Трогать нельзя (СИ) - Фрай Ника - Страница 60

А внизу живота уже стягивается тугой узел. Я пытаюсь стонать в этом безумном поцелуе и чувствую, что задыхаюсь.

И тут Марат отпускает меня. Жадно глотаю воздух ртом.

- Малина, - хрипит Марат, покрывая мое лицо, шею поцелуями.

Чуть замедляется и я стону, хныча. Хочу ещё.

Кладу ладони ему на напряжённые ягодицы и чуть нажимаю на них.

Слышу усмешку и новый толчок. Резкий. Жёсткий. И опять на бешеной скорости Марат несёт нас на пик наслаждения.

Сама прижимаюсь к нему и вскрикиваю, прикусывая его плечо.

Толкаюсь бедрами в желании продлить ощущения.

Меня словно нет. Не существует. Я не чувствую тело. Только наслаждение.

Какое же это наслаждение!

Обмякаю в сильных руках. Прикрываю глаза и ощущаю ещё толчки. Короткие. Рваные. И слышу хриплый стон Марата.

- Дааа, - хрипит он. - Даааа...

Замирает и падает на меня.

Громко и часто дышит прямо мне в ухо.

Я улыбаюсь и провожу рукой по его голове.

И горячий поцелуй.

- Девочка моя, - шепот. - Моя Малина. Моя.

Тишина. Только частое дыхание.

Я все также лежу с закрытыми глазами, гладя тело Марата на себе. Расслабляюсь, пока опять не слышу:

- Я люблю тебя, Малина. Люблю.

Глава 83. Алина

- Чего застыла? - любимая усмешка. - Даже дышать перестала. Малина?

А я глаза открыть боюсь. Второй раз тоже послышалось?

- Малина?

Несмело приоткрываю один глаз.

- Ты в порядке? - спрашивает Марат, осматривая меня. - Не болит ничего? Может, нельзя уже? - и привстает с меня.

А я, наоборот, обнимаю его и тяну опять на себя. Не хочу отпускать.

Марат улыбается. Целует меня.

- Марат, это правда? - шепчу я, глядя ему в глаза.

- Что?

- Что ты сказал. Правда?

- А я тебе когда-нибудь врал? – спрашивает серьезно. – Не могу без тебя, Малина. Это правда. За эту неделю до конца понял это. А раз не могу, значит это любовь. Я нихера не разбираюсь в этом, Малина. Но вот здесь, - и он берет мою ладонь и прикладывает к своей груди, - вот здесь что-то такое происходит, когда ты рядом. Ты другая и все вокруг другое теперь. И знаешь, что?

- Что?

- Мне так больше нравится, - усмехается. – И трахать тебя нравится. У меня не было так раньше. Короче, хрен знает, как объяснить, Малина. Не мучай меня!

Я не могу сдержать улыбку. Эти скомканные признания, наверное, - самые искренние.

Беру его лицо в руки и смотрю.

Другой Марат. Мой Марат.

Только одно меня терзает. Не дает полностью насладиться моментом. Почему он молчит о ребенке?

Избегает?

- Так, Малина, - произносит Марат серьезно, вставая с меня. – Я бы, конечно, не слазил с тебя, и ты мне еще отработаешь прощение по полной. Но сейчас нам надо ехать.

Встает перед кроватью и потягивается, прикрыв глаза. И я, пользуясь этим, с удовольствием рассматриваю его. Но не успеваю убрать взгляд.

- Не провоцируй, - грозит мне пальцем. – Давай в душ! Там еще трахнемся и поедем.

Берет меня за щиколотку и дергает на себя. А потом закидывает на плечо и несет в ванную.

- Марат, куда мы поедем? – спрашиваю я, когда он ставит меня в душе, включает воду и сразу же целует в шею.

- В клинику, Малин. Ну, я же говорил. Давай, а то опоздаем.

- А, может, потом? – хихикаю я.

- И потом тоже, - серьезно отвечает он. – И сейчас тоже хочу.

Приподнимает меня и насаживает на себя.

Мы и правда едем в какой-то медцентр. Меня осматривают, берут анализы.

Потом мы разговариваем с врачом, и все это время Марат держит меня за руку.

- А кто там? – выслушав врача, спрашивает он. – Ну, пацан или…

- Пока рано говорить, кто у вас родится, - говорит врач. – Срок еще небольшой. Надо подождать.

Мне говорят, когда надо будет прийти в следующий раз, и мы едем обратно домой.

Меня переполняют эмоции. Наверное, это счастье?

Я смотрю на Марата и сердце выбивает бешеный ритм. Мне хочется гладить его, и я провожу рукой по его голове. Он оборачивается.

А я думаю о том, что было бы если…

- Марат, - говорю тихо, - я хочу съездить на кладбище.

Молчит. Хмурится и молчит.

- Сейчас? – спрашивает, наконец.

- Если можно.

И он быстро перестраивается и разворачивается в обратную сторону.

Я иду молча по узкой тропинке. Марат за мной. Я не была здесь со дня похорон. Не хотела. Знала, что Марат ездил. Намекал мне. Но я не хотела.

Словно боялась чего-то.

Вот и то место, где мама и Родион нашли свой покой. Все убрано. Я знаю, что это заслуга Марата.

- Мам, - говорю я, проводя рукой по фотографии, на которой моя мама. Такая молодая и красивая.

И чувствую слезу на щеке. И еще.

Зажимаю нос, чтобы не всхлипнуть.

И тут Марат обнимает меня за плечи и прижимает к себе.

- Тшшш, не надо, Алин. Мама знает, что с тобой все в порядке. Это самое главное. И она всегда с тобой. Ты же помнишь?

Киваю и всхлипываю.

- Ну, все, девочка. Все. Поехали, - он вытирает слезы с моих щек.

- Да, сейчас. Иди пока, Марат. Я догоню.

Он все понимает. Целует меня и уходит.

- Мам, прости меня, - шепчу я. – И ты, Родион, прости, - смотрю на фотографию отчима. – И… спасибо тебе…

Наклоняюсь и целую фотографии.

Дома после ужина Марат сажает меня к себе на колени и обнимает.

- Ну, что тебе подарить за новость о беременности? – носом скользит в вырез блузки.

Я смущаюсь.

- Ничего мне не надо.

- Хорошо, сам выберу, - улыбается он. – Тебе понравится. Ты поела?

Киваю.

Встает и подхватывает меня на руки.

- Ну, тогда пошли следовать рекомендациям врача, - хитро смотрит на меня.

- Каким? – не понимаю я.

Он уже заносит меня в спальню.

- Что врач сказал? – кладет меня на кровать и снимает с себя майку. – Физические нагрузки.

Кажется, я догадываюсь, о чем он.

- Умеренные физические нагрузки, - поправляю его, а сама расстегиваю джинсы и помогаю ему стянуть их с себя.

- А мы умеренно, Малина. Очень умеренно.

Ложится рядом и целует меня.

На следующее утро я просыпаюсь и не обнаруживаю Марата в кровати. Быстро одеваюсь и выхожу из комнаты. Слышу голоса. Марат и… Саша? Александр?

Спускаюсь по лестнице и до меня доносятся обрывки фраз:

- Ты прости. Ну, за тот случай. Но выбесил ты меня пиздец как!

- Да забыли, Марат. Не волнуйся. Главное, что у вас все хорошо.

- Да, все заебись.

- Такой прогресс. Я сам в восторге! И, наверное, упомяну ваш случай в докторской своей.

- Это мы типа подопытные кролики для тебя? – усмешка Марата, но добрая усмешка.

- Уникальный случай, - смеется в ответ Саша и замечает меня. – Здравствуй, Алина.

- Привет, - улыбаюсь я ему и кошусь на Марата.

Он тут же обнимает меня и целует в висок.

- Поздравляю! Марат рассказал мне, - говорит Саша. – Замечательная новость!

- Спасибо, - тянусь к нему и обнимаю.

Слышу за спиной недовольное кряхтение Марата. Оборачиваюсь – стоит нахмуренный. Быстро чмокаю его в щеку.

Саша проводит у нас почти весь день. Но я больше не обнимаю его. Да даже если бы и захотела, то Марат не дал бы. Он так и держит меня за руку.

Ночью я засыпаю в его объятиях и прижимаясь к груди. Он шепчет мне что-то приятное. И я улыбаюсь и засыпаю.

Эпилог. Марат

- Любимая королева! Я у твоих ног! – падаю на колени и склоняю голову.

- Пап! – тут же слышу звонкий голосок дочки. - Не кололева, а плинцесса! И ты - не плинц! Ты длакон! Длакон, котолый сплятал меня в башне! А я жду плинца!

- Хм, - хмурюсь. – Зачем он тебе? – спрашиваю строго.

- Плинц спасет меня и забелет с собой! - восторженный голос Маргариты звучит громко.

- Да кто ему еще отдаст такое сокровище? – хватаю ее и обнимаю. Падаю вместе с ней на пол и оказываюсь под ней. – Арррр! Я дракон, и я не отдам свою принцессу!