Измени меня (СИ) - Джордеген Настя - Страница 23

Рассказываю отцу о новых поставщиках, о проекте с Киангом и своих планах, о том что, начальник больше не устраивает меня, как работник. Мы говорили долго и достаточно сухо, как два посторонних человека, а не совсем как сын с отцом. Я понимаю, что отдаляюсь от него все сильнее, возможно это и глупо, ведь он единственный родной человек, но вспоминая его рядом с Катей я снова начинаюсь злиться.

— Когда у тебя бой? — интересуется отец, когда мы закончили обсуждать все рабочие вопросы.

— В субботу

— Может Кате стоит остаться у меня? Ей не стоит видеть тебя после боя, это не пойдет ей на пользу.

— С какой стати тебя это вообще беспокоит? — огрызаюсь на его предложение

— Потому что она только начала приходить в себя, думаешь ей пойдет на пользу увидеть тебя после боя?

— Все будет нормально, не лезь, куда тебя не просят.

Я поспешил выйти из кабинета отца, споры ни к чему не приведут, мне не хочется портить окончательно наши отношения с ним.

Остаток дня пролете быстро. А позже дорога домой в гнетущей тишине, робкие вопросы Кати об ужине. Изматывающая тренировка в спортзале. И снова напряжение между мной и девушкой с которой живу.

В этом состояние прошла вся неделя, мы почти с ней не говорила, каждый день она выглядела шикарно, меня это жутко бесило, то какие взгляды на нее бросают, то как она робко улыбается посторонним людям и самый большой раздражитель это ее теплое общение с моим отцом.

К субботе коктейль из злости и раздражения бурлил во мне мощным гейзером. Внешне я старался выглядеть спокойным, вот только это все обман. Как я уже говорил излишек эмоций в бою это плохо. Я потерял внимание. Противник как обычно меня недооценил, потому что внешне я не особо крупный. Чуть выше среднего роста, у меня не слишком мощное тело, но я хорошо натренирован и прекрасная реакция. Но когда верх берут эмоции, это не помогает. Бой был выигран, вот только я пропустил непростительно много ударов.

14 Глава

Это была ужасная неделя, ужасная именно в наших отношениях с Димой. Он был слишком молчалив со мной, раздражителен, мы почти не общались. Мне было страшно. Пугало его поведение, его отстранённость. И я скучала по нему, по его осторожным прикосновениям ко мне, скучала по нашим разговорам. Я боялась спросить, его о том, что сделала не так, боялась, услышать его ответ. Боялась его дальнейшего поведения, боялась, что он захочет, чтобы я съехала, вот чего, я боялась больше всего. В субботу он был особенно напряжен. Он не выходил из своей комнаты, когда я его звала завтракать или обедать, а потом просто ушел из дому не сказав ни единого слова.

Паника накрыла меня с головой. Я пыталась вспомнить, что сделала не правильно. Все началось с того утра, когда у нас был Данислав. Возможно я тогда позволила многое в отношении его друга? И ему это не понравилось. Мне не стоило так много уделять внимания Дане, все закончилось плохо. Еще и одеваться стала слишком вызывающе, надо было одеваться скромнее, все эти облегающие юбки и брюки, это все слишком плохо. Я ведь хожу на работу, зачем я так выставляла себя напоказ.

Мне точно, стоит съехать, ведь он даже не может пригласить свою девушку домой. Как объяснить в квартире присутствие посторонней девушки. Тем более я иногда выходила за границы приличного поведения. Позволяла лишние слова, взгляды, это все не правильно. Именно с такими мыслями я собрала свои вещи, сегодня переночую в гостинице, а завтра начну искать жилье. У меня приличная зарплата, я спокойно смогу позволить себе снимать квартиру. Правда я никогда не жила одна, но я думаю справлюсь, это ведь совсем не страшно. Всего лишь пустая квартира. Но я привыкну и справлюсь с этим, с пустой квартирой, где никто не будет ждать меня, где я не смогу ни о ком заботиться, где я буду совершенно одна.

Я хотела уйти, а ключи от квартиры отдать Диме на работе, но в последний момент передумала и решила все же его дождаться. Я убралась в квартире, приготовила ужин, постряпала лимонный торт, сделала холодный чай, но Дима так и не возвращался. Я начала беспокоиться. Хотела уже позвонить Алексею Робертовичу, правда тут же передумала, не хорошо беспокоить его, он и так в последнее время часто жаловался на сердце, а еще добавлять волнение никому не нужно, от этого не станет легче ни мне, ни ему. Да и не так они близки, чтобы Дима рассказывал отцу о том, где он проводит время. Может он у своей девушке, а я тут навожу панику.

Ближе к ночи я уже просто наворачивала круги по квартире. Я иногда выходила на балкон и слушала, что происходит на улице, а иногда подходила к входной двери и прикладывала ухо к двери, пытаясь услышать хоть малейший шорох в общем коридоре, услышать движение лифта. Но ничего. Его так и не было.

Он никогда так поздно не возвращался домой, где же он. Я вспомнила тот случай в Томске, как он лежал избитый и без сознания. Ноги перестали меня держать, я почувствовала, как кровь отхлынула от моего лица. Вдруг он нуждается сейчас во мне, а я тут сижу прохлаждаюсь. От этой мысли мне стало ещё хуже. Я подскочила с дивана и побежала в комнату, натянула на себя первые попавшие под руку джинсы и свитер, взяла ключи и наличку побежала на выход. Лифт ехал непозволительно долго, я хотела уже идти пешком, когда все двери распахнулись и я быстро заскочила внутрь. Раньше мне казалось, что этот лифт быстро ездит, но не сейчас. Сейчас я нервно постукивала ногой и смотрела как на табло уменьшаются числа. Наконец-то горит число один и двери лифта распахиваются. Я выбегаю из лифта и кого-то сталкиваю с ног. Мы опасно пошатнулись, но все-таки смогли устоять. Знакомый аромат я почувствовала сразу, поднимаю взгляд и испуганно вскрикиваю.

— Димочка, что с тобой? — мой голос наполнен паникой, но иначе и быть не могло, он снова избит и наверное даже сильнее чем в прошлый раз.

Он мягко подталкивает меня в лифт, а я не могу оторвать свои руки от него, аккуратно ощупываю каждый след удара, по моим щекам текут слезы, а я только и могу касаться его и шептать имя.

— Димочка, Боже, Димочка, я так переживала, что с тобой случилось? Где ты был?

Моя речь была сумбурна, постоянно сбивалась, он в ответ молча вытирал слезы большими пальцами и ловил глазами мой взгляд. А потом просто ласково улыбнулся.

— Ну что ты, куколка? Испугалась?

Я активно закивала головой, и не удержавшись прильнула к его телу, обняла крепко-крепко.

— Ну все-все, моя хорошая успокойся, все хорошо. Я живой и здоровый, посмотри на меня, моя хорошая.

Он осторожно поднял рукой мой подбородок заставляя посмотреть ему в глаза, и я все же набралась смелости и взглянула, и сразу пропала. В его взгляде была такая буря эмоций, что меня закружило. Я даже не поняла, как мои руки скользнули к нему на затылок, а сама потянулась к его губам. Это не был поцелуй страсти. Была только нежность и мольба. Я не знаю о чем его молила, наверное о том чтобы он убедил меня, что с ним все хорошо. Чтобы рассказал, что случилось, чтобы доверился мне, а самое главное я молила его не отстранятся. Я боялась снова столкнуться с его отчужденностью, которой он морозил меня всю неделю, которая породила во мне много не нужных страхов и мыслей.

Он ответил на поцелуй, а точнее перехватил на себя всю инициативу. В этом поцелуе было много нежности, но еще больше было желания. И я почувствовала, как закружилась голова, только я хотела утонуть в этих эмоциях, утонуть в своих чувствах, как послышался звон оповещающий, что мы приехали на этаж и двери открылись.

— Пошли, моя хорошая, пойдем домой — он вел меня в сторону квартиры обнимая меня за плечи и прижимая к себе. Я чувствовала мимолетные поцелуи на макушке. Чувствовала его дыхание. Я таяла рядом с ним, я таяла в нем.

— Куда ты собралась бежать на ночь глядя? — спросил он как только мы зашли в квартиру

— Тебя искать.

Только сейчас, когда произнесла это в слух, поняла на сколько это была глупая затея. Где бы я его искала в этой огромной Москве, что я могла бы сделать, как же я была глупа и наивна.