Катерина или испанская роза для демона (СИ) - Чайка Анна - Страница 19

Попыталась вскочить с кровати, пока они там все не разнесли к чертовой бабушке.

Черт! Запуталась в одеяле и грохнулась уже сама. Да еще лбом тумбочку задела. Ууу! Как же больно то, а!

На звук моего падения в спальню ввалились демон с драконом. Оба с виноватыми моськами.

— Зачем ты встала?

— Извини, мы тебя разбудили?

Посмотрела на них. Ну прям, как двое из ларца, правда, не одинаковых с лица.

-Я бы хотела побыть одной! — тактично попросила их очистить мою территорию.

Но намек понят не был.

— Катенька, мы не можем оставить тебя одну, у тебя магия не стабильна.— сообщил мне дракон.

— Катя, нам еще вечером идти на светский раут, что устраивает Елена Бестужева в честь твоей матери и ее мужей. — сообщил демон.

— Какой раут, ты на нее посмотри! — вспылил дракон. — Она лежать должна.

— Кате нужно там быть сегодня, иначе дядя мне голову снесет, что я за его девочкой не усмотрел. И не видать нам тогда Кати, как своих ушей. Причем тебе тоже. — перечислил все главные аргументы демон. — К тому же, доктор оставил все необходимые зелья, чтобы Катя уже к вечеру была в норме.

— Мальчики, давайте я сейчас посплю. А потом мы уже решим, что делать. До вечера ведь время еще есть.

— Если вечером с Катей идешь ты, то тогда сейчас с ней сижу я. — отчеканил Виденецкий.

— А может, я сама полежу, одна? — вызверилась я.

— Нет!!! — демон с драконом были единогласны.

— Решено, ты оставайся. Мне все равно, еще по делам пробежаться нужно. Через четыре часа я тебя сменю.

Алло, народ! А мое мнение тут вообще учитывается! Похоже, что нет! Ну и черт с вами! Легла снова на кровать и отвернувшись от этих двоих, укрылась одеялом.

Через пару минут послышался звук захлопнувшейся двери. А потом прогнулся матрас моей кровати. Меня подвинули к себе, нежно клюнули в плечо и шепнули в ухо.

— Ты же обиделась? Да?

— Да!

— А обижаться лучше рядом! Спи, моя ведьмочка.

Как не странно, но я уснула.

Глава 11

Светский раут устроенный тетей Леной, оказался неоднозначным. С одной стороны я поругалась с Романом. Просто достал своим «Ты будешь только моей!». Вот и послала его куда подальше, правда далеко он все равно не ушел!

С другой, я познакомилась со своей бабушкой. Она оказалось совсем не такой, как я ожидала. Я всегда думала, что это будет холодная светская стерва, для которой пятно на салфетке, будет большим позором, чем наличие внебрачного ребенка у сына. Но Луиза Скорцезе оказалась совсем не такой. Да она была аристократкой до кончиков ногтей. Но в то же время она оказалась доброй и мягкой с родными. Даже с мамой она смогла найти общий язык. Да и холодность своего мужа, моего деда сглаживала именно она. А дед, несмотря на свое герцогское высокомерие, души не чаял в своей жене. Правда, показывать эту, как он считал, слабость  не любил.

А в третьих, светский вечер обернулся кошмаром.

Пропали родители. Как сквозь землю провалились. И главное из сотни гостей никто ничего не видел! Гостей разогнали, а родные не находили себе место.

Хорошо еще дед по связи крови уловил, куда переместился отец. Дед, дядя Максим и новый мамин муж — Родион, пошли по следу. Но и от них очень долго не было никаких вестей. Чего только мы не передумали!

Меня сначала успокаивал Роман, потом уже я сама успокаивала бабушку. У нее было, как она сама говорила, очень плохое предчувствие. Она металась по комнате, словно зверь в клетке, не находя себе места.

Чтобы хоть как-то ее отвлечь я спросила:

— Бабушка, а у тебя в роду суккубов не было?

— А почему ты спрашиваешь? — поинтересовалась она. Моей тетки по отцу — Инесс тоже оказалось интересно.

— Просто у меня сегодня способности суккубы проснулись, а в мамином роду демонов не было.

— Моя мама была наполовину демоном, но ни у нее, ни у меня способности не просыпались. Наверное, ты у нас действительно сильная  девочка.

— А мне ты такого не рассказывала! — немного ревниво спросила Инесс.

— Ну, ты же спрашивала! — грустно улыбнулась бабушка.

А потом принесли новости об отце.

Дедушка сам пришел сообщить бабушке эту новость. А потом из комнаты донесся нечеловеческий вой. Это было страшно!

— Страшно когда дети уходят раньше родителей! — услышав вой, перекрестилась тетя Лена. — Не приведи Господи!

Дед спустился к нам белее мела.

— Может стоить выпить, легче станет. — посоветовал ему дядя Толя.

— Нет! У меня еще есть дела. — сухо произнес Филипп Скорцезе. — Мне в портальную комнату.

— Хорошо! Я провожу.

— Спасибо, не нужно! Дорогу я запомнил.

Дед ушел, чеканя шаг. А мы оставшиеся в комнате сжались и осунулись еще сильнее. Слышать завывания бабушки, что доносились со второго этажа, было просто невыносимо.

Отец! Это слово мне ни о чем не говорило. Я давно привыкла считать себя безотцовщиной. С появлением в нашей семье дяди Макса, именно его я считала своим отцом. Именно он учил меня кататься на велосипеде. Именно он дул на мои коленки, когда я с него грохнулась. Именно он ходил с нами в зоопарк, дельфинарий, планетарий и еще в кучу мест, куда обычно отцы водят своих детей. А какие подарки он привозил нам каждый раз! Причем это были не обычные сувениры, типа подарил и отмазался. Нет, это были действительно подарки, которые тщательно выбирались по нашим детским увлечениям. От них всегда исходило то тепло, что бывает лишь в вещах, выбранных и подаренных с любовью.   Часто даже мама возилась со мной меньше, чем дядя Макс. И всю нерастраченную дочернюю любовь, я дарила именно ему. А дядя Макс платил мне тем же.

Мигель Скорцезе…

Я его совсем не знала и даже не успела узнать. Даже пообщаться нормально не смогла. И теперь уже никогда не смогу!

Почему мы начинаем ценить кого-то лишь тогда, когда потеряем? На маму было жалко смотреть. Она считала себя повинной в смерти отца. Хотя в чем была ее вина? В том, что оказалась единственной. В том, что по-своему пыталась защититься от несправедливости этого мира? В том, что хотела лучшей доли для меня? Нет. Ни я, ни сами Скорцезе ее не винили.

Последующие дни превратились в череду траура. А потом мы хоронили отца у него на родине. Я никогда не понимала, зачем на похороны приходят все эти люди и нелюди, которым на усопшего совершенно наплевать. Зачем сидеть и обсуждать свои мелкие дела или рассказывать анекдоты. Да, да есть и такие. Зачем они вообще приходят!? Только для того, чтобы поставить галочку, мол, был у этого на похоронах!

Вон, так называемый, кузен отца. Вообще стоит и потирает руки. Наверное, мечтает, как приберет клан к своим рукам. Кто бы еще ему позволил! Рожей  не вышел! И на меня поглядывает с такой похотливой улыбочкой, что хочется двинуть ему между глаз! Жаль, что Роман сюда приехать не смог, а то показал бы этому недовампиру, где раки зимуют.

После похорон Альфонсо (ну и имечко!) Скорцезе все же умудрился зажать меня в каком-то коридоре. Просто я отстала от остальных. А этот козел меня подкараулил. И пьяно улыбаясь, проинформировал

— О, племяшка! А ты ничего. Всегда хотел надкусить Луизу, а вы с ней одно лицо.

Ага! Счаз! Перетопчишься! Не долго думая, врезала этому уроду во все болевые точки. Не ожидавший этого вампир свалился на пол, как куль с картошкой. И это вампир! Вспомнился Андерс Берн и его бой с моим демоном. Да, сравнение явно не в пользу вот этого куска дерьма.

Схватив и сжав его мужские причиндалы, «ласково» проинформировала:

— Еще раз только посмотри в мою сторону. И перестанешь считаться не только вампиром, но и мужчиной. Лично все повыдергиваю, нафиг.

Пнув напоследок, пошла к остальным.

Глава 12

Вернувшись в академию после похорон, на две недели основательно засела  за книги, то у себя, то в библиотеки. Именно столько оставалось до дня икс.  У Аркадия Филипповича, я стала самой преданной почитательницей. И надо отдать старичку должное, в подготовке к экзаменам он мне очень помог. Я часто задавала ему вопросы, если чего-то не поняла в книге. А соскучившийся по общению Разумовский, всегда давал обстоятельный и полный ответ. Но если я у него спрашивала еще о нечитаемом предмете, меня мягко разворачивали и заставляли сначала прочесть.