Её семья (СИ) - Таирова Таша - Страница 7

Дамир схватил пальто и строгим голосом произнёс:

– Настя, даю тебе полчаса. Прогреваем машины, мы возвращаемся домой.

_______________________________________________________

*нанэ - бабушка.

** дыгэ - солнце.

Глава 5

Настя старалась держать лицо, но события последних суток с такой дикой скоростью меняли её жизнь, что уставший мозг не успевал переосмыслить и принять изменения. Ей удалось немного вздремнуть в машине, но этот прерывистый и неглубокий сон только доказал, что она нуждается в полноценном отдыхе, может, после этого она сможет всё понять и принять. А пока она молча стояла в большом лифте и смотрела на свою тётю, которая беспрестанно бурчала и рылась в сумке, а когда лифт мелодично звякнул, измученно пробормотала:

– Чем старше становлюсь, тем больше понимаю, почему петухи начинают свой день с крика, – после чего вышла из лифта и добавила: – Настенька, мы дома, представляешь? Сейчас в душ и спать. Что и как мы с тобой будем делать дальше, подумаем на свежую выспанную голову, а то сейчас у меня в голове кроме колоколов ничерта не слыхать. Заходи, дыгэ. И запомни, ты дома. Слышишь, дома, а не в гостях.

Она открыла дверь и чуть отошла в сторону, пропуская Настю в тепло уютной прихожей. Девушка переступила порог и огляделась. Светло, несмотря на тусклое мартовское солнце, тихо, богато и... неожиданно уютно. Маргарита со стоном сняла сапожки, плюхнулась в небольшое кресло рядом со стенным шкафом и вытянула ноги, пошевелив пальцами:

– Нет, всё-таки хорошо дома, спокойно, тепло. А мне в голову, кроме как «хочу шампанского», «мир без войны» ничего не приходит, ну и вертится слово «жопа» почему-то.

Настя улыбнулась и расстегнула пуховик. Она не могла объяснить самой себе то чувство симпатии, что возникло у неё сразу, как только она увидела эту красивую женщину. Может, потому что тётя сильно напоминала маму. Хотя, конечно, только внешне, потому что мама всегда была строга и немногословна, а тётя Маргарита, кажется, не стеснялась в выражениях никогда. И дяди только хмыкали и прятали улыбки в ответ на высказывания сестры. Тётя... дяди... Странное чувство. Необъяснимое. Вот так в неполные восемнадцать лет узнать, что на этой планете ты уже не одна, что у тебя, оказывается, есть семья. И как оказалось, дружная и добрая.

Маргарита повесила полушубок в шкаф, туда же пристроила пуховик племянницы и крепко взяла её за руку:

– Пошли. – Она быстро шла через огромную гостиную, заполненную старинной мебелью, многочисленными полками с книгами и цветами. – Значит так, это моя спальня, напротив твоя. В шкафу чистое бельё, полотенца, ванная рядом с каждой спальней. Всё сама, девочка, меня часа четыре не трогать, не будить, вопросами не донимать, при пожаре вынести первой. – Она с улыбкой посмотрела на Настю и нежно прижала к себе, поцеловав в щёку. – Отдыхай, малышка, всё потом.

Настя зашла в комнату, с застенчивой улыбкой оглядела своё новое пристанище и села на краешек кровати. Она провела рукой по покрывалу и упала на спину, разглядывая белоснежный потолок. Уже засыпая, она почувствовала лёгкое дуновение воздуха и услышала тихий вздох, как будто мама на секунду оказалась рядом...

***

Настя проснулась от смеха. Она огляделась, вспоминая всё, что случилось за прошедшие сутки, и с удовольствием потянулась. Она так устала и вымоталась, что даже не расстелила постель. Но девушка точно помнила, что провалилась в сон, как только легла на кровать, значит, тётя заходила к ней, иначе как объяснить, что она заботливо укрыта одеялом. Надо вставать, осмотреться-оглядеться и начинать новую жизнь. А для начала надо узнать о требованиях к абитуриентам вузов, потом найти работу – после девяти месяцев пахоты на ферме и в бассейне ей никакая нагрузка не страшна. И ещё надо бы выпытать, что же всё-таки произошло в банке. Да и познакомиться с членами семьи не мешало бы, а то она и имён-то толком не знает. Если, конечно, они позволят. Потому что, судя по квартире тёти, она попала в непростую семью, мало ли какие у них отношения к родственникам.

– Маринка, ты меня удивляешь! – услышала Настя весёлый голос тёти. – Мой братец нажрал себя до размеров карликового слона и стал в придачу к бездонности ещё и плохопросыпаем. Но я верю в тебя, давай буди этого монстра, иначе к нему во сне приду я, а это чревато. И пацанов не забудьте, давно я ваших хулиганов не видела. Пошла я Настю будить, а то мама с папой мне уже телефон оборвали... Что? А, конечно, нелегко. Но думаю, что многолетнее отсутствие Бэллы как-то примирило их с потерей. Но Настя так на неё похожа, что родителям придётся выдержать ещё один удар, на этот раз приятный. Она у нас редкая красавица. Вся в меня! – закончила Маргарита со смехом и попрощалась.

Настя услышала аккуратные шаги под дверью своей спальни и хрипло произнесла:

– Маргарита Башировна, я не сплю.

Дверь тут же распахнулась и перед Настей предстала её тётя в джинсах и свитере крупной вязки. Она кашлянула и поджала губы:

– Значит так. Давай договоримся, что мы с тобой живём без отчеств. Хочешь называй меня тётей, хочешь – Маргаритой. Мы с тобой родные, одной крови, а с отчеством я и на работе проживу как-нибудь. Подъём, нас бабушка с дедушкой заждались. Сегодня у них вся семья собирается, познакомимся, поговорим... ты нам о маме расскажешь. Настя, это очень важно для нас всех. А потом обговорим наши с тобой дальнейшие действия.

– Тётя, – Настя улыбнулась в ответ на удивлённо взлетевшие вверх брови Марго, – простите, а вы... кто по профессии?

– Я-то? – Марго задумалась, а потом с какой-то обидой ответила: – Вот знаешь, захотелось так это представиться, чтобы все прям рты открыли, а в голову ничего не приходит. Хотя иногда у меня в голове такие мысли появляются, что меня начинают терзать сомнения: «А моя ли это голова?» Но не сегодня, так что по-простому – хирург я, Настя. И братья мои старшие хирурги, младший у нас юрист. Папа у нас физик, а вот мама тоже врач, только педиатр. Вот такая мы смешанная солянка. Бегом в душ, одевайся и поехали, а то опять последними приедем, Адмир бурчать будет. Он хоть и самый младший, но такой правильный вырос, аж до тошноты иногда!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Всю дорогу Марго ругалась на водителей, отправляла пешеходов по таким замысловатым адресам, что Настя не выдержала и рассмеялась. Она смутилась и вдруг поймала себя на мысли, что уже несколько раз после такого неожиданного знакомства с новыми родственниками она смеялась. Причём громко и от души. Марго пробурчала что-то в ответ, смутно напоминающее «‎я злая и страшная», резко вывернула руль во двор высокого, но красивого здания и выключила мотор.

– Приехали! Выгружаемся и бегом летим, потому что свет горит во всех окнах – плохой знак!

– Почему? – испуганно прошептала Настя и замерла, будто почувствовала свою вину.

– Потому что всё сожрут, а нам фиг и ни фига не оставят. Пошли, душа моя.

Что было потом, Настя не смогла бы внятно рассказать ни в тот вечер, ни потом. Встретили её гробовым молчанием, стоящие мужчины и женщины жадно и молча осматривали её, пока Маргарита громко не заявила:

– Всё! Процесс впитывания информации на генетическом уровне можно считать законченным!

Пожилой мужчина шагнул к Насте и медленно протянул руку к её лицу, будто хотел удостовериться, что она тут и не исчезнет, рядом стоящая женщина молча прикрыла губы ладошкой, а потом тихо прошептала, обнимая её:

– Ну здравствуй, залинэ.

А после этого началось нечто! Женщины сжимали Настины плечи и гладили её по голове, плача и шмыгая носами, мужчины довольно улыбались и переглядывались, но пожилая женщина так и не отпустила её из своих объятий.

– Настя, девочка, как же ты похожа на Бэллу, такая же красавица. Ну что же мы стоим, проходи, это теперь твой дом, твоя семья. Мальчики, давайте к столу, сегодня счастливый день!