Не надо, папа! (СИ) - Тукана Эпсилон - Страница 183

Замки. Дались ей те замки.

— Мы не на экскурсии.

— Только не говорите, что вы опять идете на игровые автоматы, — с упреком проворчала Шизуне.

Поросенок поддержал ее возмущенным хрюком.

Цунаде многозначительно промолчала. Убить время до вечера можно было только на игровых автоматах.

— Тогда пообещайте, что только до двух часов. А потом пойдем смотреть замок.

— И не подумаю, — огрызнулась Цунаде.

— Посещение замков — бесплатное, — нудно проповедовала Шизуне. — А на автоматах вы как всегда проиграетесь. Кто-то должен стоять на страже вашего бюджета!

— Уи!

Цунаде свернула в помещение, где располагались игровые автоматы. Этот городок ей начал понемногу надоедать. Пожалуй, еще пару дней, и пора будет отправляться в путь.

Прожорливая щель автомата глотала монету за монетой. Перед глазами мелькали картинки: слизень, вишня, лягушка, семерка, лимон, слизень, лягушка…

— Семерка-семерка-семерка… — скандировала над ухом Шизуне, встряхивая в руках свинку.

Ее голос растворился в шуме автоматов.

Каждый раз, когда крутился барабан, сердце замирало в предвкушении. Еще ничего не произошло, но Цунаде уже чувствовала возбуждение, бурлящее в крови. Игры гормонов. Дофамин — вот что нагоняло на нее это сладкое чувство предвкушения чуда. Скачок эмоций от ожидания до разочарования, или, куда реже, от ожидания до восторга, хоть как-то напоминал о том, что такое чувства. Пускай выигрывала она крайне редко, но каждый раз казалось, что уж сейчас-то точно повезет. И игры гормонов продолжались.

Самым обидным было то, что Цунаде, некогда лучший в мире медик, прекрасно знала, что происходит с ее организмом. Чувствовала, как меняется пульс, как пересыхает во рту, и вспоминала поочередно, какие гормоны и нейромедиаторы в какой момент вступают в действие. Сознавала, что стала самой настоящей наркоманкой, до мельчайших деталей могла восстановить последовательность реакции организма на дозу азарта, и временами в ее душе просыпались презрение и жалость к себе. Но Цунаде с негодованием эти чувства отметала.

Вопреки всем мольбам Шизуне выпал набор из слизня, лягушки и семерки в самом конце.

«Моя Кацую. Жабы Джирайи. Семерка… Орочимару. Полная Троица Листа», — подумала Цунаде и мысленно ухмыльнулась.

Она со вздохом опустила в щель очередную монету.

«Глупо-то как. Семерка. Но в наборе картинок нет змей. Чем еще было заменить…»

Глава 72. Семерка

72

Шизуне все-таки добилась своего. Во второй половине дня они отправились смотреть замки. Цунаде со скучающим видом брела за компаньонкой, изображая полнейшее пренебрежение к архитектуре, но в душе была рада, что ее ученица в кои-то веки довольна. Время от времени приходилось идти на уступки и чем-то радовать Шизуне, иначе она становилась совершенно невыносимой.

День выдался жаркий. После нескольких недель холодов будто бы снова вернулось лето. Голова наконец прошла, но пышная грудь от жары неприятно потела, а в конце прогулки от тяжести бюста разболелась спина.

Однако чем ближе был вечер, тем больше оживала Цунаде. Ее пальцы уже чувствовали гладкую поверхность игральных карт, а перед глазами плясали червы, пики, трефы…

Скорей бы уже.

Грунтовая дорога, огражденная по обе стороны невысокими стенами, лабиринтом извивалась вокруг замка, и если в начале пути Цунаде не обратила на это внимания, то сейчас, подстегиваемая предвкушением грядущей игры, понемногу начинала злиться. Поворот. Еще один поворот. Однообразные каменные стены. Шизуне словно намеренно завела ее в это место, из которого никак не выбраться на свободу.

Цунаде шла неторопливым широким шагом. Не хотела выдать своего нетерпения, чтобы лишний раз не давать повода Шизуне поворчать. Да и не к лицу это, не по статусу сломя голову нестись к компании картежников в дешевом притоне. Она зайдет туда вальяжно и нарочито медленно, какое бы желание дозы азарта ни сжигало ее изнутри.

Свернув за очередной поворот, она вдруг заметила, что навстречу движется знакомая фигура. Цунаде застыла на месте, затаив дыхание.

Красный жилет. Взъерошенные белые волосы. Дикобраз-альбинос.

Джирайя. Старый извращенец, чтоб его.

Пульс резко подскочил. Сердце билось настолько ощутимо и с таким явным усилием, что Цунаде забеспокоилась, не сильно ли это отражается на ее внешней невозмутимости. Язык прилип к сухому небу. Чертов выброс адреналина. Почему знание механизмов работы организма не дает над ним власть? Почему тело само решает, что ему делать?

Цунаде почудилось, что она сходит с ума. Какова вероятность встретить Джирайю в этом мелком городке? Да еще и с…

Она моргнула, пытаясь прогнать наваждение.

Минато.

Этого не могло быть. Удивительно, в первый миг увидеть Джирайю с юным учеником показалось настолько естественным, что она как-то не сразу вспомнила: уже минуло более двадцати лет с тех пор, как Минато генином обучался у Джирайи.

Его давно нет в живых. Это не Минато. И наверняка не Джирайя. Галлюцинации. Надо меньше пить.

Лже-Минато шагал за своим наставником и сосредоточенно гипнотизировал фиолетовый воздушный шарик, который сжимал в руках. Джирайя неожиданно остановился. Застыл посреди дороги, присмотрелся и вдруг заорал, как ненормальный, указывая пальцем прямо на нее:

— Цунаде!

Она вздрогнула.

Или галлюцинации не только зрительные, но и слуховые, или это и правда Джирайя. Не знаю, что хуже.

Минато тоже дернулся, отвлекся от шарика. Тот пошел буграми и вдруг оглушительно лопнул. Мальчишка вскрикнул и едва не потерял равновесие, а из шара вырвались голубые потоки чакры и рассеялись в воздухе.

— Опять не вышло, даттэбайо! — простонал тоненький голосок.

Цунаде еще раз моргнула.

Это не Минато. Не его голос. И…

— Джирайя-сама?! — воскликнула Шизуне.

— Уи! Уи! — подал голос поросенок.

Они с Тонтон тоже их видят, не только я. Все-таки не галлюцинации. Славно.

— Цунаде! — продолжал вопить Джирайя.

— Джирайя?

Она подошла ближе. Кинула короткий любопытный взгляд на мальчишку, которого приняла за Минато.

Завел очередного ученика? Что-то они у него все похожи друг на друга. Специально выбирает?

Щеки мальчишки были в легких ожогах от чакры. Он изучал ее в ответ с не меньшим интересом, так пытливо, что Цунаде даже ощутила неловкость, особенно когда взгляд последователя Минато задержался на ее пышном бюсте и не менял фокуса неприлично долго.

— Ты чего здесь забыл? — ворчливо осведомилась Цунаде.

Она до последнего надеялась, что Джирайя с учеником просто проходили мимо.

Джирайя осклабился:

— Нашел наконец-то…

Ч-черт.

Эти двое здесь не случайно. Искали ее.

— Пообедаем?

Джирайя был как-то подозрительно воодушевлен, и Цунаде поняла, что все ее планы отыграться этим вечером летят к чертям. Лабиринт вокруг замка породил для нее новое препятствие.

****

Цунаде оказалась совсем не такой, какой представлял себе Наруто. Да он никак ее и не представлял. Намеки Джирайи, что легендарная неудачница весьма привлекательная особа, и с другой стороны ее немалый возраст в воображении Наруто были понятиями несовместимыми, а потому фантазия, жонглируя картинками симпатичных тетенек с обложек журналов, раз за разом давала сбой в попытке нарисовать гипотетический образ Цунаде.

Настоящая же Цунаде превзошла все ожидания. С виду — пышногрудая молодая сестренка, никак не дашь ей полтинник.

«Обманщица», — сердито думал Наруто.

Он жевал соленую рыбешку, хрустел тонкими косточками и наблюдал, как Цунаде тасует карты наметанными движениями профессионального игрока.

Эта тетенька была особенной. Таких больше не было, он точно знал. Сразу почувствовал, как только увидел. Цунаде была уверена в себе, и Наруто чувствовал, что уверенность эта небезосновательна.