Магия сквозь время. Алита (СИ) - Морес Мила - Страница 5

- Алита, по той же причине. Не может твой предназначенный читать статьи со сплетнями, тем более, если он не был в нашем пабе. Зачем люди вообще читают о тех, с кем не знакомы?

- Ну, мы вроде знаменитостей после фестиваля.

Снова Калеан смотрит на нас, как на нашкодивших детей. В его присутствии я забываю, сколько мне лет, возвращаюсь в детство. Это даже приятно. Тогда я думала, что меня ждет счастливая жизнь вместе с моим предназначенным, который найдет меня чуть ли не в мои пятнадцать. Да, именно с тех пор я его жду. Уже шестьдесят лет.

Так как вопрос исчерпал себя, Элим решил вернуться к своему наболевшему.

- Калеан, на счет моей работы ты подумал?

- Да, ты можешь преподавать в академии… - Калеан говорит медленно. Уже вижу, как лицо младшего растянулось в радостной улыбке, глаза зажглись. - Сразу после того, как выдадим Алиту замуж. Ее партнер займет твое место в нашем клане, и мы продолжим работать, как раньше. Кем бы ни был ее предназначенный, думаю, магический коэффициент останется таким же, как с твоим участием.

- Калеан, - пытаюсь вразумить старшего, - ты не можешь ставить ему такое условие. Он не виноват, что я не нашла свою пару. Вдруг этого никогда не случится?

Последнее произнесла дрогнувшим голосом, но заступиться за младшего я просто обязана. Заметила, как он закрыл лицо руками, когда Калеан закончил свою речь. Вот так в один момент Элим обрадовался, а в другой испытал горькую досаду. И виной этому я, засидевшаяся в девицах сестра.

Слышала вечером, как Эни пыталась поговорить на этот счет с Калеаном, просила быть помягче, но он ее быстро оборвал, а дальше наступила безмолвная тишина.

Глава 3

В воскресенье все-таки наведалась на ферму еще раз. Как и ожидалось, посетителей там единицы. Сарик все пытается завлекать людей, но они приходят лишь по субботам, когда можно посмотреть на сражение на мечах. Зато в воскресенье здесь тихо и спокойно. В такие дни я люблю неспешно прогуливаться на лошади.

- Алита! – меня окликнул хозяин фермы Сарик. – Не ожидал тебя увидеть сегодня!

- Да я и не собиралась приходить, просто скучно стало, - тем временем поглаживаю свою лошадку. Она единственная, кто меня к себе подпустил из всей породы, поэтому я ее и купила. Чует она во мне волчьи инстинкты, но принимает.

- Тут о тебе спрашивали, как обычно, - старичок по-доброму улыбнулся, даже немного странно подмигнул.

- И кто на этот раз? – спрашиваю, но примерно догадываюсь.

- Тот самый тип, которого ты пристыдила. Расспрашивал о тебе, кто ты, откуда, где тебя найти. Подозрительным он мне показался.

Бородач, значит. Интуиция не подвела.

- А ты ему что сказал?

- Все, как ты просила. Ничего не знаю, не вижу, не слышу. На самом деле все так и есть, ты мне даже свой номер не оставила ни разу.

- Потому и не оставила, чтобы не раздавал никому.

- Да что ты, девочка! Ты мне уже как родная внучка, - его фраза улыбнула, не удивлюсь, если Сарик мой ровесник, но он-то не догадывается. – Этот тип даже денег мне предлагал, чтобы я рассказал ему о тебе, нахальный такой, все тыкал свои бумажки, до тысячи зеленых дошел.

- Щедро, - ухмыльнулась, вспомнив глаза здоровяка, когда мой меч коснулся его груди. – Значит, не в проигранных деньгах было дело.

- Видимо. Так что ему сказать, если еще придет? Я подозреваю, что придет. Уж больно активно он тобой интересовался. Если приставать будет, ты зови меня, сам с ним разберусь. Вышвырну к черту со своей фермы, - говорит грозно, а мне смешно, такой умилительный старичок.

- Скажи, что я тут буду в субботу. И, кстати, сделай афишу и на воскресенье. Вижу тут у тебя есть место под детскую площадку, - киваю на пустоту под пышными деверьями. – Привлечем еще семейных людей, тем более у тебя скоро внучка будет, а у меня племяшка.

- Ох, ты ж милая моя! Сколько в тебе добра!

Я уже в седле, направляю лошадку Йену к реке, а старичок все шлет мне в спину восхваления. Я для него словно богиня. Тешит самолюбие, не без лукавства, знаю.

Остаток дня прошел спокойно. Погуляла, воздуха свежего вдохнула, передумала все мысли, погрустила и повеселилась наедине с собой, домой вернулась поздно, и уже Элима в паб не тащила. Пусть наслаждается своими книжками. И мне свободный вечер нужен. Полежать в ванне, расслабиться, вдохнуть аромат эфирных масел. А если останутся силы, сяду рисовать. Это одно из моих любимых успокаивающих занятий. В общем, по вечерам у меня приятные женские радости.

В понедельник у нас начались рабочие будни. Калеан возглавляет восемьдесят пятый этаж в башне магии, а мы втроем выполняем роль замов. Конечно, для меня тут работы практически нет, больше развлечение в виде общения с подчиненными. Все они благоговеют передо мной, как и перед братьями. Уже половина рядовых сотрудниц этажа влюблена в Элима. Только в него, потому что Калеана все боятся, да и знают, что женатик он, с Кирамом все и так ясно. Мне же знаков внимания от мужской половины коллектива хватает, но неназойливо, с осторожностью. Понимаю, что все попросту боятся моих братьев.

Так прошла и вся неделя. Из интересных событий только знакомство с трехсотлетним старейшиной. Пытался договориться с нами о сопровождении на переговоры с темными магами, но Калеан отказал, сославшись на то, что мы занимаемся защитой тех, кому грозит опасность, а не выполняем роль охраны. Старичок, конечно, возмутился, но рычагов давления не нашел, вынужден был обратиться на другой этаж. Меня во всем этом больше повеселило то, как старейшина мило подкатывал ко мне. Пусть он и выглядит на лет пятьдесят по меркам простых людей, но для меня это все же чересчур. И на ужин звал, и на яхту, и на вечеринку в качестве его спутницы. Имел ввиду эскорт? И все это предлагал бессовестно в присутствии Калеана. Еще бы немного и получил несколько ударов в стариковский нос.

Наконец-то настала суббота. День моих развлечений. Портит настроение лишь то, что вечером в пабе придется отбиваться от журналюги, но пока что хочу насладиться боем на мечах. Это меня заряжает.

Надо же… Пришел тот самый бородач. Снова перебил ставки других желающих, чтобы сразиться со мной. Многовато деньжат потратил. Рассчитывает забрать их после поединка. Там еще и для поддержания боевого духа любители концертов набросают деньжат полную коробку. Кто победит – озолотится. Реванш, значит.

Начался бой. Снова без слов, только контакт в глаза. Да и за этими порослями на его лице не разберешь особо, о чем он думает, какие эмоции испытывает. Терпеть не могу бородатых мужчин, да еще и патлатых.

- Деньжат на парикмахера не хватило? – зачем-то я произнесла свои мысли вслух.

Вижу, что громила услышал мою реплику, но продолжает вышагивать, уверенно выставляя меч вперед. Сегодня его удары продуманы, видать, тренировался целую неделю. Никаких резких выпадов, попыток сделать необычный ход, ни одной импульсивной атаки. Вижу, что и зрителям скучновато смотреть. Мы будто играем в театре, изображая идеальный бой.

- Скучно с тобой, здоровяк, - я уже требую от него слов, но бородатый молчит, только глаз не сводит с моего лица. – Сказал бы уже что-нибудь.

Снова удар, только звон стали веселит народ.

- Алита! Врежь ему! – слышу крики из толпы, причем это был женский тонкий голосок. Фанатка, значит.

Другие голоса дают советы пожестче, не выбирая культурных слов. Там и обидные ругательства в сторону моего противника, но он, похоже, этого не слышит. Начинаю думать, что глуховат на оба уха.

Бой скучный, без эмоций, сплошная механика, все отработано до мелочей. В тридцатисекундном видении вижу, как здоровяк поворачивается лицом к солнцу. Это и будет идеальный момент для фатального удара. Жду с довольной усмешкой, когда солнечный свет его ослепит. Но следующее предугадывание меня вводит в ступор. Я вижу, как его меч касается моей груди. Хмурю брови, смахивая увиденное. В реальности нет предпосылок для этого. Через тридцать секунд понимаю, что ничего такого, как я увидела, не происходит. Снова однотипные шаги, лаконичные удары, скрежет мечей, его впившийся взгляд. Следующее видение показывает, как я падаю на ягодицы, весьма остро ощутив твердую почву под мягким местом. Меч противника завис в сантиметре от моего подбородка. Снова подходит время, когда это должно было случиться, но мы продолжаем вышагивать.