Будь моим (СИ) - Летова Мария - Страница 12

Чувствуя, как к щекам подкатывает кровь, беспечно предлагаю:

— Тогда можешь позвать Градского. Чтобы стул не пустовал. Будет твоим плюс один…

Черт!

Щеки пылают, и я упорно смотрю в окно.

— Или Рязанцева.

— Егора? — поворачиваюсь к брату, удивленно приподняв брови.

— Да, а что? Он спрашивал, встречаешься ты с кем-то или нет, — хмыкает Андрей.

— Когда он спрашивал это?

— В субботу.

Мне очень хочется поинтересоваться, где был в это время другой его друг.

— И что ты ответил?

— Что не знаю, — снова хмыкает. — Можешь сходить с ним в кино, — дает он свое благословение. — Или поесть мороженого и покататься на каруселях.

Фыркаю.

Пытаясь прожечь в виске брата дыру, требую:

— Ты что, сватаешь меня Рязанцеву?

— Почему нет? Он адекватный, вроде не урод. Мы с ним собираемся кое-что построить. Погоди… — Андрею на телефон падает вызов, и он включает громкую связь, продолжая вести машину.

Внутри меня всплеск негодования оттого, что меня сватают, но еще больше меня прожигает тем фактом, что ему даже в голову не пришло предложить мне Градского. Брат не видит такого варианта даже под гипнозом, а это значит, что он считает нас параллельными прямыми, как и сам Влад…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Смотрю в окно, как напротив Павелецкого вокзала парочки раскачиваются на качелях, смеются, едят мороженое и делают все то, что я так мечтаю делать вместе с Градским. И лишаю себя возможности делать все эти вещи с другими. Но сейчас, когда наши отношения сдвинулись с мертвой точки и тотального нуля хоть в какую-то сторону, я не собираюсь размениваться на свидания с другим.

Я собираюсь выжать из Градского свой поцелуй. Вот что я собираюсь сделать!

Женский голос на том конце провода сбивчиво тараторит про форс-мажор, на что Андрей отвечает чертыханиями.

— Нужно вернуться в офис, — говорит он мне. — С финнами опять лажа…

Я не спорю, молча наблюдая за тем, как он меняет полосы и пересекает трамвайные пути, собираясь развернуться.

Его фирма занимается оформлением документов на заграничную недвижимость. Они могут купить клиенту дом на Бали или в ЮАР, и тому даже не придется туда лететь. У фирмы штат в двадцать человек и офис в бизнес-центре рядом с квартирой Андрея. Это его фирма, выстрелившая из небольшого стартапа почти сразу после того, как он закончил университет.

Сидеть в машине на подземной парковке у меня нет желания, поэтому я решаю подняться в офис вместе с Андреем.

Он открывает заднюю дверь машины и ждет, пока Беня с кряхтением неуклюже вывалится из салона.

— Если за пять минут не решится вопрос, вызову тебе такси, Моцарт. Малой, ты как? — брат смотрит на пса сверху вниз. — Сам дойдешь, ветеран?

— Тогда сразу нужно было… — забываю, о чем собиралась сказать, когда до меня доходит, что мы припарковались напротив знакомого синего «БМВ», от вида которого в моих ушах начинает шуметь кровь.

Глава 12

— Влад здесь? — интересуюсь под шелест лифтовых дверей, когда мои голосовые связки отпускает спазм в горле.

Меня захватывает волнение, как обычно. Как обычно, я трепещу с головы до ног. В нетерпении хочу сорваться с места, но заставляю себя врасти в пол, пока жду ответа на свой вопрос и пока поправляю белое платье со спущенными плечами, в которое одета.

Ответ на свой вопрос я и так знаю, но все равно кошусь на Андрея, который смотрит на свои наручные часы и говорит:

— Что? А, да… должен был позже подъехать…

После холода подземной парковки на моей коже мурашки, и, глядя в свое отражение на зеркальной стене лифта, вижу, как под тонким хлопком у меня на груди напряглись соски, а в глазах светится чокнутый блеск. Все как обычно.

Выйдя из лифта, мы с Андреем ждем, пока в коридор выкатится Беня. Он без поводка, но будет послушно идти за нами и сам, поэтому позволяем ему свободно трусить следом, клацая когтями по кафельному полу.

Я была в офисе брата раз пять. Он новый, раньше помещение у них было гораздо скромнее, а сейчас здесь повсюду фирменная символика, даже на ручках на стойке ресепшен. Она прямо у лифта, и каждый раз за ней я видела новую девушку. Сегодня тоже новая. Блондинка с ногами от ушей.

— Добрый день! Уже вернулись, Андрей Альбертович? — приветствует она нас, стреляя глазами.

Мой брат рассеянно кивает, проходя мимо и погружаясь в очередной телефонный разговор, а я мечусь взглядом по залитому обеденным солнцем пространству в надежде увидеть своего высокого жилистого брюнета, от которого сегодня не собираюсь прятать глаз... больше никогда не собираюсь.

Его здесь нет, но меня все равно не отпускает.

В этом офисе почти нет стен и перегородок, только в коридоре, там, где кабинеты руководства, есть прозрачные стеклянные переборки и двери. Андрей толкает ту, что с надписью «Генеральный директор», и мотнув головой внутрь, велит:

— Подожди здесь.

Сказав это, ныряет в соседний стеклянный короб.

Беня обнюхивает пол, а я несусь к прозрачной стене кабинета и раздвигаю пальцами полоски жалюзи. Опять осматриваю офис в узкую щель, но результат тот же. Градского там нет.

Рухнув в кресло директора, растекаюсь по мягкой кожаной обивке и прикрываю глаза, пытаясь взять себя в руки. Я становлюсь похожей на долбаного сталкера.

Я хочу увидеть Влада. Сейчас и всегда. Но я не могу шнырять по офису как сторожевая собака.

Кручусь в кресле, постукивая носками кед по полу, и достаю из переброшенной через плечо сумки телефон. Чтобы заполнить минуты чем-то, решаю набрать Кристину. Она куда-то пропала, надеюсь, хотя бы найдет время появиться на моем дне рождения не к десерту, а к закускам. Закатывать большие вечеринки я не умею, у меня не так много друзей, как у брата. Да и незачем они мне, я вообще со скрипом схожусь с людьми.

Кристина не отвечает на мой длинный входящий, и я почти принимаюсь записывать для нее гневное аудиосообщение, когда слышу за дверью шаги и голоса.

— Тут тебе не Лондон, — цыкает раздраженный голос.

Это Егор.

Подняв глаза, смотрю на дверь.

— Тут, если не наебешь, не проживешь… — продолжает он грубо.

— Математические законы одинаково работают везде: и в Лондоне, и в Москве, — отвечает ему другой голос, от звуков которого мурашки бегут по моей спине. — Их не дураки придумали. Они доказаны и проверены.

Голос Градского тоже грубый. Грубый и раздраженный.

— Ты консультант? — бросает ему Рязанцев. — Вот и консультируй, а решение мы примем сами.

— Флаг в руки…

Затаившись, смотрю на дверь, которая через секунду открывается.

Они входят в кабинет друг за другом, и выражения на их лицах далеко не безмятежные. Раздраженные, как и их голоса.

Они оба в деловых костюмах, но свой пиджак Градский небрежно забросил на плечо.

Глядя на него из кресла, не двигаюсь. Те тридцать секунд, в течение которых мое присутствие остается незамеченным, не двигаюсь. До тех пор, пока Беня не издает жалобный скулеж, ковыряя лапой ковролиновую обивку на полу под столом.

— Прекрати! — шикаю на него и, отбросив со лба прядь волос, смотрю на стоящих в дверях мужчин. — Привет… — бормочу им.

— Привет, — Егор кладет руки в карманы брюк и смотрит на меня с интересом. — Рад видеть.

Теперь, когда я знаю, что у него на меня «виды», его слова звучат двусмысленно. Он всегда казался мне немного агрессивным. С учетом его габаритов это внимание ко мне задевает внутри какую-то тревожную струну, которая не дает рядом с ним расслабиться.

Перевожу глаза на Градского.

Он прищуривается, не сводя с меня пристального взгляда.

Мне хочется заявить, что я его не преследую, но при Егоре делать этого ни в коем случае не буду, поэтому прикусываю язык.

Влад даже не делает попытки со мной поздороваться, просто молча закрывает за собой дверь и засовывает руку в карман идеально сидящих серых брюк.