Мой упрямый принц (СИ) - Силаева Ольга - Страница 42

Я подняла взгляд на её величество.

– Так жаль, правда? Если бы его высочество принц Сизмунд и принц Лерео чаще играли в снежки, возможно, никому и не пришлось бы бежать.

Глаза её величества метали молнии. Сейчас бы спрятаться за Лера или хотя бы за ближайший шкаф…

– Вы, – отчеканила королева, – беспардонная лгунья! Гарена ко мне!

Распахнулись двери. Послышались быстрые шаги, и на пороге оказался тот самый королевский ловец, которого я встретила в лесу, собирая королевскую траву для Лера. И, кстати, одетый в тот же самый замшевый наряд.

– Я смотрю, ваше платье высохло, – промолвила я. Глупо было надеяться, что он меня не узнает.

– Да и вы, княжна, – ухмыльнулся Гарен, – переоделись.

– Гарен и Фирензе встретили вас в лесу, но вы назвались помощницей лекаря! – Королева-мать наклонилась вперёд. – Как вы это объясните?

Я пожала плечами.

– Двое мужчин могли сделать с молодой аристократкой что угодно. Похитить ради хорошего выкупа, например. Помощница лекаря – куда менее лакомая цель. Я испугалась, ваше величество, и по серьёзной причине: у ваших людей весьма… разбойный вид.

Гарену, похоже, мои слова лишь польстили: он вновь ухмыльнулся. Королева-мать сделала досадливый жест:

– Вон отсюда!

Гарен, торопливо поклонившись, бросился к выходу. Я перевела дух.

Но её величество лишь начала допрос.

– Вы, – отчеканила она, – пропадали в лесу всё время, пока Лерео не поймали. Признайтесь, это вы смазали ему раны и наложили повязки!

– Я?

– Не отпирайтесь. Ваша собственная сестра выдала вас.

Я моргнула. Как Сюзи могла выдать то, о чём ничего не знала?

Королева-мать нехорошо усмехнулась, заметив момент моей растерянности.

– О да. Вы сказали сестре, что достали для Лерео кое-какие целебные травы в обмен на дорогие наряды, которые он вам прислал. Наряды, на которые, кстати, вы не имели никакого права. – Она ткнула в моё серое платье с серебристым отливом, украшенное созвездием крошечных роз. – Вы вернёте их сегодня же!

– Не стоит заходить так далеко, матушка.

От ниши в стене отделилась тёмная фигура. Принц Сизмунд всё же решил присутствовать на допросе.

– Ваше высочество. – Я холодно поклонилась. – Я запомню приём, который был оказан мне в Йевере.

– Не стоит преувеличивать. – Принц поморщился. – И уж тем более не стоит мне скрыто угрожать. Княжна, вы признаёте, что Лерео подарил вам это платье?

– Тише, сын мой, – властно произнесла королева. – Я вырву у этой строптивой девицы признание.

Теперь молнии сверкнули в глазах принца.

– Вы приказали мне – вашему королю – помолчать? – ледяным тоном поинтересовался он. – Матушка, ещё одно слово, и вы покинете двор сегодня же.

Вздох застрял у меня в горле. Ничего себе!

– Сын мой…

– Молчите, – отчеканил принц. – Я не удаляю вас с допроса; этого вам должно быть достаточно. Так что вы ответите мне, княжна?

Я стиснула зубы. Представляю, на какие ухищрения принц пошёл, чтобы разговорить Сюзи. Сестра не призналась бы даже на допросе, но не ответить на вопросы Сизмунда не смогла. Как, если она любит его всей душой? Когда она готова в любую минуту бежать к нему, едва он позовёт?

Но Сизмунд всё же настаивал и давил на сестру, я была уверена. Иначе Сюзи не была бы такой бледной и перепуганной после их разговора.

– Я не могу признать, что мужчина подарил мне, незамужней девушке, платья, – ровно сказала я. – Это вызвало бы слишком большой скандал.

Сизмунд усмехнулся.

– Понятно. Что ж, я принимаю ваш ответ. Но меня интересует куда более важная часть.

– Я к вашим услугам, ваше высочество.

– Целебные травы, которыми вы поделились с моим братом, – тон принца стал жёстче. – Как и когда это произошло?

Я медленно выдохнула. На этот вопрос мне было что ответить. Но примет ли Сизмунд этот ответ?

– Опять же я не могу сказать, ваше высочество. И сейчас у меня куда более веская причина.

– Ей стоит быть веской, иначе я очень разозлюсь, – спокойно подтвердил его высочество. – Итак?

Я развела руками, глядя прямо на королеву.

– Я целительница, ваше высочество. И дома, и здесь, в Йевере. Вам наверняка уже доложили, что я собирала травы на сегодняшней прогулке. И вы также знаете, что ни один целитель даже под угрозой тюрьмы не выдаст ни одного из тех, кто прибегал к его услугам. – Я вскинула голову. – Я не питаю тёплых чувств к принцу Лерео, но был ли он моим пациентом или нет, я не отвечу. Скажу лишь, что, встреть я принца убегающим от королевского правосудия, я выдала бы его вам, чтобы не ставить под угрозу свою жизнь и благополучие сестры.

Самое грустное, что именно так я и поступила бы, узнай я сразу, с кем имею дело. Перевязала бы Лера и вызвала стражу. Одно дело – безымянный раненый беглец, другое – внебрачный сын короля и возможный бунтовщик. С гневом королевского двора не шутят, особенно когда у тебя есть родители и младшая сестра.

– Неужели? И нам стоит вам верить?

Королева-мать выглядела так, словно готова была меня придушить.

– Иногда приходится поступаться тайной целителя, – сквозь зубы произнёс Сизмунд. – При королевском дознании, например.

– Да, ваше высочество, – наклонила голову я. – Когда есть прямые доказательства. Но вы ведь не обвиняете меня и не назначаете официального дознания. Вы лишь спрашиваете.

– У нас полно доказательств! – рявкнула королева-мать.

– Но все они косвенные, увы, – проронил принц Сизмунд. – Что ж, вот вам ещё одно косвенное доказательство: Сюзетта, ваша очаровательная сестра, просветила меня и матушку, рассказав, что у вас есть охотничья хижина посреди леса и вы ночевали там, когда пропал мой брат. Давайте поговорим об этом.

– Не о чем здесь говорить, – не выдержала королева-мать. – Нужно обыскать лес, найти эту хижину, и там будут все доказательства!

Я бросила умоляющий взгляд на Сизмунда. Я ведь отбилась от слов Гарена, выкрутилась насчёт платьев и даже привела причину, по которой я не могу рассказать о целебных травах! Сколько можно!

– Действительно, вам ведь нечего скрывать, княжна, – беспощадно припечатал Сизмунд. – Мои люди не посмеют проводить обыск в вашем доме, даже если это охотничья хижина. Но ведь вы дадите своё разрешение, не так ли?

– И только посмейте отказать, – прошипела королева-мать. – Одно это будет признанием вины!

Я пропустила её слова мимо ушей. Пристальный взгляд Сизмунда беспокоил меня куда больше любых её угроз. И в его взгляде было отнюдь не доброжелательное любопытство. Где-то там в его груди таилась затаённая ярость хищного зверя.

Сизмунд не любил, когда ему противоречили. Лер почти сбежал от него и почти обрёл свободу, и этого Сизмунд тоже не мог забыть. Сейчас я ходила по краю, по лезвию, по тонкой линии, которую мог стереть один взмах королевской руки.

Его высочество подозревал меня. Не знал, но подозревал, и с каждой минутой всё сильнее.

И мне осталось лишь одно. Воззвать к его чувствам.

– Не вы приказали убить брата, но кто-то приказал, – негромко сказала я. – Его высочество принц Лерео был ранен, и очень тяжело. Теперь это знают все при дворе: фрейлины шептались о незаживших ранах ещё до возвращения принца с целебных грязей. Ваше высочество, кто бы ни помог вашему брату, разве он не куда менее виноват перед вами, чем тот, кто повелел его убить?

– Да, мне бы тоже очень хотелось это знать, – раздался знакомый язвительный голос из-за спины.

Я стремительно обернулась.

Лер с небрежным видом снял шлем, и светлые волосы рассыпались по плечам. Лёгкий доспех стражника, признаться, шёл ему необыкновенно.

– Лерео, как ты сюда пробрался? – ледяным тоном спросил Сизмунд.

– Да устроил одному парню свидание, – отмахнулся Лер. – Знаешь, каково это, когда бравый воин на часах и крепкая прачка поглядывают друг на друга уже несколько месяцев, но ни один не знает, что чувствует другой? Ну так вот, сегодня они узнали.

Я подавила смешок, представляя эту встречу. Ох, Лер, сколько же дворцовых секретов ты хранишь!