Считайте его мертвым - Рассел Эрик Фрэнк - Страница 7

— Я буду весь на нервах.

Харпер угрюмо вышел и весь путь до дома проделал в задумчивом молчании. На протяжении семисот миль ему встретилось по крайней мере полсотни «тавдербагов», но ни в одном из них не было тех, кто походил бы на пропавшую троицу.

Глава 3

На небольшом заводике Харпера трудились шесть рабочих — близоруких, но с ловкими пальцами.

В кабинете Харпера едва хватало места для его стола и стола секретарши, одновременно выполнявшей обязанности стенографистки и телефонистки. Мойра была натри дюйма выше своего босса и примерно вдвое его тоньше. Стрела Купидона никоим образом не могла залететь в эту комнату, что Харпера вполне устраивало.

Сидя за столом, он разглядывал под мощным увеличительным стеклом набор миниатюрных стеклянных пинцетов, когда вошел Райли и в два шага оказался посреди кабинета. Облик Райли сразу выдавал в нем переодетого полицейского.

— Доброе утро, лейтенант, — приветствовал его Харпер, лишь на мгновение оторвавшись от работы.

— Доброе утро, неандерталец.

В помещении не имелось лишних стульев, не было и места для них, поэтому Райли устроился на краю стола. Наклонившись, он заглянул в увеличительное стекло.

— Удивительно, как такие большие волосатые лапы могут управляться с подобной мелочью.

— Почему бы и нет? Ты же ковыряешь в зубах, верно?

— Не будем касаться моих личных привычек. — Райли осуждающе посмотрел на Харпера, — Лучше обсудим некоторые из твоих.

Вздохнув, Харпер убрал пинцеты в выстланный бархатом футляр и спрятал футляр в ящик, после чего отложил увеличительное стекло в сторону и поднял глаза.

— Например?

— Каждый раз оказываться там, где что-то случается.

— Как будто я делаю это нарочно.

— Не знаю. Порой меня это удивляет. Слишком уж странно.

— Ближе к делу, — посоветовал Харпер.

— Нам только что позвонили. Хотят знать, на месте ли ты, а если нет, почему.

— Что ж, я на месте. Так им и скажи.

— Мне очень интересно, зачем они хотят это знать, — многозначительно заметил Райли.

— Тебе ведь сказали — в иле ничего не нашли.

— В иле? Каком иле?

— На дне пруда, — улыбнулся Харпер — И еще тебя спрашивали, нет ли у меня пистолета тридцать второго калибра.

— Ты прав. Звонил капитан Ледсом. Он сообщил мне все подробности.

— После чего вы вдвоем немедленно раскрыли дело, — предположил Харпер. — Две головы всегда лучше, чем одна.

— Дело должен раскрыть ты, — сказал Райли.

— Я? — Харпер потер щетинистый подбородок. — Мойра, вышвырни его отсюда.

— Сам выполняй свою грязную работу, — велел Райли. — Ты ведь не платишь ей еще и за обязанности вышибалы?

Он повернулся к Мойре.

— Сколько ты получаешь, красавица?

— Маловато, — хихикнула Мойра.

— Стыд и позор, — заявил Райли. — Не понимаю, почему ты торчишь у этого волосатого мастодонта.

— Ну и словечки, — заметил Харпер. — Могу поспорить, ты и читать умеешь.

— Даже не шевеля губами, — похвастался Райли. — Перейдем к делу. Твой бизнес может вылететь в трубу, пока ты будешь играть в Шерлока Холмса.

— Почему?

— Во-первых, я сказал Ледсому, что ты можешь раскрыть загадку, если тебя постоянно пинать. Поэтому он хочет, чтобы я тебя хорошенько пнул.

— А во-вторых?

— Объявлена награда за информацию, которая поможет схватить и осудить убийцу или убийц. Поскольку ничто человеческое тебе не чуждо, ты наверняка найдешь деньгам достойное применение.

— И все?

— Не совсем. Самое интересное я приберег напоследок.

Райли улыбнулся, показав большие зубы.

— Час назад Ледсому позвонил какой-то хрипатый тип и сообщил, что видел, как Элдерсон спорил с неким здоровяком, смахивавшим на тебя. Догадываешься, кем ты после этого становишься?

— Козлом отпущения, — мрачно сказал Харпер.

Райли кивнул.

— Мы бы тебя арестовали и выбили из тебя признание, если бы не два обстоятельства. Первое — мы слишком хорошо тебя знаем, чтобы поверить, будто ты мог такое совершить. Второе — у нас нет под рукой свидетеля, который мог бы тебя опознать.

— Почему?

— Высказавшись, хрипатый бросил трубку. Так что Ледсом не знает, кто звонил.

— Выглядит подозрительно.

— Некоторые терпеть не могут ввязываться в лишние неприятности, — заметил Райли. — Тем более жаль.

— Меня это не удивляет. Я сам слишком верен гражданскому долгу. И посмотри, к чему это привело.

— Сам вляпался — сам и выбирайся.

— У меня нет времени, — пожаловался Харпер.

— За решеткой оказаться тебе тоже вряд ли охота, — заметил Райли — Если Ледсом попросит нас тебя арестовать — нам придется это сделать.

— Думаешь, подобный оборот возможен?

— Кто знает. Зависит оттого, какие еще доказательства они найдут.

— Если они найдут нечто указывающее на меня — это будет чистейшим совпадением.

— Небольшое утешение, когда сидишь в ожидании суда, — заявил Райли. — Как только Ледсом сочтет, что у него достаточно доказательств, чтобы убедить присяжных, он тебя арестует. Потом может оказаться, что он ошибся, и доказательства присяжных не удовлетворят. Но даже если тебе удастся выйти сухим из воды, ты все равно попадешь под жернова и потеряешь кучу терпения, времени и денег.

— У них не больше шансов меня привлечь, чем у целлулоидного котенка, если они не найдут того хрипатого свидетеля, который меня опознает, — бесстрастно проговорил Харпер. — Но даже это не послужит доказательством. В лучшем случае это позволит предположить, что у меня имелся некий мотив для убийства. А если свидетель меня опознает, он будет лжецом, который что-то знает об убийстве и пытается отвлечь внимание следствия. Он не может объявиться, не угодив в число подозреваемых.

— Возможно. Чтобы это выяснить, нужно его разыскать и выбить из него правду.

— Полиция штата может заняться этим сама.

— Возможно, — сказал Райли. — А возможно, и нет.

— Возможно, я тоже не смогу.

— В этом я вовсе не уверен. За последние несколько лет ты успел поучаствовать кое в чем дьявольски интересном.

— Например?

— Например: убийство Грейс Услтерсон двенадцать лет оставалось нераскрытым — до тех пор, пока ты, сидя на скамейке в парке, не услышал, как пьяный бродяга бормочет о нем во сне. Ты сообщаешь об услышанном нам, мы хватаем бродягу, он во всем признается.

— Простое везение, — заявил Харпер.

— В самом деле? Дело Грейс Уолтерсон давно было забыто, к тому же случилось не в нашем округе. Нам пришлось проверять сведения по всей стране, чтобы выяснить подробности. Да, ее действительно убил тот человек. Он действительно был пьян, как ты и сказал. Лишь в одном его рассказ не сходился с твоим.

— В каком?

— Он не спал и не бормотал. Он клянется, что хоть и был подшофе, но не спал, а сидел молча, когда ты незаметно ускользнул и вернулся с патрульным полицейским.

— Он написал свое признание на бумаге, и я ее съел, — сказал Харпер. — Просто не могу удержаться, чтобы не закусить бумагой.

Он хмуро посмотрел на Райли.

— Ты несешь чушь. Этот пьяница вслух признался, какое бремя лежит на его совести, и тем самым выдал себя.

— Ладно, — Райли пристально взглянул на Харпера. — Но именно тебе надо было оказаться рядом, когда он себя выдал. Затем — дело Тони Джакомо. Тот грабит банк, убивает двоих, а ты случайно оказываешься рядом два дня спустя, когда он…

— Хватит, — устало сказал Харпер. — Мне тридцать семь лет, я пообщался с девятью людьми, которых разыскивала полиция, и ты притворяешься, что в этом есть нечто удивительное. А со сколькими ты сам посидел рядышком за полвека своей греховной жизни?

— Должен признаться, со многими. Но ни один не говорил мне, что он в розыске, и не умолял его забрать.

— Мне тоже никто такого не говорил.

— Все совершал и одну и ту же ошибку — оказывались рядом с гобой. Ты сильно увеличил нам раскрываемость, и комиссар считает тебя чуть ли не богом. Мне же ты больше напоминаешь дьявола. Несомненно, во всем этом есть нечто странное.