. Эта дорога уводила в сторону от намеченного пути, зато, по сведениям Фергюса, там было совершенно безлюдно.

Остановились переночевать в лесу. С верхушек голых деревьев беспрестанно капало. Правда, Торментир позаботился о том, чтобы оградить всю компанию от сырости. Поколдовав немного, он очертил довольно большой круг, прошёл вдоль него, делая какие-то сложные движения палочкой.

— О! Уже не капает! — удовлетворённо прокомментировала Нелл.

Эйлин взмахом руки зажгла огонь, и внутри очерченного круга стало светло, тепло и уютно.

— Может, Фергюсу приложить к лицу кристаллы? — задумчиво спросила Эйлин, ни к кому конкретно не обращаясь.

— И Риуге тоже приложить? — ехидно уточнил Торментир.

— О, я бы ему приложила! — вмешалась Нелли. — Кирпичом!

Похоже, что с ней были согласны все, кроме Эйлин. Та только покачала головой.

После скудного ужина все (включая полупарализованного Риугу) блаженно грелись у огня. Мелис, как обычно, полировал свой драгоценный меч. Нелли взялась за скрипку. Пока она тихонько наигрывала, Эйлин прислонилась спиной к сырому бревну и задремала.

… Мимо неё проплывали тёмные коридоры. На стенах чадили факелы. Ей показалось, что раньше она уже бывала в этом месте. За тяжёлой дверью слышался разговор, только слов она разобрать никак не могла, как ни старалась. Внезапно из пустоты к ней протянулась огромная когтистая лапа и сгребла её за шиворот.

— Миссингер! — закричала она что было сил, узнав эту лапу. — Ты что, рехнулся?

Но изо рта её не выходило ни единого звука. Она почувствовала, как ноги её оторвались от пола — демон высоко поднял её. Внезапно она освободилась от телесной оболочки, взмыв к мрачному закопчённому потолку. В лапах Миссингера бился пёс, хорошо знакомый ей. Это был Нейл, неведомо как попавший в резиденцию.

Рядом с Миссингером стоял высокий светловолосый человек. Он очень походил на Мелиса. «Штейнмейстер», — припомнила Эйлин, глядя на происходящее сверху.

Демон швырнул пса на пол, пёс взвизгнул, но Миссингер протянул к нему внезапно удлинившийся коготь и провёл им вдоль всего собачьего тела, от ушей до кончика дрожащего хвоста…

— Мама, мама, — тормошила её Нелли.