Лучший режиссёр, главы 101-200 (ЛП) - E Wall - Страница 149

Её бойфренд не сердился. Он радостно дал Сьюзен фотоаппарат и попросил:

– Можете поснимать нас вместе?

Девушка продолжала воодушевлённо говорить:

– Я сейчас жду выхода твоего «Района №9», все мои друзья твои фанаты, они ждут не дождутся этого фильма! Интересно, о чём он всё-таки? А ещё «Похмелье»!

– Спасибо, – Ван Ян взял Джессику за руку и, улыбчиво глядя в объектив камеры, сказал: – Но ты сказала, что выросла на моих фильмах… Звучит так, будто я старый.

Молодая парочка тут же весело захохотала. Джессика не понимала кантонского, но, испытывая любопытство, посмеялась за компанию.

Сделав несколько снимков, Сьюзен вернула фотоаппарат парню в очках. А увидев, что совместная фотосессия закончилась, разоблачённый и вынужденный покинуть это место Ван Ян попрощался с парочкой:

– Нам пора идти, может, ещё увидимся!

Договорив, Ван Ян, Джессика и Сьюзен скорым шагом направились на стоянку. Первые двое надели солнцезащитные очки.

Немного поглядев, как две знаменитости постепенно удаляются, девушка в кепке и её бойфренд отвели взгляды, после чего радостно закричали: «Е-е» – и замахали руками.

С наступлением сумерек Ван Ян, Джессика и Сьюзен поужинали в ресторане Пик Виктории, свысока немного полюбовались ночным видом Бухты Виктория, спустились с горы и поехали обратно в отель InterContinental Hong Kong. Вскоре после возвращения в номер настало время записи нового выпуска шоу «Свидание с Луюй».

В большой гостиной на удобном тканевом диване справа сидела худощавая Чэнь Луюй в белом платье, а слева расположился Ван Ян в футболке и брюках. Впереди видеооператор, он же режиссёр, управлял камерой, также работали звукооператор и осветитель. Джессика, сидя за кадром на стуле, читала журнал и время от времени поглядывала на людей.

– Боже, я так нервничаю! – засмеялась Чэнь Луюй, прикрыв рот рукой. Вот-вот предстояла запись, ранее двое людей непринуждённо пообщались, ознакомились с манерой речи друг друга и условились, что не будут говорить на острые политические темы. А сейчас Чэнь Луюй испытывала некоторое давление. Волшебный юноша блистал юмором, мыслил быстро, разговаривал естественно, в стиле американских стендапов, поэтому ей, Чэнь Луюй, придётся приложить все усилия, чтобы не выглядеть серо на его фоне.

Ван Ян беззаботно разложил руки на диване, с улыбкой сказав:

– Расслабься! Я не буду задавать тебе личных вопросов.

Чэнь Луюй рассмеялась:

– Тогда начнём запись?

Ван Ян без какого-либо волнения кивнул. Это было его первое ток-шоу без живой аудитории. Оператор и остальные работники включили свою аппаратуру, и запись выпуска официально началась. Ван Ян, улыбнувшись, помахал в камеру:

– Эй, всем привет, это Ван Ян! Сегодня у нас в гостях Чэнь Луюй, она сидит рядом со мной.

Не ожидавшая, что он действительно так пошутит, Чэнь Луюй приняла ошеломлённый вид. Заметив, что она не подыгрывает, Ван Ян лишь пожал плечами. Чэнь Луюй наконец улыбнулась и произнесла:

– Ван Ян, знаешь, насколько ты популярен в Китае?

– Хм, удиви меня!

Чэнь Луюй хихикнула и сообщила:

– Ты кумир и образец для подражания у бесчисленной молодёжи. Все, кто смотрит кино, все школьники и студенты, даже многие маленькие дети в курсе, что есть режиссёр-китаец по имени Ван Ян.

Вспомнив, как его безумно превозносили в последние пару дней, Ван Ян невольно вздохнул:

– Угу, перед тем как приехать в Гонконг, я в самом деле не думал, что настолько популярен. Я всем благодарен за любовь ко мне!

Посмотрев в камеру, он сказал спасибо на путунхуа, кантонском и английском.

Чэнь Луюй, уловив удачный момент, произнесла:

– Ты бегло говоришь по-китайски, ещё и немного владеешь кантонским. Я знаю, что многие из тех, кто принадлежит ко второму поколению китайских эмигрантов, не умеют говорить по-китайски, а ты принадлежишь к третьему поколению, и это твое первое посещение Азии.

Она спросила:

– С этим местом у тебя связана какая-то история?

– История? Вообще-то нет, – развёл руками Ван Ян. Возможно, он просто одарён в языках?

Он рассказал:

– Знаешь, моя семья управляет рестораном, клиенты на каких только языках ни разговаривают. А ещё на меня повлияли мои дедушка с бабушкой и наставник. Я с детства занимаюсь бацзицюань, а они разговаривали на китайском и учили меня говорить на нём.

Вспоминая прошлое, он будто смотрел куда-то вдаль и с улыбкой говорил:

– Мой наставник обучил меня многим элементам китайской культуры: китайским шахматам, парным надписям… Также я умею писать иероглифы кистью, но у меня плохо получается, ха, всё-таки каллиграфией я не сильно владею.

– Ха-ха-ха, – Чэнь Луюй прикрыла рот правой рукой и нежным голосом произнесла: – Неплохо, неплохо.

Ван Ян кивнул:

– Отлично.

Чэнь Луюй вновь спросила:

– А как твоя успеваемость?

Вспомнив, что он учился в Южно-Калифорнийском университете, она добавила:

– В детстве твои родители и наставник были строги к тебе?

Успеваемость? Ван Ян со странным выражением лица заводил глазами:

– О, если ты китаец, живущий за границей, но у тебя плохая успеваемость… Господи!

Он, вздыхая, замотал головой. Чэнь Луюй собиралась спросить: «Тогда это ужасно?», как он вдруг весело щёлкнул пальцами и со смехом вымолвил:

– Поздравляю тебя! Это значит, что ты не ботаник! У тебя нет очков, нет оценки “A” по всем предметам, зато есть баскетбольный мяч и девушка.

У Чэнь Луюй от смеха задёргались плечи, она сказала:

– В таком случае к какому типу ты принадлежишь? Что у тебя есть?

Ван Ян, ухмыльнувшись, склонил голову набок, обернулся и произнёс:

– Возможно, мои слова вызовут у кого-то зависть, но из четырёх пунктов у меня нет очков. Поэтому в этом плане меня не ругали. Нет, они говорили: «Не делай никаких пакостей, а в остальном поступай так, как твоей душе угодно». Но мой наставник был ко мне очень строг. В плане кунг-фу.

Двое людей ещё некоторое время поговорили на эту тему, затем Чэнь Луюй внезапно спросила:

– Тебе нравятся китайские фильмы?

Ван Ян без колебаний ответил:

– Конечно! Я за 22 года посмотрел много китайских фильмов. Видел картины, произведённые в Гонконге, Тайване и материковом Китае, к тому же я их смотрю в оригинальной озвучке, благодаря им я и улучшил свой китайский.

– О, замечательно, – улыбнулась Чэнь Луюй и опять спросила: – Фильмы какого режиссёра тебе больше всего нравятся?

Ван Ян пожал плечами:

– Их слишком много, нельзя выделить только одного, потому что каждый режиссёр обладает своим стилем и характерными чертами, которые мне нравятся и которыми я восхищаюсь.

Вспоминая просмотренные китайские фильмы, он окинул взглядом Джессику и с улыбкой произнёс:

– Например, мне очень нравится «Чунгкингский экспресс» Вонга Карвая, там использованы необычные кадры и приёмы. Думаю… это и есть свобода мысли. А ещё там присутствуют культовые фразы: «Если законсервировать память, надеюсь, со временем такие консервы не будут изъяты. А если и надо бы указать какую-то дату, пусть это будет 10 тысяч лет».

Он тут же захохотал и, насупившись, промолвил:

– Стивен Чоу всё испортил. Ха! Классика.

Чэнь Луюй, поглаживая подбородок, произнесла:

– Ты действительно разбираешься в китайском кинематографе!

– Разумеется, с чего бы я стал врать? Мне также нравится Джон Ву, «Светлое будущее» очень крутой фильм; затем мне нравится Цуй Харк…

Когда были перечислены режиссёры, Чэнь Луюй перешла к следующей теме:

– Тогда какие актёры Гонконга, Тайваня и материкового Китая тебе нравятся?

Ван Ян слегка призадумался. Перед глазами всплыло множество лиц. Он ответил:

– На этот вопрос тоже очень много ответов. У многих ребят шикарная актёрская игра! – он посмеялся. – Не хочу никого выделять, но да ладно. Стивен Чоу, Чоу Юньфат, Тони Люн Чу Вай, Тони Люн Ка Фай…

– А ты не думал о том, чтобы снять фильм на китайском? Снимешь такое в будущем? – с надеждой посмотрела на него Чэнь Луюй, когда завершился разговор об актёрах.