Родственники (СИ) - Сосновская Таша - Страница 21

— Не уходи любимый. Останься со мной.

Сердце начинает часто гонять кровь и выбивать ток. Чувствую ее руки на своей шее. Тянет меня к себе. Наклоняюсь и легонько касаюсь ее губ. Слышу стон удовольствия. Вот только руки на шее размыкаются. Выдыхаю. Быстро накидываю на нее одеяло и сбегаю от туда. Нельзя оставаться. Боюсь. Себя боюсь. Не смогу сдержаться рядом с ней.

Иду в душ и пытаясь расслабиться, выпускаю пар, единственным доступным мне способом. Возвращаюсь в комнату и ложусь в пастель. Сон накрывает меня эротическим сном с участием моей Любочки.

Глава 24

Любовь.

Я проснулась когда первые лучи солнца ворвались в не зашторенное окно спальни. С опаской заглянуло под одеяло и поняла, что сама я вчера не раздевалась. Я вообще смутно помнила вчерашний вечер. Это могло означать только то, что меня принес и раздел Илья.

А было ли что между нами? Нет. Он не мог воспользоваться ситуацией. Я уже достаточно изучила брата, чтоб понимать, он не из тех, кто мог бы пойти на подобное. Это и радовало и огорчало одновременно.

Есть конечно момент из вчера, что вновь всплыл яркой картинкой в моей памяти. Наш поцелуй. Первый, страстный, лишающий разума и требующий продолжения.

Я дотронулась пальцами до своих губ, вспоминая его ласки. Легкое покалывание стало откликом о том, что произошло. Я четко ощутила вкус, вперемешку с дождем и сырой травой. Я как на яву чувствовала его вес на мне. Горячие ладони, что обнимали меня.

Меня вновь накрыла волна желания и почти неконтролируемого влечения к брату. Я хотела его. Всем существом, всей своей душой желала повторения. Было нестерпимо больно от понимания, что эта точка невозврата.

Теперь я знала его страсть, его желание и будь хоть тысяча мужчин у меня до и после него, для меня он станет неповторимым. Теперь я буду сравнивать других не с Владом, а именно с братом. С этого поцелуя я твердо поняла, что он моя настоящая любовь. Но это и моя боль, мое мучение и смерть. Запретные чувства, что живут во мне, никогда не станут реальными.

А еще я поняла, что и Илья испытывает ко мне не просто симпатию или привязанность. То, что было между нами в этом кювете, подделать невозможно. И вот еще одна причина уехать мне. Это ранит не только меня, но и его. Думаю, что когда я перестану маячить у него перед глазами, он сможет изжить свою страсть и продолжит отношения с Мариной.

Я встала с кровати и кутаясь в халат побежала в ванную. Не хотелось бы столкнуться сейчас с кем то из жильцов дома. Хотелось смыть с себя вчерашние воспоминания, смыть его вкус и запах. Вот только сколько бы не терла я свое тело, но он уже глубоко проник мне в кожу. Нет на свете такого геля для душа, что смоет прикосновения любимых рук.

Наивно было полагать, что смогу не встретить его в доме, где комната Ильи рядом с ванной.

Я открыла дверь и сразу же столкнулась с ним в коридоре. Он стоял опустив плечи и глядя на меня любимым шоколадом. И стоило мне лишь увидеть его и почувствовать настроение, как мое сердце сжалось от тоски. Нет. Он не должен выглядеть так, словно его переехал танк. А может это какие то другие чувства, а я дурочка выдумываю.

— Прости. — почти одновременно со мной произнес поникшим голосом. — Не знаю, что нашло на меня. Помутнение какое то. Это ничего не значит. Не стоит рассчитывать на что то большее, его не может быть. Я люблю Марину.

Я стояла как истукан и пыталась понять смысл его слов. Что он имеет ввиду? Это значит, что вчера он всего лишь поддался порыву. Это было минутное помутнение и все. А я то придумала себе.

Я больше не слышала о чем он говорил. Сейчас я слышала только треск, это мое сердце получило новый рубец и во рту появился привкус крови.

— Люба! — тряхнул меня за плечи мужчина.

Я очнулась как от гипноза и смотрела на него невидящим взглядом. Я сегодня умерла. Нет больше той наивной и верящей в любовь девчонки. Я стала бездушной женщиной, той что никогда больше не сможет любить.

— Я поняла. Прости и ты. — только и смогла выдавить я.

Затем быстро развернулась и сбежала в свою комнату, подальше от него. Не стоит ему видеть мои слезы и боль от его слов. Он не виноват, что маленькая девочка придумала себе любовь и хотела взаимности. Придумала то, чего не может быть и никогда не будет, даже если бы взаимность все же была.

Я легла на постель и закрыла руками лицо. Что же это такое? За что мне это все? Пережить сметь двух близких мне людей. Потом крушение всех надежд. И казалось бы, я наконец обрела смысл жизни, обрела семью. И вновь я падаю в бездну и разбиваюсь на крошечные кусочки. Люблю того, кто не любит меня и того, кто не будет со мной. Все становиться не важным, даже отец.

Я столько лет жила в мечтах, которым не суждено сбыться. Выплакала море слез и потерялась во тьме. Теперь я опять вижу только мрак и не одного даже крохотного лучика надежды. Ничего не осталось.

Завтра. Все решиться завтра. Отец вернется и привезет результат теста, тогда будут хоть какие то ответы.

Я решила позвонить подруге. С этой любовью я совсем забыла о ней. А ведь она одна из немногих людей, что остались из моей прошлой жизни.

Я набрала номер и подходя к окну ждала ответа. За окном цвело и благоухало лето. Весело трещали птицы на разные голоса. Вот только не радует меня теплое солнце и ласковый ветер. Я превратилась в Снежную королеву, что не может любить из за ледяного сердца.

Гудки длились долго и на последнем она взяла трубку.

— Привет. Прости, что не звонила. — начала я.

— Ага. Стала дочерью богатого бизнесмена и забыла меня? — сердито буркнула подруга.

— Да я пока не знаю, дочь ли. — честно ответила я.

— Рассказывай, все рассказывая. — воодушевилась Наташа.

Я коротко рассказала о нашей встрече с отцом. Потом о походе в лабораторию где мы сделали тест ДНК. О нашем разговоре и о том, что произошло между родителями.

— Ну и ну! — заключила подруга. — Прямо мелодрама какая то.

— Скорее драма. — грустно усмехнулась я.

— Знаешь, я так поняла, что есть еще что то. И кто он? — выспрашивала Ната.

— Да. Брат есть, двоюродный. — печально ответила я.

— А что там с братом? — подняла она самый больной вопрос.

— Не знаю. — призналась я.

Я и вправду уже не знала ничего. Не понимала. Как можно целовать кого- то со всей страстью и желанием, а потом говорить, что это было минутная слабость. Не актер же он в конце концов, такое сыграть может далеко не каждый.

А как он смотрит на меня. Порой я думаю, что так смотрят не на сестру. Может я ошибаюсь, но даже на Марину он так не смотрит.

Вот только его слова стали ножом в мое сердце. Может так даже лучше, и я протрезвела, спустилась с небес на землю. Однако, боль все равно не унять. Даже не думала, что может быть так плохо. Мне казалось, что нет уже у меня ничего внутри, все выболело. А нет. Стоило появиться Илье и я поняла, что живая я еще, что могу любить.

— Скажи, Люб, ты влюбилась в него? — тревожно спросила подруга.

— Да. — честно призналась я.

— Не завидую я тебе. Ты же сама понимаешь, что нет права на эти чувства. — с тоской говорит Наташа.

— Да, Наташ, и поэтому, я возвращаюсь домой. Не могу быть здесь. Не могу смотреть как он с другой строит отношения. Это невыносимо. — поделилась я.

— Я тоже, возвращаюсь. Будем вместе работать. Так что, если что, я рядом. — поддержала меня Наташа.

Было бы радостно, если бы не было так горько. Я вновь смогу быть рядом с другом, что поддержит и поможет. Но я лишусь того единственного человека, что смогла полюбить всей душой. Это испытание раздавило меня, убило во мне надежду. И теперь я как побитая собака возвращаюсь домой.

Есть конечно друзья, есть еще Максим, но это все не то. Я дорожу им и люблю как друга, но другого между нами не может быть.

— Ладно, подруга. Увидимся по приезду. — попрощалась я с Наташей.

— Созвонимся. — ответила та и положила трубку.