Любовник под прицелом (СИ) - Трапная Марта - Страница 74

Журналист покачал головой.

– Вы любите громкие слова!

– Я люблю честные слова, – ответил Карл и снова вернулся к тем словам, которые говорил всего три назад в мегафон, глядя как красные точки лазерных прицелов мечутся в темноте.

Когда он закончил, чья-то неизвестная рука поставила на край стола стакан воды и Карл с благодарностью его принял. В горле пересохло, а в голове немножко шумело, как после шампанского. Он нашел глазами Эльзу и Джея. Джей улыбнулся. Эльза повторила его улыбку. Странно, до чего они были похожи – не внешне, а мимикой, скупостью жестов, отточенностью движений, реакцией. Наверное, так и должно быть. Эльза работала с Джеем много лет. Он был ей не кем-то вроде отца или старшего брата. Он был для нее главным. Вожаком стаи. Вот почему она так тяжело пережила провал операции. Не провал сам по себе. А что Джей допустил ошибку. И сознательно допустил возможность жертв. И в этот самый неподходящий момент Карл снова понял, как он соскучился по ней. Как их вымотала эта операция, и подготовка к ней, и миллион важных решений, которые надо было принимать за короткое время. Это как вручную менять наклон земной оси. Но они справились.

– И последний вопрос. Чем вы занимаетесь сейчас?

Карл позволил себе улыбку.

– Я юрист. Закончил Международную академию права и несколько лет работаю независимым медицинским юристом.

– Медицинским? Какая странная специализация!

Карл пожал плечами и сделал выразительную паузу.

– Наверное, для красивой истории было бы лучше, если бы я стал социальным адвокатом, или помогал бороться с перегибами со стороны государства, защищал тех, кто не может защитить себя сам, или возглавил какое-нибудь политическое движение, в конце концов. Но я выбрал то, что выбрал. У меня нет желания вершить судьбы мира или страны. Я буду рад, если мои знания помогут кому-то получить медицинскую помощь, защитят талантливого врача от необоснованных обвинений в том, что его таланта не хватило, чтобы справиться с неизлечимой болезнью, или позволят страховой компании не оплачивать экспериментальное лечение облысения, а использовать эти средства для оплаты замены сустава. Каждому из нас приходится сталкиваться с множеством проблем. Я хочу помогать решать конкретные проблемы конкретным людям. Я не перестану от этого быть сыном военного преступника. Но я думаю, что главное во мне все же не моя фамилия, а моя душа, мое сердце и мое желание жить честно и в согласии с законом.

Журналист отвел взгляд и Карл увидел, как странно блеснули уголки его глаз. Что ж, значит его слова достигли цели. По крайней мере, он заявил о себе, о том, кто он такой и что он готов смело смотреть в свое будущее. Осталось для себя решить последний большой вопрос. Как ни откладывай, а придется.

После интервью они снова ужинали втроем – Карл, Эльза и Джей. На этот раз в ресторане, и Джей внезапно заказал бутылку вина. Даже Эльза посмотрела на него с удивлением, не говоря уже о Карле.

– Я не большой знаток вина, – сказал Джей официанту, – но нам нужно что-то такое, с торжественным вкусом. Чтобы отпраздновать важное событие, а не напиться.

– И что же мы празднуем? – спросила Эльза, когда официант разлил по бокалам красное вино с легким коричневатым отливом, и ушел.

– Конец операции, – серьезно ответил Джей. – Хотя нет. Операция еще продолжается, мы должны проследить за реакцией Илирии. Но вендетта действительно закончилась. Все точки расставлены, все вопросы закрыты. Хотя имена не названы, кому надо – тот поймет. В охоте больше нет смысла, как и в усиленной охране. Вы свободны как птицы. А тебе, – он посмотрел на Эльзу, – положен двухнедельный отпуск. И я бы отправил тебя в отпуск прямо сейчас. Ты плохо выглядишь.

– А потом? – тихо спросила Эльза.

– Это мы будем обсуждать в моем кабинете, а не в этом ресторане.

А для начала, без тебя, Джей, и в нашем доме, – добавил про себя Карл.

Хотя их разговор с Эльзой начался раньше, чем они добрались до дома. На ночном рейсе, которым они возвращались домой, почти не было пассажиров. Эльза подняла подлокотник, разделявший их кресла, и положила голову Карлу на плечу. Она была мягкой и расслабленной, как будто они уже лежали в постели.

– Устала? – Спросил Карл.

– Ужасно, – вздохнула Эльза. – Отпуск будет очень кстати.

– Чем планируешь заняться?

– Доставать тебя, – подавила зевок Эльза. – Так привыкла за последние недели, что мне даже понравилось.

– Можем съездить к океану, снять где-нибудь домик.

– Лучше будем ездить каждый день на тот белый пляж, – мечтательно сказала Эльза. – Умеешь ты находить красивые места... Фил... Ян... Как мне называть тебя?

– А как бы ты хотела?

– Карл, – вздохнула Эльза. – Но только если тебя это не обидит.

– Я согласен. Насчет имени, не насчет белого пляжа. Там уже нельзя будет купаться, если только лежать на песке и смотреть на волны. На очень большие волны.

– Я согласна. Лежать и смотреть на волны. И на тебя. – Эльза вздохнула. – Если я скажу, что могу уехать на время из-за работы, ты... обидишься?

– Если скажешь, не обижусь. Обижусь, если не скажешь, – признался Карл. – Почему ты думаешь, что я не хочу, чтобы ты делала то, что тебе нравится?

– Может быть, потому что я боюсь осуждения? – тихо спросила Эльза.

– Мы же говорили об этом совсем недавно.

– Это был ужин с Джеем, – Эльза подняла голову и посмотрела на Карла. – Совсем не то же самое, что разговор между нами.

Карл протянул руку и погладил ее по волосам – по гладким шелковистым огненным прядям.

– Я бы не стал врать, Эльза. Твоя работа спасла мне жизнь. Наверное, той ночью я не нашел нужных слов. Не только жизнь и голову, которые могли забрать эти двое, или те двенадцать. А жизнь как судьбу. Ты вернула мне возможность быть собой, жить под своим именем, не прятаться. Мою жизнь, жизнь Карла Хаджи, не Яна, не Фила, а мою собственную жизнь, которую я получил с рождением. Как я могу осуждать тебя за это? Не было бы тебя, не было бы людей твоей профессии – я был бы мертв тогда... или постепенно умер бы сейчас. Я ведь и начал умирать и смирился с этим. Думаешь, я не видел жалость в твоих глазах?

Эльза невнятно хмыкнула.

– Конечно, я убедил себя, что все идет хорошо. Что лучше жить так, чем гнить в земле. – Карл запнулся. – Вообще, я и сейчас так думаю, что лучше жить, чем не жить. Но жизнь жизни рознь.

– И с чего теперь ты планируешь начать свою настоящую жизнь? – спросила Эльза. – Будешь искать новую работу? Вернешься на материк? Откроешь свое юридическое агентство?

– Вообще-то нет, – признался Карл. – Я думаю, это нельзя решить вот так, в один момент. Пока я останусь здесь. И буду делать то, что делаю.

– Тогда в чем разница?

Карл вздохнул.

– Для начала в том, что я хочу посмотреть по сторонам. Я никогда не заглядывал в области выше определенного уровня. Дальше границ публичности. Я не знаю, что там происходит. Раньше для меня их как бы не существовало. А теперь границы открыты. Но прежде чем начать путешествие, я должен посмотреть на карты.

– Понятно, – сказала Эльза без энтузиазма.

– Но вообще у меня есть более важные вопросы, чем моя будущая профессия и место в жизни, если хочешь знать.

– Серьезно? – Эльза не сдержала ехидства. – Какие же?

– Познакомишь меня с Сандрой?

– Что?

Эльза поднялась и посмотрела на Карла.

– С Сандрой? Зачем?

Карл улыбнулся.

– Мне показалось, она твоя любимая сестра. К тому же с остальными твоими родственниками я уже знаком.

Эльза продолжала на него смотреть. Карл закатил глаза.

– Эли, ты что, меня стесняешься?

– Нет, конечно, но...

– У меня нет семьи, понимаешь? Я бы познакомил тебя со всеми родственниками, немедленно. Но родственники по материнской линии, которые меня знали, уже давно умерли. Остальные для меня чужие люди. Я... я думаю, что не представляю больше угрозы ни для тебя, ни для твоей сестры. Или ты думаешь, она будет тебя осуждать за связь со мной?