Мой любимый вожатый - Свон Таня - Страница 8

Я резко села на кровати. Еще несколько минут назад тело вяло от усталости, а сейчас вдруг напряглось и зазвенело от нетерпения. В голове яркой вспышкой пульсировала совершенно глупая, но слишком заманчивая идея, и выкинуть ее не получалось. Наверное, в прошлой жизни я была сиреной или русалкой. По-другому свою внезапную страсть к воде я объяснить никак не могла.

Поддавшись этому порыву, я встала с кровати и торопливо принялась стягивать с себя одежду. На пол полетели форменная футболка и шорты, пока я судорожно убеждала себя – запрет был только на купание, но гулять по пляжу и загорать мне вряд ли помешают. Так ведь?

Нервы гудели от странного волнения как электрические провода. Предвкушение отзывалось бабочками, что невесомыми крылышками щекотали легкие… Ну подумаешь, тренируются они на берегу! Один гуляющий рядом фотограф на продуктивность спортсменов никак не повлияет.

Едва эта мысль забралась в голову, я отложила поиски купальника. Села на кровать и задумалась: может, вовсе не море рождает в моей душе цунами? Я понимала, что опять, уже осознанно, собираюсь нарушить запрет, и это вызывало во мне целую бурю эмоций.

Я качнула головой, будто вытряхивая из нее дурацкие мысли. Нет, дело не в том, что мне нравится делать все наперекор. Просто море – это детская мечта, до которой я смогла дотянуться. В «Волне» я ощущала себя так, будто долгое время была замурована в бетонном ящике. Но сейчас он треснул, и сквозь разлом впервые повеяло свежим воздухом… Он пах солью и солнцем.

Так пахла мама, когда возвращалась домой после долгих рабочих поездок. Улыбка на ее загорелом лице ослепительно сияла, точно жемчужина на темном бархате. Мама привозила из экспедиций ракушки, которые пели волшебные мелодии моря, и рассказы о том, каким жарким может быть солнце. Но больше всего я любила сказки про дивный подводный мир, которые она сочиняла для меня. Про русалок, живущих в башнях из перламутра, таких высоких, что даже людям видны их крыши. Правда, те часто маскируются под блики солнца на воде. Истории про строптивый подводный народ, который любит шутки ради устраивать штормы и заманивать людей в глубины, меня пугали до дрожи, но и их я обожала.

Наверное, тогда я и полюбила море, которое никогда даже не видела. Я так сильно хотела собственными глазами увидеть то, о чем столько слышала, что заставила маму пообещать – однажды мы отправимся в путешествие вместе.

Но вот я здесь, а она… А она всегда говорила: «Живи здесь и сейчас».

Сидя в одном белье, я оглядела комнату в поисках купальника. Ни к чему тратить время на грусть. Поплачу, попсихую, когда вернусь домой, а в «Волне» нужно использовать каждую минуту на полную катушку!

Ну, так где мой купальник? Помнится, я вешала его сушиться на изножье, но черное бикини на положенном месте не обнаружилось. Может, упало под кровать? Я опустилась на колени и сразу же заметила пропажу. Потянулась за купальником, уже предвкушая, как буду лежать на пляже и купаться в золотых лучах… Как вдруг в комнату постучали.

Это было так неожиданно, что с перепуга я стукнулась головой о кровать, под которую нырнула. Зашипела от боли, но этот звук утонул в новом громе ударов в дверь.

– Твою ж! – ругнулась я.

Незваный гость каким-то чудом услышал мое недовольство и с новой силой принялся тарабанить в дверь. Я же с ужасом вспомнила, что не заперлась, и в любой момент ручка может повернуться. А если на пороге окажется Костя… Он в жизни не поверит, что мой наряд – кружевное полупрозрачное белье – предназначался не для его глаз.

– Секунду! – в отчаянии выкрикнула я и чуть ли не кувырком метнулась в сторону выпотрошенного рюкзака. Подхватила с пола чужую бойцовку, что спасала меня уже во второй раз, и быстро укуталась в нее.

Как раз в этот момент стук стих, а гость догадался подергать ручку. Та предательски поддалась, и в следующий миг дверь отворилась.

– Выйди немедленно! – в сердцах выпалила я и дрожащими руками запахнула бойцовку.

Парень на пороге спокойно окинул меня оценивающим взглядом и даже не подумал повиноваться. Денис бесцеремонно зашел в комнату и закрыл за спиной дверь.

– Сначала бойцовка, – без эмоций процедил он, вперив взгляд в свою куртку, что сейчас крайне выгодно скрывала мою наготу. Бойцовка опускалась до середины бедер, и вряд ли Денис догадался, что под ней стою в одном белье.

– Нет, – пискнула я и крепче запахнулась, чтобы случайно не сверкнуть оголенным телом. – Выйди.

Парень недоверчиво сощурил глаза. Его брови стянулись к переносице, и между ними пролегла мрачная вертикальная складка. Кажется, он чувствовал себя хищником, нагнавшим добычу, и отступать не собирался.

– Сворачивай уже свой фанатский клуб, – сказал он резко и сделал шаг мне навстречу. – Снимай и гони на родину.

– Чего?! – тут же отшатнулась от него и вспыхнула я.

После таких самоуверенных слов разом забыла, в каком положении нахожусь. Даже то, что стою почти голая перед едва знакомым парнем, отошло на второй план. Куда больше бесило раздутое самомнение наглеца!

– Я тебя второй раз в жизни вижу! – сказала, гордо вздернув подбородок. – Я не твоя фанатка!

– Ага, очень убедительно, – съехидничал мерзавец и изобразил в воздухе кавычки. – Я бы, может, и поверил. Но на тебе моя бойцовка.

Денис снова протянул руку и нетерпеливо поманил пальцем. Непроницаемая маска на его лице вдруг сменилась веселой улыбкой, а зеленые глаза хищно сверкнули.

Он прав, а я, без сомнений, со стороны выгляжу одержимой дурочкой. Не удивлюсь, если Денис уже во всех красках представил, как сплю в обнимку с его курткой, зарываюсь в нее лицом и жадно вдыхаю аромат хозяина, утопая во влажных мечтах…

Фу!

От таких фантазий передернуло, и я окончательно растерялась. Щеки горели, сердце гулко билось о ребра, отплясывая чечетку. Язык прилип к небу, а одеревеневшие пальцы отказывались ослабить хватку на ткани.

– Вот почему ты нашелся именно сейчас, в самый неподходящий момент? – Возмущение, которое больше не умещалось в душе, потекло наружу гневными словами. – Я искала тебя весь день! Таскалась с этой курткой как дура!

Парень сначала удивленно приподнял бровь, а потом расплылся в кривой усмешке:

– Ну да, конечно, – он медленно приближался, с каждым шагом сокращая дистанцию между нами.

Двигался Денис по-кошачьи осторожно и грациозно. И чем дольше я на него смотрела, тем шире становилась нахальная улыбка на его точеном и загорелом лице.

– Я ни от кого из вожатых не слышал, что ты меня искала, – протянул он, подойдя почти вплотную.

Я не позволила себе испуганно отступить. Лишь воинственно скрестила руки на груди и вскинула прожигающий взгляд. Теперь я отчетливо видела каждую мелкую черту, которую не мог запечатлеть на снимке фотоаппарат.

Яркие салатовые прожилки в темно-зеленых лучистых глазах. Крохотная родинка на скуле. И несколько проколов пирсинга – над прямыми широкими бровями, в мочке и хряще уха.

Это открытие заставило меня недоуменно нахмуриться и опустить взгляд на одежду парня. Что в прошлую нашу встречу, что сегодня он был одет в белую рубашку с длинным рукавом. Слишком деловой стиль для вожатого в детском лагере. К тому же совсем не соответствует первому впечатлению о Денисе.

Откуда у него проколы для пирсинга и почему в них сейчас нет сережек или гвоздиков, могла понять. В конце концов, Денис работает с детьми и должен выглядеть (по меркам общества) прилично. Но не до такой же степени, чтобы неизменно следовать деловому дресс-коду!

– Снимай уже бойцовку, и я пойду, – нетерпеливо выдохнул Денис, когда мое задумчивое молчание затянулось. – Не будем мешать планам друг друга. Разминемся мирно.

– Выйди в коридор, – снова попыталась настоять я, стараясь, чтобы голос звучал как можно строже. – Вынесу твою шмотку через минуту.

Денис посмотрел на меня сверху вниз непроницаемым и жестким взглядом. Его губы напряглись, кадык дрогнул.

– Скорее я тебя вынесу в окно, если прямо сейчас не вернешь то, что по праву мое, – голосом, которым можно реки морозить, припечатал парень. – Думаешь, мне нравится за тобой бегать?