Окончательное Предложение (ЛП) - Ашер Лорен - Страница 56

— Стриминговый сервис.

— А как насчет «DreamStream»?

Я наклоняю голову.

— А что насчет него?

Он застывает на месте.

— Тебе он не нравится?

Я прикусываю губу.

— Ммм…

— Что?

— Дело не в том, что мне он не нравится, — «DreamStream» — детище компании «Кейн», поэтому я должна быть осторожна в выражении своего мнения.

— Тогда в чем?

Я обдумываю, как бы помягче выразиться, прежде чем остановиться на правде.

— Просто он не настолько хорош.

Его глаза расширяются.

— Что ты имеешь в виду?

— Поначалу он нам нравился. Ками очень нравилось иметь постоянный доступ ко всем классическим передачам и фильмам Дримленда.

— Так у вас была подписка? — он разворачивает одно из одеял. Я хватаюсь за одну из сторон и держу его, пока он привязывает конец к спинке одного из кресел.

— Да. Примерно на год или около того.

— Почему ты ее отменила?

— По нескольким причинам. Во-первых, они увеличили ежемесячную плату в два раза по сравнению с прошлым годом. Затем они ввели рекламу, которая, как я понимаю, необходима для зарабатывания денег, но ее стало слишком много. Если бы мы хотели пропустить рекламу, то это увеличило бы стоимость подписки в два раза.

— Значит, вчетверо больше первоначальной цены?

— Именно. Это просто смешно для того контента, который они предлагали. За цену подписки на «DreamStream» я могла бы заплатить за четыре других стриминговых приложений.

— Зачем им увеличивать цену в четыре раза? — спрашивает он, скорее самого себя.

— Я не уверена. Не то чтобы они выпускали много нового контента или чего-то такого, что могло бы оправдать ежемесячные расходы. Это были просто повторы всех их известных шоу и фильмов с высоким ценником, и, честно говоря, с такой зарплатой, как у меня, это того не стоило.

— Что могло бы сделать ценник оправданным?

— Я не совсем уверена. Может быть, больше новых релизов и меньше рекламы. О, и, возможно, объединение всех каналов компании «Кейн» в одном месте. Немного нелепо просить людей платить за четыре разные подписки, принадлежащие одному медиа-конгломерату.

Он потирает щетину.

— Я думаю, ты в чем-то права.

— Я? — я смеюсь. — Я ничего не знаю о таких вещах.

— Мне было интересно, почему прибыль падает по сравнению с нашими конкурентами.

Я смеюсь.

— О, я могла бы дать тебе целый список.

— Правда? — он заинтересованно наклоняет голову.

— Конечно. Такими темпами у меня, наверное, будет подписка на все доступные потоковые сервисы.

Ками выбегает из ванной с зубной пастой, размазанной по щеке, и мыльными разводами, засохшими между пальцами. Я веду ее обратно в ванную и помогаю ей, пока Кэл заканчивает с крепостью.

В ней тесновато, но каким-то образом мы втроем помещаемся под одеялом, хотя верхняя часть телевизора отрезана. Ками, кажется, не возражает, ее волнение от просмотра фильма перекрывает все неудобства.

Я ложусь рядом с Ками, которая выбирает место ближе к краю, где Мерлин спит, свернувшись в клубок. Кэл раздумывает, что делать, но потом решает сесть поперек у противоположного края крепости. Я не уверена, что он сможет увидеть телевизор со своего места, не говоря уже о том, что ему будет удобно, если он будет горбиться, чтобы пролезть под одеялом.

— Ты можешь лечь рядом с мамой, — Ками указывает на место по другую сторону от меня.

Прекрасно. Посмотрите, как маленькая мисс Ками играет в сваху, даже не подозревая об этом.

Кэл смотрит на меня в поисках одобрения, прежде чем я слегка киваю.

Ты точно пожалеешь об этом.

С легким вздохом он ложится рядом со мной. Его близость в сочетании с запахом его геля для душа и ритмом его глубокого дыхания заставляет мой мозг помутнеть, а кожу покрыться мурашками.

Ками выбирает фильм и устраивается рядом со мной. Я почти не обращаю внимания на то, что происходит на экране, мой разум слишком настроен на мужчину рядом со мной. Мое сердце бешено колотится, кровь приливает к ушам, когда я сопротивляюсь искушению повернуться и прижаться к его груди.

В какой-то момент Кэл соединяет свой мизинец с моим, связывая нас вместе до конца фильма. Связь, вспыхивающая от одного его прикосновения, заставляет мои пальцы на ногах подрагивать.

Да. Определенно нужна разрядка.

Уложив Ками спать, я закрываю дверь своей спальни, выключаю свет и беру свой вибратор из футляра на тумбочке. Я уже давно не кончала, и хотя вибратор не сравнится с реальностью, он справляется со своей задачей.

Я зажигаю свечу и включаю акустическую музыку, чтобы заглушить шум, прежде чем лечь в постель. Мои мысли блуждают по всем делам, которые мне нужно сделать, пока я не вспомнила, что хотела сделать в первую очередь.

Я стягиваю через голову рубашку для сна и сбрасываю нижнее белье, прежде чем снова лечь в постель. На этот раз мои мысли устремляются к чему-то гораздо более опасному.

К чему-то запретному по сотне разных причин.

Каллахан Кейн.

Этот человек не выходит у меня из головы с тех пор, как он вернулся в мою жизнь, втянув меня в прошлое, на которое я потратила годы, пытаясь забыть.

Можно было бы воспользоваться преимуществом его близости и использовать его в своих целях.

Я закрываю глаза и представляю, как Кэл возвышается надо мной, как его пальцы проводят по моей груди, а не мои собственные. Он не торопится заново знакомиться с моим телом. Каждый вздох, выдох и стон поощряют его, и он дразнит одну грудь, пока я не задыхаюсь и не пыхчу под ним, а затем переходит к другой.

Мой ноготь зацепился за острый пик, но я переключаюсь на образ Кэла.

Это он дразнит мое тело своими руками, пока я не начинаю умолять о разрядке.

Это он наклоняет вибратор так, чтобы стимулятор точки G попал под идеальным углом.

Это он… стучит в дверь?!

Мои глаза распахиваются. Я сажусь и задыхаюсь, когда вибрация усиливается, заставляя мои глаза закатываться.

— Лана? Ты меня слышишь? — Кэл стучит сильнее.

Я стону в подушку, вытаскивая вибратор и выключая нажатием кнопки.

— Одну минуту, — прохрипела я, мой голос получился более сиплым, чем мне бы хотелось.

Его стук прекращается.

Слава Богу.

Я соскальзываю с простыней. Мои ноги словно желе, пока я ищу свою рубашку. Быстро пробежавшись по волосам, я открываю дверь.

— Что?

Его глаза сканируют мое лицо.

— Я хотел задать тебе пару вопросов о «DreamStream».

— Сейчас? Уже девять вечера.

Он смотрит на меня как на сумасшедшую.

— И?

— Уже поздно. Спроси меня завтра, — я толкаю дверь, но он прижимает ладонь к дереву, чтобы предотвратить движение.

— Уже поздно? Подожди… — он принюхивается. — Это лаванда?

— Да. Я зажгла свечу. Ну и что?

— Ты зажгла свечу? — повторил он. — Ты никогда не зажигаешь свечи, если только… — его глаза расширились от осознания. — Конечно. Свеча. Музыка. И… — он смотрит поверх моей головы на трусики на полу. — Приятный штрих.

Мои щеки вспыхивают. Я тянусь, чтобы закрыть дверь, но благодаря его силе она не поддается.

— Как мне получить приглашение? — его глаза опускаются, жар его взгляда прожигает дорожку по моему телу. От того, как он смотрит на меня, я боюсь, что могу загореться.

Тепло в животе, которое я ощущала раньше, возвращается с новой силой.

— Никак. А теперь уходи, — я снова пытаюсь закрыть дверь, но его хватка остается прочной, не позволяя ей сдвинуться ни на сантиметр.

— Позволь мне сделать тебе приятно. Пожалуйста, — хрипит он.

Боже. Ни один мужчина не должен выглядеть или звучать так отчаянно, стремясь доставить удовольствие женщине. Это может вызвать у кого угодно комплекс, особенно в паре с Кэлом, облизывающим губы.