Не надо, папа! (СИ) - Тукана Эпсилон - Страница 72

Шисуи вышел из резиденции Хокаге и бесцельно блуждал по улицам. Прохожие все также пялились на него, и теперь стало понятно почему. Вся Коноха знала о том, что клана Учиха больше нет, и вдруг на улице появляется черноволосый парень с гербом Учиха на рукаве. Только Хокаге и некоторые шиноби были в курсе, что Шисуи на миссии, и ожидали его возвращения. Но откуда было знать гражданским? Естественно, они удивились.

Чувствовать на себе любопытные взгляды было слишком неприятно, и Шисуи поспешил убраться с людных улиц в заросли деревьев. Он все еще пребывал в глубоком шоке.

«Учиха Итачи уничтожил клан, — вспомнил он слова Хирузена. — Может, ты и не соврал, но Итачи… Что вы с ним сделали, если он пошел на такое?»

Ситуация прояснилась, но не до конца. Шисуи знал Итачи лучше, чем кто бы то ни было. Они понимали друг друга с полуслова, буквально читали мысли друг друга. Этот упорный мальчишка всегда мечтал о мире. Как человек, подобный ему, мог сотворить такое с собственным кланом? Что-то было нечисто во всей этой истории. Или Хокаге что-то скрыл, или изменился сам Итачи.

Ноги несли Шисуи к привычному обрыву.

Занесен в Книгу Бинго как ниндзя-отступник S-ранга. У него бесподобный потенциал, но… он бы не справился с целым кланом в одиночку. Его бы остановили. Неужели в такой короткий срок он стал настолько силен?

Он вышел из зарослей и застыл. На камне сидела фигура в черном плаще с красными облаками. Никто не знал об этом месте, кроме него и Итачи, и Шисуи сразу понял, кто поджидает его у обрыва. Он медленно приблизился к камню, будто боялся, что Итачи, заслышав шаги, испарится.

Тощий черный хвост, спадающие на щеки пряди волос. Погасший взгляд, усталое лицо с тенями под глазами, и неизменные линии, рассекающие щеки от переносицы — они стали еще больше.

— Ты правда сделал это?

Скажи, что нет. Скажи, тебя заставили, угрожали Саске, пытали. Скажи, пожалуйста.

— Да.

Продолжения не последовало. Шисуи задохнулся.

— Кто надоумил тебя? — спросил он жестко.

— Никто.

— Как ты пришел к этому?

— Ты много пропустил, Шисуи.

Спокойный холодный голос, низкий, взрослый.

— Как только ты ушел на миссию — они сместили отца. Главой избрали Яширо.

Шисуи покачал головой. К горлу подступал ком.

«Лучший» из вариантов. То, чего я так боялся.

— Учиха совсем обезумели. Они угрожали Саске и Сараде, напали прямо на улице в шаге от дома. Я долго думал, отговаривал их. Посылал к тебе ворона, еще тогда, но ты не вернулся.

Горло стиснуло спазмом.

— Я не получал ворона, — с трудом выдавил Шисуи.

Итачи помолчал и продолжил:

— В один прекрасный день я просто задался вопросом: ради чего я стараюсь? Они были отвратительны и… ничтожны.

— Итачи, — тон Шисуи не предвещал ничего хорошего. — Ты понимаешь, что ты говоришь? Яширо, Инаби, Текка, другие… Я еще могу понять, но ты убил всех! Своих родителей, мою мать. Эту девочку, Изуми… Идиот, она ведь любила тебя! Ты был настолько слеп, что даже не замечал этого.

— Замолчи, — процедил Итачи.

Он прикрыл глаза, и в свете заходящего солнца на его щеки легли длинные тени от густых ресниц.

Ему все-таки больно.

— Все считают, что я сошел с ума. Только в эту легенду могла поверить Коноха. Если бы выжили другие Учиха, мои родители, твоя… твоя мать…

Лицо Шисуи исказила гримаса боли.

— …стало бы сразу понятно, что это дело рук правительства. А сейчас в Лист пришел покой.

— «Все считают…» Итачи, ты правда полагаешь, что заставил глупых жителей поверить в легенду? Тебе не приходила в голову мысль, что это уже не легенда, а истина? Ты не думал, что ты действительно чудовище?

Итачи резко взглянул на него.

— Если бы я не сделал этого, жертв было бы гораздо больше. Ты всегда был слишком добр… Шисуи. Но других вариантов не было. Прости, я не смог защитить и Учиха, и Лист. Мне пришлось выбирать.

— Так не бывает, Итачи. Всегда есть выбор! Я думал, тебе приказали. Думал, тебя шантажировали. Угрожали Саске. Разве нет?

Итачи молчал, глядя в землю.

— Это был мой выбор, — ответил он, немного погодя.

— Потому что ты считал мужчин нашего клана ничтожными и отвратительными?

— Да.

Шисуи стиснул кулаки. Этот мальчишка выводил его из себя.

— Таким людям нельзя было доверить будущее, — добавил Итачи.

— Дьявол… Итачи! Да, эти идиоты всегда были слабы и самоуверенны. Но ты-то. Ты мог не уважать, презирать их, ты всегда был умнее, дальновиднее и имел на это полное право. Я уже говорил Хокаге, а теперь говорю тебе: ты был в ответе за наш клан и обязан был защитить их. Глупых, напыщенных. Каких угодно! Просто потому, что к ним нельзя было испытывать ничего кроме жалости, а ты позволил себе возненавидеть тех, кто ниже тебя. Ты сказал: «Ради чего?» Да пусть не ради них же самих, но ради своих близких. Ведь были в клане хорошие люди, которые желали мира и никому не хотели зла. Были дети. Ради каждого такого человека стоило бороться и искать альтернативу. А ты просто списал их.

Итачи ничего не ответил на его речь.

— А Сарада… Твоя племянница, которую ты так защищал от меня. Ее ты тоже убил?

Учиха Итачи зажмурился, выдохнул и снова открыл глаза.

— Нет. Ее убил не я.

Шисуи истерически хохотнул.

— Это что-то новое. Значит, был кто-то еще?

— Да.

Над обрывом повисла тишина. Дело принимало неожиданный оборот.

— Кто? Ты ведь сказал, что это не был приказ. Значит, тебе все-таки помогали? Корень?

— Нет. Это был Учиха Мадара. Он помог мне вырезать клан.

— Что за бред? Мадара умер с век назад в битве с…

— Не знаю, как он выжил, но я говорю правду. Ты кричал мне про варианты и альтернативы, — безжизненным голосом продолжал Итачи. — Так вот, их не было. Твое Котоамацуками помогло бы, и все было бы нормально, если бы не Мадара. Он агитировал Яширо, хотел уничтожить и Учиха, и Лист. Мне удалось спасти Коноху в обмен на жизни Учиха. Хотя бы что-то…

— Вот оно что, — пробормотал Шисуи и, помолчав, добавил: — Но даже так. Это ничуть тебя не оправдывает.

— Я и не пытаюсь оправдаться.

— Именно это ты и пытаешься сделать, Итачи. Я никогда не хотел вот этого. Ты чувствуешь вину, потому что я все доверил тебе, а ты меня предал. Какими бы логичными ни были твои доводы, я никогда не прощу тебя и не приму никаких оправданий. Что бы ты ни говорил, мы больше не друзья. Надеюсь, ты понимаешь.

— Да.

Шисуи, тяжело дыша от негодования, опустился в траву.

— Почему не убьешь меня? — спокойно спросил Итачи.

— Это же все равно клон.

— Так ты понял? Ладно. Отправишься искать оригинал?

— Нет. Оставлю эту честь Саске.

— Спасибо.

Шисуи раскачивался, обняв колени.

— Господи… Господи… Неужели это происходит на самом деле?

— Я уже полторы недели задаю себе этот вопрос.

Шисуи взглянул на него с сомнением. Черный плащ с красными облаками, темные ногти, кольцо на безымянном пальце…

— Что с твоими руками?

— Правило организации, в которую я вступил.

— Что за организация? — серьезно спросил Шисуи и весь обратился в слух.

— «Акацуки». Они набирают ниндзя отступников S-ранга. Среди них есть и Орочимару.

— Точно. Ты же теперь S-ранг. Не поделишься, когда ты успел из чунина превратиться в преступника такого высокого класса?

— За то время, пока тебя не было, — ответил Итачи немного едко, ядом на яд. — Меня повысили до капитана Анбу. Так что я был не просто чунином.

Шисуи нахмурился.

— Они не могли. Тебе всего двенадцать.

Итачи лишь пожал плечами.

— За один год повзрослел на два. Такое случается иногда.

За те месяцы, что меня не было, ты, кажется, повзрослел на целую жизнь.

— Шисуи. Я пробудил Мангеке.

— Вот оно что. Неудивительно. Это после убийства родителей?

— Нет, до.

Шисуи с подозрением взглянул на него.

— Но тогда чья смерть пробудила твой Мангеке?