Любовник под прицелом (СИ) - Трапная Марта - Страница 93

Карл почувствовал, что ему не хватает воздуха. Он вообще не думал о детях. Никогда. Он даже мыслей не допускал о том, что у него могут быть дети. И... он не знал, что думать. А если Эльза допускала? И не только допускала, но и планировала?

– Я спрошу у нее дома. Спасибо, что предупредила.

Сандра вздохнула.

– Для тебя это сюрприз?

– Сандра, если это так, то это для нас всех будет сюрпризом. Мы не обсуждали... наши планы на детей. Мы были не в том положении, ты же понимаешь.

Сандра пристально смотрела на него.

– Знаешь, я пожалуй, скажу тебе, что это были за цветы, которые получила Эльза в детстве. Это были мои цветы.

– Но ты же сказала, что не дарила их!

Сандра кивнула.

– Вот именно. Однажды я пошла на первую в своей жизни вечеринку... для таких девушек как я. И познакомилась там... нет, не с девушкой. Я познакомилась там с женщиной возраста моей матери. Может быть, это меня и соблазнило, что она была настолько старше меня. Но у меня не хватило смелости представиться своим именем. И я сказала, что меня зовут Эльза Шаран. Мы встречались не очень долго, но она... она была хорошим человеком. И конечно, ей не стоило труда узнать, ни где живет Эльза Шаран, ни когда у нее день рождения. Мы расстались, потому что потом она увидела Эльзу. И поняла, что я ей врала. И не простила мне обмана. – Сандра встревоженно посмотрела на часы. – Но я даже рада, что так все получилось. Эльза после этих цветов словно расцвела. Превратилась в настоящую девушку. Она даже сутулиться перестала!

– Интересная история. Спасибо, Сандра.

– Эта женщина, Карл. Она была твоей родственницей, мне кажется.

– Если ты про Сен-Лари, то нас очень много.

– Анна Сен-Лари, Карл. У нее была сестра-близнец Элен.

– Она уто... – начал Карл и осекся. Она утонула и у нее не было детей, и мужа, и отец всегда с оттенком презрения называл ее имя... Так вот почему, у тети Анны не было детей!

– Она была моей тетей, Сандра. Сестрой моей матери.

Они замолчали.

– Я поняла это вчера, когда мы разговаривали с Анитой. Она спросила о моей первой женщине, и я вдруг вспомнила ее, и все, что о ней знала. И… ты на нее похож.

– Все говорили, что я похож на отца.

– Может быть, в детстве был, – пожала плечами Сандра. – Я пришлю тебе ее портрет. У меня есть. А вот и Эльза.

Эльза вернулась с виноватым видом.

– Ты же еще не опаздываешь, Сандра?

– Нет, но если мы сейчас не пойдем на регистрацию, то точно опоздаю.

– У босоножек оторвалась подошва, – виновато сказала Эльза. – Мне кто-то на них наступил... и вот. Пришлось срочно что-то купить! Я хотела идти босиком, но эскалаторы и этот пол...

Они все посмотрели на ноги Эльзы. Вместо элегантных босоножек на ней были пляжные тапочки красного цвета. Сандра засмеялась. Эльза покраснела. Карл обнял ее за талию.

– Зато они хорошо подходят к твоим волосам.

Перед стойкой регистрации Сандра крепко обняла Эльзу и что-то сказала ей на ухо. Карл не рассчитывал на такое же прощание со стороны Сандры, но она все равно обняла его и шепнула на ухо «все равно уговори ее сделать тест». Карл вздохнул, но так же шепотом пообещал прислать фотографию с результатом теста. Да, Сандра, кажется, из тех людей, которые с трудом отказываются от своих гипотез.

На пути домой Карл бросил взгляд на ноги Эльзы и улыбнулся.

– Пока тебя не было, Сандра решила, что ты беременна.

Эльза подняла брови и покачала головой.

– Надеюсь, ты ее разубедил? – Она стащила пляжные тапки и потерла пятку. Тапочки, вернее, стертая нога явно волновала Эльзу сильнее, чем подозрения Сандры.

– Сандру может разубедить только тест, ты же знаешь. Но, – покачал головой Карл, – у меня нет желания что-то ей доказывать по этому поводу.

– Какой-то ты злой, – проворчала Эльза. – У тебя есть пластырь в машине?

– Мы можем заехать в аптеку.

– И заодно купить тест? – засмеялась Эльза. – Я потерплю до дома.

Карл покосился на Эльзу.

– А если серьезно, ты вообще думала о детях? Я Сандре сказал, что она ошибается, но само ее подозрение... – Карл вздохнул, – Я понял, что мы с тобой не разговаривали о детях, вообще.

– Мы с тобой и о свадьбе не разговаривали, – отмахнулась Эльза.

Карл кивнул.

– Все слишком быстро. Я еще не привык к новому положению вещей.

– И я. – Эльза протянула руку и похлопала его по колену. – Всему свое время, плохой парень, всему свое время. Мне кажется, это как с твоей работой. Нельзя сесть и за час придумать, как ты будешь жить дальше всю оставшуюся жизнь. То есть придумать можно, – вздохнула Эльза, – а вот понять, чего ты хочешь, куда сложнее.

– Я пока не знаю, – сказал Карл.

– И я тоже, – кивнула Эльза. – Я не готова сейчас бросать свою работу, считать всякие там подходящие для беременности дни, придумывать имена для будущих детей.

Карл покосился на Эльзу.

– Можно, я просто подпишусь под твоими словами и не буду добавлять ничего нового?

Эльза кивнула и вдруг улыбнулась – тепло и безмятежно.

– Как же хорошо с тобой! Не надо спорить, доказывать, убеждать. Столько сил экономится!

– И времени, – серьезно сказал Карл.

– И нервов.

– И места в голове. Можно подумать о чем-нибудь другом, вместо постоянного поиска аргументов, почему ты имеешь право на свое мнение.

– Так вот почему ты так хорошо споришь! Ты в этом деле профессионал!

– Тысячу часов практики, – рассмеялась Эльза. – Если не больше. Но я все равно рада, что мы редко спорим. Ну так, по-настоящему.

– А посуду вообще ни разу не били, – добавил Карл.

– Я как-то подумывала, но у тебя слишком красивая посуда. Мне ее жалко.

– Может, заедем в магазин, купим посуду для битья?

Эльза рассмеялась.

– Может, немного поэкономим, плохой парень? Чтобы мне не пришлось продавать свое помолвочное кольцо и любимую шпинель.

– О, а она уже стала любимой? – Удивился Карл.

– Это была любовь с первого взгляда, – призналась Эльза. – Несмотря на то, что я очень хотела настоящее кольцо. Хотя бы для того, чтобы сказать маме, как она ошибалась.

Карл вздохнул.

– Но получилось так, что она была права.

Эльза покачала головой.

– Сначала было кольцо, Карл. Я знаю, я его видела. Поэтому так удивилась подвеске. – Эльза вытянула руку и полюбовалась кольцом. – Но это лучше того, должна признать.

– Странно, а камень такой же по размеру.

– Он чище, – вздохнула Эльза, – я умею разбираться в таких вещах. И если хочешь, научу тебя.

– Да, это куда полезнее, чем бить посуду, – согласился Карл.

А вечером позвонила Фредерика. Эльза включила громкую связь и схватила за рукав Карла, который собрался выйти. Ему казалось ужасно неприличным подслушивать этот разговор. Все-таки отношения с родителями – это слишком личное. Но грозный взгляд Эльзы и собственное любопытство заставило его опуститься на диван рядом с Эльзой.

– Итак, что ты решила? – спросила Фредерика.

Карл затаил дыхание.

– Я не буду ничего подписывать, – просто ответила Эльза.

Карл в ужасе посмотрел на Эльзу. Эльза улыбнулась и прижала палец к губам.

– Я рада, что ты одумалась, – прозвучал голос Фредерики с плохо скрываемыми нотками торжества. – И решила порвать с этим мужчиной.

– Я не решила порвать с Карлом. Наоборот. Он сделал мне предложение. Кстати, он подарил мне прекрасное кольцо с бриллиантом. На глаз караты не определю, но его трудно не заметить, когда оно на руке.

– Твое кольцо меня совершенно не волнует, – сухо ответила Фредерика. – Если оно на твоей руке, значит, ты приняла предложение?

– Да, мама, мы помолвлены, – тем же безмятежным тоном произнесла Эльза. – Но дату свадьбы пока не определили.

– Меня не волнует дата вашей свадьбы. Послезавтра к тебе прилетит мой адвокат с документами, о которых я предупреждала.

– Я не буду ничего подписывать, мама, – сказала Эльза.

– Я же тебе довольно ясно объяснила: или ты отказываешься от своего Карла, или ты отказываешься от семьи.