Под маской порока 2. Не отпускай меня (СИ) - Кириллова Наталья Юрьевна - Страница 41

— Ева, это не… — начала Вивиан робко.

— Не то, что я думаю? А ты знаешь, что именно я подумала? — я вылезла из-под одеяла, подошла к креслу и обнаружила Вэйдалла спящим.

Надеюсь, проснется он в нормальном состоянии.

И я осторожно тряхнула мужчину за плечо.

Раз. Другой.

На третий Вэйдалл вздрогнул и наконец открыл глаза, осмотрелся растерянно.

— Эсме?

Что ж, по крайней мере, не Вивиан, а имя сестры сирена еще могла как-то пережить.

— Вэйд, это я, Ева, — я склонилась к мужчине, пытаясь поймать его немного лихорадочный взгляд. — Эсме осталась в Атрии, а все, что ты видел, было обычным сном.

— Это… не совсем сон, — Вэйдалл потер лоб и виски, поморщился. — В последнее время мне все чаще снится то, что произошло со мной на самом деле. Или не со мной, но с ней… я будто вижу ее воспоминания ее же глазами. Вижу себя со стороны… Дрэйка… она с ним встречалась когда-то…

О, так вот откуда Эсмеральде столько известно о другом собрате. Хотя чему тут удивляться? Если все эти годы Эсмеральда держалась рядом, то, наоборот, было бы странно, если бы она ни разу не столкнулась с остальными членами орденами и пути-дорожки их ни разу не пересеклись. Все-таки вращаться приходилось в тех же кругах, да и это она от взора брата скрывалась, другие-то вряд ли в лицо ее знали и вообще не догадывались, кто она такая. Ну и природа суккубы свое требовала.

— Вэйд, послушай, — я опустилась на корточки возле кресла. — Я сейчас тоже видела сон-воспоминание. Наверное, скорее Эсмеральды, чем твое. И мы с ней поговорили, правда, недолго, но все лучше, чем совсем ничего.

— Ты разговаривала с Эсме? — удивился Вэйдалл. — Во сне?

— Не спрашивай, как так вышло, я и сама не понимаю. В общем, я сказала ей, где мы, и об аномалии, и чтобы они обратились к леди Идэне.

— Нас найдут? — осторожно поинтересовалась Вивиан.

— Обязательно, — заявила я убежденно. — Леди Идэна наша старшая сирена и она сумеет помочь в сложившейся ситуации. Хорошо бы, конечно, чтобы Гален и сам догадался позвать ее, но лучше напомнить на всякий случай, — я выпрямилась, оправила блузку.

А то кто Галена знает? С него станется притащить на дело стайку молодых и не особо опытных сирен и при этом пренебречь дельным советом от той, кто старше и лучше него разбирается в вопросах перемещений и поисках пропавших.

— Ну а теперь, — я скрестила руки на груди и смерила Вэйдалла строгим взглядом сверху вниз, — может, кто-нибудь мне расскажет, что произошло в Тирсе, пока я была на каникулах?

— Ничего, — ответил Вэйдалл.

— Это я уже слышала, но, прости, почему-то не верю.

— Поговорим об этом дома, хорошо? — мужчина предостерегающе посмотрел на Вивиан за моей спиной.

— Нет, сейчас, — не согласилась я.

— Ева.

— А что сразу Ева? Я не слепая и не глухая и вижу, что вы оба — и ты, и Гален, — что-то от меня скрываете. Ладно, решила я поначалу, быть может, это связано с революцией, или с вашим собратским прошлым, или еще с чем-то таким страшно секретным и для ушей вашей девушки не предназначенным. Ладно твоя сестра, в конце концов, это стало сюрпризом и для тебя, и для Галена, ладно Марк, все равно кто-то из ордена да должен был объявиться. Но кто прольет хоть немного света на постоянное присутствие рядом с тобой юной леди Дарро?

— Я не… — вновь завела Вивиан, но я, не оборачиваясь, взмахом руки перебила ее.

— Какого пса то она без конца крутится возле тебя, то ты возле нее? Почему сейчас спросонья она выдала такую замечательную фразу — «О, Вэйдалл, что такое? Опять твои сны?»

— Я не совсем так сказала, — возразила девушка упрямо.

— Что значит — «опять»? — реплику Вивиан я проигнорировала.

— Я уже говорил, мне снятся воспоминания Эсмеральды, — с раздражающим терпением повторил Вэйдалл.

— Эту часть мы уже прошли, — парировала я ядовито. — Давайте лучше сразу перейдем к неоспоримому факту, что леди Дарро в принципе откуда-то известно о твоих снах. Или ты ей нынче совсем все рассказываешь, даже то, о чем не считаешь нужным говорить мне, своей паре и девушке, к которой ты, предположительно, испытываешь не только порожденное привязкой сексуальное влечение?

Вэйдалл встал, извиняюще улыбнулся Вивиан, взял меня за руку и отвел в ванную комнату, тесное помещение с умывальником и душевой кабинкой. Явно по привычке включил воду, оставил течь несильной струей в раковину, и повернулся ко мне.

— Ева, ты прекрасно понимаешь, что между мной и Вивиан ничего нет и быть не может, равно как и между мной и любой другой девушкой, — начал он тихим, серьезным тоном. — Я отношусь к ней как к сестре…

— Что было бы весьма актуально неделю назад, когда ты полагал, будто Эсмеральда давным-давно умерла, — я тоже понизила голос. — Но, пес разорви, твоя родная сестра жива, зачем тебе заменитель?

— Да, Эсме жива, однако… она изменилась, Ева, — Вэйдалл усмехнулся невесело, с горечью сожаления. — Она больше не моя младшая сестренка, которая вечно меня дразнила и прибегала ко мне же, когда ее кто-то обижал. Она давно выросла и перестала нуждаться во мне, как было во времена нашего детства.

— Вэйд, это естественно. Как бы мы ни были привязаны к своим братьям-сестрам, даже при наличии действительно близких, доверительных отношений, рано или поздно мы разлетаемся каждый в свою сторону. Мы по-прежнему одна семья, по-прежнему любим друг друга, но у каждого своя жизнь. Она, эта жизнь, есть у тебя, и есть у Эсмеральды, тем более, такая бездна лет прошла. Ты же не мог ожидать, что сестра останется такой же, какой была когда-то?

— Не мог, — не стал спорить мужчина и отвернулся к зеркалу над раковиной. — Но часть меня надеялась найти знакомые черты. Только вот нашлись они в Вивиан, не в Эсмеральде.

Начинаю видеть некий плюс в том, что родня Галена давно умерла и шансов встретить кого-то из них нет. Еще и его родственников я бы точно не пережила.

— И… — Вэйдалл помедлил, с преувеличенным вниманием изучая водяную струю. — Помнишь, когда Вивиан отравили?

Я кивнула.

— В тот же день наемница принесла противоядие… с приветом от Лестера… но я не сразу решился дать его Вивиан.

— Во имя неба и моря, ты что, все-таки укусил ее?!

Потому что если мое полубезумное предположение верно, то… то пес знает, что там могло образоваться при укусе, тем более с учетом манеры членов ордена привязывать к себе кого ни попадя и отсутствия сколько-нибудь ясной информации о собратских привязках в принципе! А если эта странная, невесть откуда возникшая болезненная потребность Вэйдалла в обществе Вивиан потому и появилась?!

— Нет, с чего ты взяла? — Вэйдалл поднял голову, с искренним удивлением посмотрел на меня через зеркало.

— Но я видела шрамы… — растерялась я.

— Какие шрамы?

— На ее руке… возле запястья… похожие на мои… — я неловко оттянула воротник блузки, открывая основание шеи.

— Ева, не знаю, какие шрамы ты видела, но я их не оставлял. Не буду отрицать, я думал об укусе, хотя и понимал все очевидное безрассудство и бессмысленность эти затеи. Да, благодаря яду в своей крови девушка Дрэйка и Нордана выжила после серьезного ранения и люди, которых когда-то братство избирало и делало своими последователями, создавая привязку через укус, жили дольше других и ничем не болели. Но на момент принятия в орден эти люди не умирали, и в венах девушки уже был яд Нордана, когда кера ранила ее. Вивиан же была на грани. Потом наемница принесла противоядие, однако я не сразу решился дать его, понимаешь, Ева? — взгляд Вэйдалла, пристальный, слишком уж серьезный и пронизанный чувством вины, мне совсем не понравился. Мужчина включил воду посильнее, обернулся ко мне. — Я помедлил, и это стоило Вивиан жизни.

То есть она все-таки умерла?!

— Но… но… — я махнула рукой в сторону двери, напоминая, что Вивиан здесь и на ожившего мертвеца как-то не похожа.

— Наемница сказала, что у Вивиан есть еще около десяти-пятнадцати минут, однако сердце Вивиан остановилось много раньше, — продолжил Вэйдалл негромко, жестким, бескомпромиссным тоном. — Я не укусил ее и не дал противоядия… не успел, не будучи уверенным, что это не очередная ловушка. Примерно через полторы минуты сердце снова заработало как ни в чем не бывало. Вивиан очнулась, более того, все следы отравления исчезли уже к утру. Как ты сама могла убедиться перед отлетом на каникулы, Вивиан прекрасно себя чувствовала. Никто об этом не знает, даже Гален, все считают, что я или чудесным образом исцелил ее, или своевременно дал противоядие, что, в общем-то, почти одно и то же. Когда ты улетела на каникулы, я стал наблюдать за Вивиан день и ночь, не спускал глаз с нее едва ли не в прямом смысле. В один из дней она уколола палец о розовый шип…