Не надо, папа! (СИ) - Тукана Эпсилон - Страница 315

Орочимару послал Кабуто за Саске-куном. Предварительно попросил ненадолго занять чем-нибудь Сараду.

«Мы же не хотим, чтобы нас отвлекали?» — сказал он верному помощнику.

Кабуто только ушел. До прихода Саске было еще минут десять, а то и двадцать. Может, несколько часов. Или полдня. Убежище большое. Пока Кабуто найдет, чем занять Сараду, пока отыщет Саске-куна, пока Саске-кун соизволит к нему заглянуть. Редко когда щенок Учиха отвлекался от тренировки или медитации ради его, Орочимару, прихотей. Саске оповестят, а придет он тогда, когда захочет.

Чуткое ухо уловило негромкий треск.

Эта природа чакры…

Орочимару дернулся и увидел надвигающееся на него острие ослепительного лезвия, пробившееся сквозь дверь.

Саске действительно приходил, когда ему вздумается. Но чтобы он соизволил посетить его раньше, чем ожидалось? Такое было впервые.

****

Сарада тихонько кралась по каменному коридору, интуитивно выбирая направление.

Папа, что ты задумал?

Сознание заполонили воспоминания, будто нечаянно оживший сон, о котором она запамятовала.

…деревянные стены. Свет свечей, запах формалина. Повсюду запаянные колбы с образцами. Неприятный хруст пестика в фарфоровой ступке. Голос Кабуто…

Кабуто этим утром неожиданно заявился к ней с просьбой помочь выделять образцы. У Сарады были другие планы: она думала практиковать «хаос» на подопытных. К Кабуто отправился теневой клон, тогда как она сама тихонько улизнула в операционную. Потому и вздрогнула, когда Саске вломился к ней без стука. Не хотелось навлекать на себя лишние подозрения, а если бы Кабуто застукал ее за экспериментами в операционной, могли возникнуть ненужные вопросы.

Если клон рассеялся, значит, ему кто-то помог. Нырнув в чужие воспоминания, отныне принадлежавшие ей, Сарада откопала ощущение удара в шею.

Кабуто был профессионалом. Знал точки, куда можно ударить, чтобы лишить человека сознания. Напал сзади молниеносно и бесшумно в тот момент, когда она ничего не подозревала и растирала в ступке сердце новорожденного крысенка.

«Хорошо, что я отправила к тебе клона», — сердито подумала Сарада.

В душе закипала обида на Кабуто. Он никогда ей не нравился, но все эти годы они сосуществовали в состоянии мягкой исключительно вежливой вражды, которая почти никак себя не проявляла внешне.

Удар в спину Сарада простить не могла. Что же это он идиоткой круглой ее считает?

Обидней всего было то, что она оказалась не готова к такому удару. Будь на месте клона оригинал, Кабуто бы и вправду вывел ее из строя и надолго. В первую очередь Сарада злилась на себя, но мстить себе было глупо, а отыграться на Кабуто доставило бы ей немалое удовольствие.

И зачем тебе понадобилось вывести меня из игры?

Спереди по коридору послышался грохот и треск электричества. Сарада отбросила мысли о мести подлому медику и кинулась туда.

Все-таки верно иду.

Она вылетела из-за поворота и резко затормозила. Посреди коридора, напротив выбитой двери, стоял Саске. В одной руке он держал меч, а из ладони другой, искрясь у основания, протянулся ослепительный прямой луч.

Папа?!

— Орочимару... есть разговор.

— Не ждал тебя так рано, Саске-кун, — донесся сладкий голос Орочимару. — Ты сегодня не в настроении. Плохо спал?

— Тебе больше нечему меня учить.

Сарада припала спиной к холодной стене с узорами и на всякий случай попыталась скрыть чакру. Сердце так громко колотилось в груди, что по всей стене от него, казалось, расходилась вибрация.

Что происходило в комнате, видно не было. Куда упирался луч, исходящий из ладони отца?

Папа, что ты делаешь?

— И что теперь?

— Теперь я убью тебя.

— А как же уговор?

Тон саннина был насквозь пропитан ехидством. То ли угрозы Саске не особо его пугали, то ли он умело притворялся.

— Орочимару, ты слабее меня, — вальяжно объяснил Саске. — Я не вижу смысла отдавать тебе свое тело.

— Громкие слова для недоноска Учиха.

Саске все еще стоял в нескольких шагах от двери, и Сарада заметила, как он ухмыльнулся.

— Не был бы я недоноском, ты бы на меня и не посмотрел даже. Ты мечтал о шарингане, но Итачи и Шисуи были слишком сильны для тебя. Потому ты и нацелился на меня, не так ли?

— Сумеешь убить меня? — с насмешкой сказал Орочимару. — Не верю. Ты так и не научился хладнокровно убивать.

— Не волнуйся. Перед тобой я могу стать бессердечным.

— Ты же собирался стать бессердечным перед другим человеком?

— Мне не нравятся твои методы. Какова твоя цель? Все это время ты играл жизнями людей. Ради своих жалких причин видел в них лишь игрушки, да еще и привлекал к своим мерзким занятиям Сараду. Ты разочаровал меня.

Саске сделал несколько шагов и исчез из поля зрения.

Сарада, затаив дыхание, осознавала его слова.

Папа…

****

Саске продавил луч Чидори глубже сквозь скрещенные руки Орочимару, но учитель, хищно осклабившись, отвел руки в сторону, и удлинившийся луч, вместо того, чтобы поразить его сердце, лишь царапнул плечо. По рукавам растекалась кровь. На белом лице Орочимару выступил пот, но в золотых глазах сверкали ненасытность и азарт.

Саске одним мгновенным прыжком очутился рядом и отсек ему голову. Голова слетела с плеч и гулко бухнулась на деревянный пол, а обезглавленное тело несколько секунд продолжало стоять и в конце концов тоже повалилось вниз. Луч Чидори погас.

Освещенный теплым светом свечей деревянный кабинет с книжными полками, уютным креслицем в углу и письменным столом, заваленным свитками и бумагами, прежде казался уютным, но труп, голова, лежащая отдельно от тела, и растекающаяся по полу лужа крови, придали ему зловещего вида.

Отрубленная голова вдруг обернулась клубком змей. Тело тоже.

Саске отступил.

Змеиный клон.

Он огляделся. Где же Орочимару?

Глянул налево. Направо. Обернулся назад на разрубленную дверь.

Никого.

Саске запрокинул голову и вздрогнул от неожиданности. Орочимару прилип всем телом к потолку в позе какой-то гигантской ящерицы, вроде варана или аллигатора. Высунул длинный язык и плотоядно облизнулся.

Когда успел? Еще до того, как я разрубил дверь? Иначе шаринган бы засек…

Саске попробовал поймать змея в гендзюцу, однако саннин как-то удивительно ловко глядел вроде как на него, но в то же время куда-то мимо, избегая линии взгляда.

Опытный гад.

Саске одной рукой швырнул в него наэлектризованные сюрикены — любимый трюк Сарады, незамысловатый и в то же время действенный. Орочимару улизнул в бок, и из-под его одежды выползли толстые питоны. Саске шагнул назад, но вдруг почувствовал, как ноги оплетают белые змейки — те, которые выползли из рассыпавшегося змеиного клона. Саске тряхнул ногами, пытаясь освободиться от них, разрубил мечом устремившегося к нему с потолка питона, но мелкие змейки оказались очень уж настырны. Они слипались в тело одной змеи, более крупной, еще толще питона, и покрывали его тело. За какие-то секунды Саске оказался в коконе холодных тугих тел. Ни одной рукой двинуть, ни другой.

Ну уж не дождешься.

Он выпустил Чидори всем телом. Рассеченные электричеством тела змеек испачкали кровью белую рубашку и осыпались на пол. Саске вновь выпустил ладонью луч Чидори, метя прямо в Орочимару. Движение было молниеносным, саннин на потолке не успел увернуться. Он выпучил глаза. Белки глаз вокруг золотой радужки покрылись красной сетью лопнувших сосудов. Изо рта вырвалась струйка крови и капнула на щеку Саске, потекла ниже, соскользнула слезой с подбородка и растеклась пятнышком по рубашке, неподалеку от косых пятен змеиной крови.

Саске ухмыльнулся.

Теперь бы ты не успел заменить себя клоном.